Чтение онлайн

Мужчина по имени Ильзир задумчиво почесал волосатую грудь, проглядывающую через глубокий ворот шерстянной засаленной рубахи, и объявил:

– Не нравишься ты мне, Даррес. Ох, не нравишься.

Даррес только насмешливо хмыкнул, продолжая кончиком ножа вычищать из-под ногтей грязь.

Со своего места поднялся их третий товарищ. Он обладал невероятно могучим телосложением. Его огромный рост и необъятно широкие плечи казались почти запредельными, словно он был неким сказочным витязем, а не реальным человеком. Золотистая копна волос, кое-где заплетенная в маленькие

косички, обрамляла крупное тяжелое лицо с большим носом, толстыми губами и большими голубыми глазами. От левого плеча, через шею, захватывая практически всю левую часть лица, включая висок и часть лба, кожу покрывала сплошная, искусно выполненная татуировка темно-зеленого цвета, представляющая очень сложное переплетение геометрических рисунков. Облаченный в туникообразную куртку с длинными рукавами, обшитую плотными кожаными пластинами, и в объемную меховую накидку из лисьих шкур, он казался ещё более широким и громадным. И в купе с мечом и двумя боевыми топорами на поясе мужчина выглядел по-настоящему внушительно и устрашающе. Надменное, чуть снисходительное, полное уверенности и царского спокойствия выражение лица не оставляло сомнений что он и сам понимает всю внушительность и наверно, как ему представлялось, даже величие собственного образа.

Звали мужчину Хальфар.

Прихлопнув на щеке комара, он поглядел в сторону подвешенного пленника, покривил губы и подняв с земли ветку, вытащил из-за спины большой нож и принялся заострять её. Занимаясь этим, он приблизился к пленнику и встал рядом с ним. При этом стало еще более очевидно насколько Хальфар высок. Его голова находилась на одном уровне с головой подвешенного мужчины.

Хальфар наклонился и внимательно осмотрел левое колено пленника. Выпрямился и сказал с сожалением:

– Не годится он для раба. Нога сломана, да и вообще какой-то буйный. Такого убить проще. – Он сплюнул и убрал нож в ножны за спиной.

– Да уж всяко баба была бы лучше, – весело сказал Даррес. – Особенно если молодая.

– Точно, – согласился Ильзир. – Девки завсегда лучше продаются. Да и хлопот с ними меньше.

– Ну и приятностей побольше, – ухмыльнулся Даррес.

Хальфар резко размахнулся и ударил правым кулаком черноволосого мужчину в грудь. Тот издал глухой стон, сильно качнувшись назад и окончательно потеряв опору.

– Где остальные! – Пробасил Хальфар.

Даррес и Ильзир переглянулись.

Хальфар взял пленника за подбородок и поднял его голову, чтобы смотреть в глаза.

– Остальные где, чувырло кудлатое?! – Гаркнул он почти насмешливо. – Деревня твоя где? Я же из тебя, сучонок, всю кровь выжму, все кости разобью, будешь визжать как свинья. Лучше говори.

– Слушай, Хальфар, – сказал Ильзир, еще раз переглянувшись со своим молодым товарищем, – чего ты от него хочешь? Он же языка-то нашего не понимает.

– Да мне плевать понимает или нет, – со злостью изрек Хальфар. – Жить захочет – поймёт. Да и вообще, раз это теперь наша земля, то пусть, сука, язык наш учат, а то эти выродки как животные, лопочут там чего-то по своему нормальному человеку ни хера не понять.

И он нанес огромным

заскорузлым кулаком удар куда-то под нос подвешенного, разбив ему губы и выбив несколько зубов. Тот резко дернул головой и его глаза увлажнились от пронзительной боли. Хальфар пнул его по левому колену и пленник издал настоящий вой.

– Ну что там, готово? – Спросил Хальфар, обернувшись к костру.

Даррес радостно хлопнул в ладони.

– Да думаю да. – Он снял с одной из веток кусок мяса и впился в него зубами. – Не оленина, а мёд на пиру Эрика Щедрого, – улыбнулся он.

– Ну тогда поедим, – сказал Хальфар.

Сунул заостренную палочку в спутанные волосы пленника и вернулся к костру.

Ильзир тем временем достал из мешка ломоть ржаного хлеба и кусок козьего сыра.

Некоторое время мужчины активно утоляли голод, не говоря ни слова и глубоко сосредоточенные на этом приятном занятии.

– До Тилгарда еще три с лишним дня пути. Как думаете не может статься что придем мы туда, а ярл с дружиною уже на запад уплыл? – Спросил Ильзир, пережевывая оленину.

– Не-е, – покачал головой Хальфар. – У Эльдвуга сейчас дела совсем плохо, его дружину сильно потрепало у Черной реки. Так что он будет до последнего в Тилгарде сидеть, ожидая всех, кто сможет прийти.

– Тем более такого великого воителя, о котором слава гремит от Сканзы до самого Корнуолла, – серьезно произнёс Даррес, ковыряя в зубах тонкой щепочкой.

– Это кого же? – Удивился Ильзир.

– Ну героя Бодувинга, которому сами девы Одина в уши шепчут.

Ильзир ухватил уголёк и кинул в Дарреса, но тот с ухмылкой уклонился.

– А если уплывет, то придется нам в Тилгарде в дуду дудеть да лапу сосать, – мстительно произнес Ильзир. – Ни одного раба не заимели. – Он выразительно посмотрел на Дарреса. – Тебя, дурака, разве что продать. Хотя не представляю кому ты нужен. Старый Хорфик и тот тебя, криворукого, не возьмет, хотя ему всегда работники на шахту нужны.

– Себя лучше продай, брехун краснорожий, – огрызнулся Даррес, но, впрочем, тут же повеселел и добавил: – Какой-нибудь старухе вдове. Положит тебя в постель ноги греть.

Ильзир почесал нос словно бы в некоторой растерянности.

– Ещё этот треклятый икен ногу сломал, – проговорил он с досадой. – Упасть по-человечески и то не может. А так бы точно продали его Хорфику.

– Он не икен, – сказали Хальфар и Даррес одновременно и оба ухмыльнулись.

– А кто?!

Даррес, схватив еловую ветку, с кряхтеньем встал на ноги и подойдя к подвешенному мужчине, указал веткой на его голову.

– Волосы, видишь, черный как уголь, а икены все сплошь либо рыжие, либо русые. Теперь нос, – он чуть не ткнул веткой в нос пленника, – видишь какой горбатый. А уши, – и он, отодвинув веткой черные спутанные космы, указал на левое ухо, – мочек нет. А ещё эти одинаковые шрамы, – продолжая как школьный учитель у доски орудовать еловой веткой как указкой, – на щеках и висках, это ритуальные шрамы. У икенов такого отродясь не бывало. – Он победно посмотрел на Ильзира и объявил: – Это бриган, пень ты старый!