Чтение онлайн

На благотворительном вечере мой взгляд зацепился за эффектную, ухоженную блондинку с длинными ногами, упругой высокой грудью, и соблазнительной фигурой, что была обтянута серебристым платьем. Девушка все время буквально трахала меня глазами, а когда я решил выйти и освежиться, увязалась за мной и едва ли не изнасиловала в туалете.

Мне понравилась такая инициатива, раскрепощенность и точное знание собственных желаний. Я уже начал забывать, каково оно, быть с женщиной. С Леной все было по-другому: она была хрупкой, нежной, как аленький цветочек, и я оберегал ее и боялся сделать

больно. С Яной же я выпускал на свободу свою темную сторону. И это заводило ее больше всего.

Вот и сейчас моя любовница буквально легла на меня сверху, расположив ноги по разные стороны от моих бедер так, что промежностью задевала мой каменный член.

Каждое ее движение заставляло его пульсировать все сильнее, и мне хотелось схватить мерзавку и засадить ей по самые яйца. Но нет. Я придумал для строптивой женщины более изощренное наказание.

– Яна, ты знаешь, что я терпением не отличаюсь, – хриплю, предупреждая. Но чертовка, кажется, давно не получала заслуженного наказания, и забыла, что бывает, если я очень …огорчен или расстроен.

– Я все знаю, милый. Но признай, что сейчас ты в моей власти, – произносит эта кошка, с силой сжимая мой член в своем кулачке. Прикрываю глаза и рвано выдыхаю. Думай, кошка, думай, что ты имеешь власть надо мной. Так жестоко в своей жизни ты еще не ошибалась.

Наконец Яна опускается к низу моего живота, но кружит вокруг, а к главному не прикасается. Видимо, она забыла, что бывает, если играть с Грачевым во взрослые игры.

Резко, так, что Яночка не успела сообразить, хватаю ее за волосы и резко толкаюсь в приветливо распахнутый рот практически на всю длину. Моя любовница давится, на глазах выступают слезы, но покорно принимает то, что я ей даю. Яна принимается с остервенением и примерным старанием лизать и сосать мой член, но сегодня мне не нужны эти прелюдии и смакование процесса. Я хочу быстро и жестко, возможно, даже грубо.

Фиксирую Яну на месте и начинаю трахать ее рот почти на пределе своих возможностей. По ее щекам текут слезы, тушь размазана, но она все равно стонет от удовольствия. Опускаю руку ей между ног, и действительно она там до безобразия мокрая. Отлично, тем слаще для меня будет наказание.

Сегодня Яне повезло – я уже удовлетворил свои потребности в сексе, и этот минет скорее для закрепления «результата», но удовольствия я не получил. Это просто мои физиологические потребности. И это условие – основа наших отношений. Поэтому я быстро кончил прямо ей в глотку и обессиленно повалился на спину. Яна пристроилась рядом, положив голову мне на плечо и пытаясь привести дыхание в норму.

Спустя какое-то время я, не глядя в ее сторону, поднимаюсь и начинаю одевать брошенную у кровати одежду.

– Матвей? Что-то не так? – обеспокоенно спрашивает Яна, прикрываясь простыней и приподнимаясь на локтях.

– Все так. Минет, как обычно, был шикарен, – бросаю я будничным тоном, застегивая пуговицы на рубашке.

– Тогда почему ты так резко встал и уже уходишь?!

– Потому что я получил, что хотел.

– Останься, пожалуйста, – жалобно тянет Яна со слезами. Оборачиваюсь и едва не кривлюсь: так и есть, слезы блестят в глазах, а женщина едва

сдерживается.

– Яна, ты же помнишь правило номер один, – равнодушно пожимаю плечами.

Мое самое главное правило – я никогда не остаюсь ночевать у любовниц и никогда не привожу их в свой дом. Потому что стоит дать слабину лишь раз, и каждая женщина считает, что в силах заарканить тебя. А мне не нужны отношения и чувства.

Я занимаюсь сексом практически по расписанию, и меня все устраивает. Нас с Яной все устраивало до сегодняшнего вечера. Но теперь я задумываюсь, что у нас, по сути, осталось не так уж и много времени, судя по ее поведению. Пару встреч, не более. Виной тому еще и одна фея с лавандовыми волосами, что прочно засела в моей голове. Мне даже жаль, секс с Яной был лучшим за последние годы.

– Я помню, – шепчет она мне на ухо, прижимаясь ко мне со спины всем своим молодым и упругим телом. За своими мыслями я даже не сразу заметил, что Яна поднялась с кровати и подошла ко мне. – Но можно же сделать исключение из правил. Ради меня…

– А что в тебе есть такого, чтобы я сделал ради тебя исключение? – усмехаюсь, поворачиваясь лицом к девушке и мягко высвобождаясь из ее объятий.

– Матвей! В конце концов, я не кончила! – зло и капризно восклицает Яночка.

– А вот с этого и стоило начинать, моя дорогая. Это и будет твоим наказанием.

– Но за что?!

– За то, что неопытная кошка решила подергать тигра за усы, – подхожу вплотную, приподнимая пальцами за подбородок. – Сейчас я уеду домой. А ты ляжешь на эту самую кровать и будешь ублажать сама себя, представляя, что это я делаю с тобой. А в следующую встречу ты мне расскажешь, как довела себя до оргазма.

– Но я же не смогу, ты же знаешь! – хнычет Яна.

Довольно усмехаюсь. Знаю, именно поэтому и выбрал такое наказание. Я в курсе, что моя любовница не любит мастурбировать и делает это откровенно плохо, и ей практически ни разу не удалось довести себя до оргазма. Зато она определенно точно усвоит этот урок.

– Тебе просто следовало выполнить мой приказ, Яна.

– Матвей! Ты мне нужен! – срывается Яна на крик, все-таки не сдержав слез. Но зря она пытается применить это излюбленное женское оружие: я равнодушен к слезам. Я равнодушен практически ко всему. Потому что я умер пять лет назад возле того самого ресторана вместе с Леной.

Черт, я ошибся. Сегодня последняя встреча с Яной. Придется расставаться с ней. Сука! А ведь так было удобно! Но моя любовница решила, что может претендовать на большее и завязать со мной отношения. Но она сильно ошиблась. Я не имею права на чувства.

Я ухожу, молча хлопнув дверью, не обращая внимания на вой за дверью. Навсегда.

Всю неделю я стараюсь приходить домой раньше обычного. Потому что хоть тогда и повел себя, как мудак, наорав на девушку, признаю, что Ева права. Мне стоит проводить больше времени с Егором, если не хочу, чтобы впоследствии мы стали чужими, лишь соседями, что волей обстоятельств живут под одной крышей.