Дочь Врага

— Мне глубоко плевать на то, чего ты там хочешь, ципуша. — снова это дурацкое прозвище. От злости едва не скриплю зубами. Этот подонок замечает моё состояние, — ухмыляется. — Я тебе больше скажу: за нарушения правил декан не просто будет снят со своей должности, он больше преподавать не сможет, простым дворником не устроится. Поверь, я позабочусь!

Вдох, ещё вдох.

Гнусный подонок! А ведь он не шутит. — Более того, вполне способен, с лёгкостью воплотит

все угрозы в жизнь.

— Но ты же этого не хочешь? — прикусываю язык, чтобы сдержаться и не съязвить. Сейчас я в далеко не выигрышной ситуации. Стать адвокатом — моя мечта с пятнадцати лет. Я не просто этого хотела, я грезила этим. Но когда дело касалось исключительно меня, я могла наступить себе на горло, и, гордо вздёрнув подбородок, развернутся и уйти.

— Чего вы хотите?

— Ничего особенного, Мирослава. — едва ли не по слогам произносит моё имя. — Твоего послушания, и только.

— Моего послушания — это как?

— Галицкий остаётся на своём месте, пока ты покорно выполняешь наши желания.

— Ваши?

— Конечно! Думаешь, Артур останется в стороне? — снова эта мерзкая усмешка — Ненавижу!

От услышанного по спине заструился ледяной пот.

— Я не смогу… — голос предательски просаживается, потому что я Артура боюсь даже больше, чем Руслана.

С Артуром вообще всё очень сложно. Много лет назад мой отец… — даже говорить об этом не могу! Это был несчастный случай, и мой отец не мог даже мысли допустить, что посреди огромного поля могут оказаться дети. Но разве кому-то до этого есть дело?

— Твой отец с полна заплатит за то, что сделал.

— Он сидит в тюрьме уже много лет. — до безумия хочется сказать, нет, прокричать, что это не справедливо.

— Этого недостаточно. — Руслан, словно хищник, медленно стал приближаться ко мне. — Мы хотим, чтобы он испытал ровно то же, что и мы двенадцать лет назад. Он будет знать обо всём, что с тобой происходит. Он будет вариться ровно в том же аду… Хотя нет, ему будет в разы хуже, потому что на самых интересных моментах мы будем прекращать трансляцию.

— Поверить не могу, что согласилась на это. — всё ещё злюсь на подругу за её настойчивость. Запахиваю куртку посильнее, ёжусь от порывов прохладного ветра.

— Да брось. Будет круто! — подруга счастлива скачет вокруг меня, не может успокоиться.

— Ну, конечно, — продолжаю бурчать себе под нос, уже садясь в чёрный тонированный мерседес премиум-класса.

Я не планировала вообще ехать на эту чёртову вечеринку. Слишком много шума вокруг неё, и, как по мне, гостей слишком тщательно подбирали.

Данил Селиванов, самый наглый, а с этим и самый мутный тип нашего университета. Он мне вот вообще не нравится.

Зато Агата от этого парня без ума!

Машина

выезжает со двора и за считаные мгновения сливается с нескончаемым потоком автомобилей. Я поправляю куртку, которая немного задралась, когда я опускалась на заднее пассажирское сиденье, устраиваюсь поудобнее. Подруга падает рядом, и пока ещё не в силах обуздать свои эмоции, в очередной раз она обнимает меня, звонко чмокает в щёку.

— Нужно было платье надеть. То, которое я на ДР тебе подарила.

— Мне не для кого наряжается, Агат. — уже более спокойно отвечаю.

— Как это не для кого? Данил сказал, будет много классных парней. Попросил, чтобы я тебя с собой взяла.

— Так ты меня с собой позвала только потому, что тебя Даня попросил?

— Глупости не говори. — Агата мгновенно насупилась. — Ты моя близкая подруга, и я хоть иногда хочу с тобой веселится. Ты же у нас настоящая затворница. Всё над Кодексом сидишь, до дыр же уже изучила.

— Я не…

— Тихо. — командует подруга, доставая из сумочки телефон. — Ало.

Подруга от меня так и не отодвинулась. Наши бёдра практически соприкасались, и мне было прекрасно слышно её собеседника.

— Ты где? — простой вопрос, но задан настолько резким, металлическим голосом, что невольно я внутренне сжалась. Хотя, казалось бы, какое это ко мне имеет отношение?

— Я же тебе говорила, что еду к сокурснице на день рождения.

— С кем ты едешь? — у меня кожа на голове скукоживается от страха. Такое ощущение, что по ту сторону айфона Агаты, сидит какой-то монстр. От страха колкие мурашки роем сползают вниз до самых пят.

— С подругой я еду. — Акиева явно недовольна, что её потревожили. — И вообще, я утром из дома тебе звонила, и мы всё это обсудили. К чему этот контроль?

На этот раз я не расслышала, что именно ответил её собеседник, но судя по тому, как она подкатила глаза, сказанное ей не понравилось.

— Ладно, я поняла. Всё, до понедельника тогда.

— Кто звонил, дядя?

— Да! Задолбал уже своей опекой. Бесит, прям! — ничего не говорю, только плечами не однозначно пожимаю.

Не понимает Агата своего счастья. Вот обо мне бы кто-то вот так заботился. А то всё сама, да сама.

Водитель тормозит у двухэтажного дома нашей с Агатой сокурсницы. По легенде мы поехали на её день рождения, и пока водитель полностью не скрывается за поворотом, мы упорно делаем вид, что идём к её дому.

Впрочем так и есть! С Катюшей мы обо всём договорились заранее.

Екатерина Лямина — Маленький рыжий лисёнок. Такая же заучка, как и я, но только очень тихая, и за год, что мы учимся вместе, общаться начала только со мной и ещё двумя — тремя девочками, если считать Агату. Просто она со мной почти постоянно. Во время учёбы я имею ввиду.