Чтение онлайн

Он смотрел в окно, где занималось пасмурное утро. Рука поглаживала гладкие плечи, задерживаясь на шраме над локтем. Она была в забытьи. Она доверчиво спала в его руках.

— Господи, как же я люблю тебя, — пробормотал он. — И будь я проклят, но я не знаю, что мне делать.

У него было десять фунтов, на этом проклятом острове негде было достать денет, адом он снял всего на неделю. От сэра Джеральда ничего не было слышно, хотя письмо должно было уйти две недели назад. Нужно было возвращать Персиваля, но куда? В

Отранто? В Венецию? Где этот его негодный отец?

А Эсме — куда он ее повезет? Они могли бы пожить в Италии, хотя бы недолго. Для этого так мало надо, а у Вариана есть способы. Но сейчас, с женой, эти способы стали невозможны. Он не мог обречь ее на такое подлое существование.

Тем не менее надо куда-то ехать. Он не может вечно держать ее на этом чертовом куске камня — не может даже неделю, потому что Исмал находится в рискованной близости. У губернатора Корфу непростые отношения с Албанией. Население вооружено. Захватили несколько кораблей, и кто знает, сколько других кораблей не достигнет пункта назначения? Эсме нужно увозить подальше. Это было ясно.

Для этого у него есть одна неделя. Вариан слышал, что их фелюга отремонтирована и плывет на Корфу. Она может прибыть в любой день, если верить сообщениям. Он не был убежден, что можно им верить. Он оставил капитану более чем достаточно денег для ремонта и впервые заплатил очень высокую цену. Далее: большая часть вещей его и Персиваля находится на борту. Это кое-чего стоит. Но он нанял судно на две недели, а не на два месяца, и владелец запросто может решить, что контракт выполнен, и вернет судно в Италию.

И что тогда?

Эсме завозилась, как будто почувствовала его волнение. Вариан поцеловал ее в ухо.

— Спи, любимая, — прошептал он. — Спи.

Она придвинулась к нему поближе, прикоснулась теплой попкой. Он посмотрел на нее, потом снова в окно.

Такое ужасное хмурое утро надо просто переспать. В его руках лежит девушка, которая сводила его с ума два месяца и оказалась такой страстной и сладкой любовницей, о которой мужчина может только мечтать. «Сейчас не время размышлять о будущем, — сказал себе Вариан. — Нужно наслаждаться моментом, мирно лежать и вкушать редкое счастье». Он поцеловал ее в плечико и закрыл глаза.

Судьба дала ему час полусонного спокойствия. Потом раздались торопливые шаги и громкий стук в дверь.

— Пропади ты пропадом, Персиваль. Разве не может человек…

— О, пожалуйста, сэр, я очень сожалею. — Голос мальчика был ненормально высоким.

— Ты еще больше пожалеешь, когда я…

— Пожалуйста, сэр! Он приехал. Папа приехал!

Через суматошные пятнадцать минут Вариан, умытый, бессистемно побритый и одетый, сопроводил жену в гостиную, где представил ее дяде. Вариан знал, что Эсме была очень напряжена, но неискушенный взгляд увидел бы только

аристократическую сдержанность. Три недели в обществе миссис Ингвит придали лоск молодой женщине, от природы обладавшей гордостью, свойственной императрицам.

Вариан учтиво принял натянутое, но вежливое поздравление сэра Джеральда и подумал, что дело может пройти гладко, если Эсме попридержит свой характер. А это было непросто. Ей должен был не понравиться холодный взгляд, которым дядя одарил ее, перед тем как снова переключил внимание на Вариана.

Эсме сдержала возмущение, как и язычок, и Вариан мысленно поклялся расцеловать ее с головы до пят, когда этот проклятый момент закончится. Ее будущее зависело от этой встречи. С сэром Джеральдом следовало обращаться деликатно, и это требовало от Вариана серьезных усилий мысли.

К сожалению, сэр Джеральд не имел понятия о щепетильности. Покончив со светскими любезностями, он перешел прямо к делу:

— Я не могу задерживаться. Давят дела. Уверен, вы понимаете, Иденмонт. Я приехал только для того, чтобы забрать мальчика. — Он кинул мрачный взгляд на сына: — Персиваль, иди пакуй вещи и поторапливайся.

— П-прямо сейчас, папа?

— Нет, конечно. — Эсме обняла его за худенькие плечи. — Вы только что приехали, и вам…

— Персиваль — пошел!

— Д-да, папа. — Мальчик выскользнул из комнаты. Лицо Вариана оставалось корректно невыразительным.

— Конечно, я не желал бы отрывать вас отдел, — расплывчато начал он, — но…

— Вы не отрываете, — в тон ему ответил сэр Джеральд. — Мальчик тоже. Я не спущу с него глаз, пока мы не окажемся в Англии. А там отдам в такую школу, где его розгами научат повиноваться долгу.

— Что касается долга…

— Он знал, что его долг — поехать с вами в Венецию, сэр.

— В том, что он этого не сделал, полностью моя вина, как я объяснил вам в письме.

Сэр Джеральд холодно улыбнулся:

— Я не стану называть вас лжецом, милорд. Вы сочтете себя обязанным вызвать меня на дуэль, а я не такой дурак, чтобы сражаться ради чепухи, даже если бы верил в эти средневековые трескучие фразы. Тем не менее я знаю, что не итальянец уговорил вас совершить круиз по Адриатике, а этот испорченный ребенок, голова которого забита сентиментальной болтовней его матери.

Вариан уловил вспышку в глазах Эсме, но она поняла его быстрый предупреждающий взгляд и промолчала.

— В любом случае все закончилось счастливым образом, — сказал Вариан легко и отчужденно. — Наше путешествие принесло мне жену… а вам племянницу. Я надеюсь, событие заслуживает того, чтобы отпраздновать его и простить.

Сэр Джеральд покачал головой:

— Надейтесь на что хотите, Иденмонт, но не в моих силах дать вам прощение, которого вы желаете. Вам нужно прощение в сумме тысячи фунтов, чтобы удовлетворить ваших кредиторов.