Дочь дракона
Шрифт:
Когда с едой было покончено, у нас спросили, что будем пить, и язык не повернулся назвать алкогольный коктейль, поэтому я выбрала «Пеликан», с клубникой, лимоном и бананом, а Иришка «Ягодный милкшейк».
Когда в неловком молчании и коктейли выдули, мастер Горо сдержанно поклонился, и заверив, что у него «дера», а мы можем быть его гостьями и отдохнуть после «цязкого дня, как средует», нас покинул. А у нас с Иришкой от сердца отлегло и, стоило сэнсэю нас покинуть, как заказали еще по одному коктейлю, на этот раз с запредельным
***
Ариэлька с самым блаженным выражением лица царила на танцполе, казалось, не замечая целой толпы восторженных поклонников, бросающих на хрупкую фигурку под рыжим облаком волос жадные взгляды, и уж точно не замечала завистливых взглядов менее удачных соперниц. Претерпев несколько неудачных попыток, вытащить под свет софитов и меня, она вся отдалась танцу, прикрыв глаза и наслаждаясь безраздельной женской властью.
Я допивала третий коктейль и уже подумывала о том, чтобы помножить наше с Ариэлькой нежное обаяние надвое, в связи с чем нашла ножками туфельки под столом и скользнула в них, когда над ухом раздалось:
– Скучаем?
Низкий, с хрипотцой голос, мелодичный, словно обволакивающий, вызвал стойкое d'ej`a vu. Показалось, что вот сейчас я подниму взгляд, а там… некто блондинистый… И вместе с тем что-то внутри обиженно сжалось, как будто обманули.
Я обернулась вполоборота и захлопала ресницами от удивления.
У столика застыл высокий брюнет с широким разворотом плеч, узкой талией и не менее узкими бедрами, и выразительной мускулатурой. Белая, что особенно бросается в глаза в неоновом свете майка облепила каждый кубик на торсе, широкий кожаный ремень дерзко блестит крупной металлической бляхой.
Брюнет белозубо улыбнулся, явно довольный произведенным эффектом, что позволило сменить удивление, написанное на моем лице на маску ледяного пренебрежения.
– Это я с тобой заскучаю, мужик, – сквозь зубы процедила я и потянула коктейль из трубочки. – А сейчас я релаксирую. Так что будь любезен, не заслоняй танцпол.
Послала брюнету одну из самых обворожительных улыбок, которые мы с Ариэлькой перед зеркалом и камерой-себяшечкой репетировали и добавила уже другим тоном:
– Отвали.
Парень нахмурился, словно меньше всего ожидал такую реакцию на его внешнее, чего уж там, великолепие, а мне в нем снова что-то знакомое показалось. Как сразу в голосе.
Высокий, красивый до умопомрачения, сильный… и глаза при этом умные. Термоядерное сочетание!
Чтобы гормоны меня второй раз за день не подвели, я деланно плечиками повела, волосы назад откинула и как бы сквозь него посмотрела, мол, нужен он тут больно.
И вместе с тем не могла не чувствовать, какая силища от него исходит (всегда в мужчинах в первую очередь это чую) … напополам с недоумением и раздражением.
Чувство вредительства, которое у нас с Ариэлькой в крови, внутри обрадованно потерло потные ладошки,
Парень же, несмотря на явное хамство с моей стороны и не подумал сдаваться.
– Ты неправильно меня поняла, – сказал он, сверкнув черными, как ночь глазами, в окружении таких шикарных ресниц, что даже обидно. Ну куда парням такое богатство?
– Мужик, – лениво процедила я. – Я тебя знать не знаю, и уже какие-то предъявы?
– Ну так давай это исправим, – нагло улыбаясь, не растерялся он. И пообещал так змие-искусительно: – Тебе понравится.
От звука его голоса по коже строем побежали мурашки, а я пообещала гормонам, что если не прекратят издевательство, залью их бромом, как огнетушителем. И дело с концом.
– Ну так желания исправить это нет никакого, – с не менее наглой улыбкой сообщила я парню. – Так что сделай милость, исчезни с глаз.
На щеках парня заходили желваки, отчего самооценка возликовала, взлетев так, что будь она материальной, пробила бы потолок клуба. Самый верхний этаж.
– Ты не так поняла меня, принцесса Кинриу, – зло проговорил парень, и, пока я хлопала ресницами, закончил фразой, которую уже сегодня слышала: – Я – поверенный твоего отца и я пришел за тобой!
– У вас что, сегодня, в психушке день открытых дверей, что ли, – пробормотала я, поднимаясь. – Вон пошел от меня! Неужели непонятно? Еще раз подойдешь, охрану позову.
Старательно обогнув парня, который с недоумевающим видом сложил на груди руки, во избежание, так сказать, я устремилась к Ариэльке, царившей на танцполе.
Оказывается, мою перепалку с красавчиком-брюнетом Ариэлька, несмотря на томный взгляд из-под полуопущенных ресниц, прекрасно наблюдала, поэтому стоило мне приблизиться и, сделав прогиб из серии стриптиз-пластики, отдаться мелодии, восторженно прошептала на ухо:
– М-м-м… Какой!
Я восторга подруги не разделяла, по-крайней мере, желала этого изо всех сил. И вот ввиду невыполнимости желания, злилась так, как злюсь вообще редко.
– Какой-какой, – пробурчала я. – Самый обычный!
– Ага, обычный, как же, – протянула подруга сладким голосом. – Да ты что? Он же сошел с обложки какого-то невероятно пафосного журнала, причем не для смертных, а для небожителей… Ты видела его глаза? Торс? Плечи? М-мускулы… Ах, я тут просто извелась вся от любопытства…
– Было бы из-за чего, – буркнула я. – Обычный псих. Нет, реально, псих! Назвал меня принцессой…
– Да уж, – деланно посетовала Ариэлька. – Да он просто маньяк!
– Да подожди ты! – перебила я. – Он фамилию откуда-то узнал…
– О! – восторженно воскликнула Иришка. – Так это не залетный какой-то, желающий обзавестись девочкой на ночь, а самый настоящий поклонник! Как романтично!
– Второй за сегодня, – призналась я, и, и без того немаленькие глаза Ариэльки заняли пол лица.