Чтение онлайн

Хелена не ожидала от него такой жестокости.

– Адам? Почему вы на меня сердитесь?

– Потому, мэм, что от вас исходят постоянные неприятности, начиная с того момента, как я вытащил вас из воды. – Он высунулся из окна и крикнул: – Домой, Роберт!

Хелена не удержалась от рыданий.

– Хватит хныкать! Слезами горю не поможешь, – резко сказал Адам.

– Я не хнычу! – сердито отозвалась она. – Но я не могу ехать к вам домой!

Адам смерил ее суровым взглядом.

– Это единственное место в Лондоне, где слуги не

выкажут любопытства при виде появившейся ночью женщины, одетой в плащ с капюшоном.

Тем временем они подъехали к парадной двери.

Адам бросил взгляд на площадь, желая убедиться в том, что там никого нет, взял Хелену за руку и бесцеремонно вывел ее из кареты.

– Натяните капюшон.

Он открыл дверь ключом, и тут же из-за суконной занавески под лестницей появился дворецкий.

– Спасибо, Огли, ты можешь ложиться спать.

– Спокойной ночи, милорд, – невозмутимо ответил тот и, хотя в вошедшей женщине узнал ту, которая приходила сюда несколько раньше, сделал вид, что вообще никого не заметил, кроме его светлости.

Покрасневшая Хелена не возражала, когда Адам взял ее под руку и повел по лестнице наверх.

На третьем этаже он отворил дверь, и она очутилась в комнате с огромной кроватью под дамасковым пологом на четырех столбиках. На туалетном столике стоял канделябр с горящими свечами, а на другом столе – графин с вином и бокал. Кровать была приготовлена ко сну и манила к себе.

Хелена повернулась к Адаму.

– Я не могу здесь оставаться – это же ваша спальня!

Глядя на ее широко раскрытые от страха глаза и дрожащий рот, он мягко произнес, развязывая тесемки на ее плаще:

– Хелена, вы так сильно меня боитесь?

Сердце у Хелены стучало подобно барабану, а в ушах пульсировала кровь. От усталости, волнения… и неимоверного желания быть с ним у нее кружилась голова, но, когда Адам заключил в ладони ее лицо, она отшатнулась, боясь, что будет не в силах скрыть свои чувства, и уставилась на огонь в камине.

– Вам нет нужды избегать меня, мэм. Достаточно сказать “нет”. Я не Дэниел Брукс. – Голос Адама прозвучал холодно, и она поняла, что обидела его. – Я лягу спать в гардеробной.

Дверь за ним захлопнулась. Хелена с трудом отошла от камина. Ноги, словно налитые свинцом, еле двигались. Задув свечу, она расстегнула пуговицы на платье, и оно упало на пол. Хелена улеглась на крахмальные простыни и до подбородка укрылась одеялом.

Дрова в камине источали приятный аромат яблоневого дерева, а знакомый терпкий запах одеколона напоминал о том, что эта комната принадлежит мужчине.

Хелене казалось, что она не уснет, но, ед-ва положив голову на подушку, она закрыла глаза и погрузилась в тревожный сон.

Вначале ей приснился Адам: их первый поцелуй на “Лунной паутине”, когда она неумело подставила ему губы; вкус соли на его коже и то волнующее ощущение своей беспомощности в его сильных руках; вот он прижимает ее к койке в каюте, и она слышит, как бьется

его сердце.

Теперь ей снился Воксхолл-гарденз: ее снова целует Адам, а у нее нет сил сопротивляться. Но вдруг вместо кустов живой изгороди перед глазами появился красный дамасковый полог, блестевший от отсветов огня в камине. Она находилась в спальне Адама, но еще окончательно не проснулась.

Хелене показалось, что кровать осела под чьей-то тяжестью. Она повернулась на бок и… очутилась около горячей обнаженной груди. Легкое, словно крылья бабочки, прикосновение губ к шее доставило ей никогда доселе не испытанное наслаждение. А губы уже касались выпуклостей груди.

Она с готовностью изогнулась, когда требовательный язык начал ласкать набухшие соски сквозь тонкую рубашку. Лишь прозрачная ткань отделяла Хелену от напрягшегося мужского тела, прижимавшего ее к кровати. Она уткнулась лицом в волосы Адама, запустив пальцы в пряди. Глаза у нее были закрыты – ведь она спала! – но она сразу нашла приоткрытыми губами его рот и прильнула к нему.

Одной ладонью он держал ее за затылок, другая медленно гладила ее живот и затем переместилась ниже оборок рубашки, на гладкие бедра. Хелена затрепетала, а он нежными, но решительными движениями начал раздвигать ей ноги. В этом чудесном сне она не ощущала стыда, а наоборот – интуитивно повиновалась требованиям мужской плоти.

С улицы раздался крик, нарушивший утреннюю тишину: “Шесть часов! Все в порядке! ” В камине треснуло полено и развалилось, разбрасывая сноп искр. Хелена открыла глаза. В неясном свете, проникающем в комнату, она увидела перед собой глаза Адама. Дрожа от прилива чувственности, она лежала, прижавшись к его обнаженному телу.

Хелена вскрикнула и поскорее отодвинулась, едва не упав с кровати. Значит, это был не сон! Она натянула на себя простыню. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, затем Адам сел, откинувшись на подушки, и прикрылся одеялом.

Хелена залилась краской, но отвести от него глаз не могла.

– Я подумала… мне казалось, что это сон, – запинаясь проговорила она.

Его губы дрогнули в улыбке.

– У вас богатое воображение, Хелена.

– Как вы могли? – разъярилась она. – Вы же собирались спать в гардеробной, и я вам поверила!

Адам заложил руки за голову, на минуту прикрыл глаза и грустно улыбнулся.

– Доверьтесь мне, Хелена. Я делаю то, что надо, а это означает, что вы должны выйти за меня замуж.

Хелена чуть не задохнулась. Какая практичность! И это сразу после того, как он только что доставил ей огромное наслаждение! У нее до сих пор ныло тело от страсти и желания.

– А я повторяю снова и снова: я не выйду за вас.

– Я имел глупость уступить вам – и смотрите, в какую беду вы угодили. – Его голос звучал бесстрастно и резко. – Я понял, что не смогу убедить вас поступить разумно, и поэтому решил – с большой неохотой – принять экстренные меры.