Дочь Хранителя
Шрифт:
– И как?
– Как видишь. Байка прижилась настолько, что этими именами практически стопроцентно называют всех близнецов мужского пола на обоих материках. Есть так же женские производные - Каина и Авелия, но они не так распространены.
Интересно, внесение подобных корректив в культурное наследие чужого Мира не противоречит "принципу невмешательства"? Поинтересоваться об этом у карда я не успела - он вдруг резко поднялся из-за стола и тихонько скомандовал:
– Уходим.
– Что случилось?
– Обернись.
– Это Марек Звинг.
– Старый знакомый?
– насторожилась я.
– Враг?
– Нет, - прошептал мне в ухо кард почти на выходе из заведения.
– Это - самый нудный менестрель во всем Мискане. А то и в Империи.
Догнавшие нас в переулке заунывные звуки лютни были тому лучшим подтверждением.
*Синий Предел - Океан. Географы Тара не разделяют омывающие материки океаны, считая их единым целым.
Глава 9
– А-а-а!
– не очень громко начала я.
Не громко, потому что ноги в остроносых кожаных сапогах, попадавшие в пятно света от пробивающегося сквозь шторы солнца, показались мне смутно знакомыми.
– А? Кто?- вскочил с кресла заспанный магистр Эн-Ферро.
– Я! И я, между прочим, в собственной спальне. А вот что ты здесь делаешь?
Я натянула одеяло до подбородка и возмущенно взирала на карда.
– Я это... Поздно вернулся...
– И перепутал спальни?
В таком случае, слава богу, что до постели не добрался.
– Не, я это, поговорить хотел. Только ж тебя не добудишься.
Был один "старый испытанный способ", но хорошо, что Лайс в своем вчерашнем состоянии (судя по отчетливому запаху перегара, состояние было еще то) не додумался снова его ко мне применить. Повторного "ограбления" я бы ему не простила.
– И что за важное дело, по которому нужно вламываться ко мне в комнату среди ночи?
Мужчина озадачено поскреб в затылке.
– Да уже, наверное, никакого.
– Забыл?
– Нет. Передумал.
– Твой огненный орк с назидательным именем предложил отвлечься от семейных дел и заняться делами настоящими? Угадала?
– Угадала.
– Только посмей. Знаешь, что будет, если до Рошана дойдет? А ведь дойдет, я уж постараюсь. Как он там говорил: "Подставишь девочку на Таре - по всему Сопределью распылю"?
Взгляд у окончательно проснувшегося карда, только-только сделавшийся вполне осмысленным, вдруг стал до ужаса удивленным.
– Это где же ты слышала, - начал он, нарочито не спеша, - чтобы Рошан мне так говорил?
– У меня дома, когда вещи собирали, - созналась я. Да
– Ты только не думай, что я подслушивала, ты же знаешь, какая в наших квартирах слышимость.
– Знаю, - кивнул Лайс.
– Поэтому-то Рошан и говорил со мной на кассаэл.
– На чем?
– не поняла я.
– На кассаэл, - невесть с чего разулыбался он.
– Древнем языке кардов и драконов. На том самом языке, на котором сейчас говорю я.
Я с недоверием уставилась на него. А ведь и правда, последние слова были произнесены явно не на каэрро, на котором мы условились общаться по прибытии в империю, и уж точно не на русском, на котором я заговорила спросонья. На всякий случай я покосилась на свои руки - перстенек-автопереводчик Лайс отобрал у меня еще на корабле, чтоб я не отлынивала от уроков. И тем не менее...
– Ты - дочь Кира!
– произнес он это так, будто до сегодняшнего дня еще сомневался в этом.
– Мы, карды, учим этот язык, подобно тому, как учатся говорить представители всех рас. Драконы с ним рождаются. Ты - дракон!
Ура.
– Ты и прочие языки усваиваешь с поразительной легкостью, - продолжал кард.
– Я в жизни не сталкивался с подобной скоростью обучения.
Угу. Как в том анекдоте про летающих крокодилов: вас бы так... учили. Сам-то, между прочим, сколько языков знает?
– Смотря, в каком Мире.
Я сделала вид, что не заметила того, что разгоряченный очередным открытием маг снова влез ко мне в мозги, но "закрылась".
– На Таре, - продолжал, так ничего и не понявший мужчина, - кроме двух основных, знаю еще гномий, три орочьих диалекта и наречье тэвков. Но я-то - лингвист.
– Стоп, - я выставила обе руки ладонями вперед. Одеяло естественно упало на колени, но я не дернулась: каэтарская мода - ночнушка под горло.
– Ты же этот, как его, - инженер конструктор орбитальных станций?
– Вообще-то, конструктор оптического оборудования для орбитальных станций, - исправил меня кард.
– Один хрен! Лингвист-то тут каким боком?
– Ну, понимаешь, я же кард.
– Не понимаю, - призналась я.
– Ты говоришь это "я - кард", словно это объясняет все на свете.
– В данном случае - объясняет, - буркнул Эн-Ферро, как мне показалось, немного раздраженно.
– Понимаешь ли, Галчонок, мы, карды, просто сдвинутые на почве науки. Технические разработки, космические программы, фармакология. Ну и наш конек - генетика. Вся эта возня с диплоидным набором хромосом, цепочками ДНК и наследственными данными, Разделение мало чему нас научило. Эксперименты по вмешательству в геном проводятся до сих пор, и единственно предпринятая предосторожность - все изменения затрагивают один конкретный индивидуум и не передаются потомству. Наши ученые научились править наследственность в период внутриутробного развития, чтобы "улучшить" данные подрастающего поколения.