Чтение онлайн

Поколдовав таким образом, целительница дунула на косточку, дым прекратился. Славия кинула свой варварский инструмент в жестяное мусорное ведро. По звуку я поняла, что оно пустое.

– Все, свободен. Только вот горяч-корень возьми.

Славия протянула мужчине маленький серый мешочек.

– Как отек спадет, жуй по корешку перед сном, три дня. Потом ко мне приходи. Обязательно приходи, понял? Если опять запустишь, не приму больше.

Равель с трудом вылез из кресла и закивал.

– Спасибо,

матушка Славия, ужас как больно было.

Он больше не шепелявил!

– Я вам потом яичек утиных занесу, – пообещал он. И поспешно откланялся.

– Он яйцами с вами расплачивается? – удивилась я. Неужто тут принято натуральное хозяйство?

– Нет, – улыбнулась женщина, – платит королевское казначейство. Мне жалование определено. А Равель так свою благодарность выражает. Он птичник.

– А я думала, что все необходимое для жизни в замке производится в Мелекатии, – растерялась я.

– Почти всё, – подтвердила Славия, – но птицу мы тут держим свою. Рядом есть пруд, где Равель своих уток да гусей разводит.

– Госпожа Славия, мне так много еще нужно узнать! – воскликнула я почти в отчаянии. – Чтобы не путаться. Как что устроено и работает… я даже не знаю, что за растение сейчас поливала!

– Это бедохват, – ответила целительница, – питается болью и страданиями. Такие кустарники всегда сажают при домах знахарей. Ты права, вспоминать как тут да что, тебе надо, и в том лучше всего помогут наблюдения. Сейчас навесим замок на целительскую и сделаем перерыв. Свожу тебя на рынок, как и обещала.

Славия и я облачились в обычную одежду. В своем черном строгом платье она смотрелась сурово, как директриса пансионата для девочек, например. Мой простой наряд деревенной девушки был удобным, опрятным и мне нравился. Длинная просторная блуза, цветом где-то между белым и бледно-желтым и коричневая юбка из плотной ткани. А поверх этого – теплая накидка из сукна. На улице ярко светило солнце, но свежий ветерок мог и продуть.

Я удивилась, когда целительница подозвала сонного парня с соломой волосах и велела ему собрать нам повозку.

– А мы разве не в деревню? Она же близко тут совсем.

– Деревенский рынок сейчас пустой и там с тебя втридорога сдерут, – обстоятельно ответила Славия, – весна, новый урожай не скоро, запасы подъедают. И если утварь какую на продажу выставят, в цене не постесняются. Туда надо летом ходить, на ярмарку.

– Тогда на какой базар мы отправляемся? – спросила я, и сердце подпрыгнуло от превкушения узнать что-то новое.

– В сам Верегот, – ответила знахарка.

Увидев, что это название ни о чем не не сказало, она вздохнула.

– Вернемся, попробую тебя подлечить. Что-то шибко у тебя все стерлось в голове. В столицу мы едем. Я тебе говорила, она рядышком тут

совсем. И там базарная площадь есть. На нее круглый год изо всех городков и поселков люд съезжается. А многие деревеньки так вовсе на отшибе, и торговцам не особо хочется совсем без прибыли возвращаться. Так что иной раз можно очень удачно закупиться.

Пока она это рассказывала, парнишка успел подвести к нам крытую повозку, запряженную двумя лошадьми.

Я запрыгнула внутрь, отметив, как пружинят мои молодые ноги, насколько подвижны суставы и как же легко дается теперь каждое движение. Вот так выглядит вторая молодость.

Повозка оказалась куда уютней телеги суконщика. В ней было две лавки, обитых мягкой тканью, и можно было сидеть на них, выпрямив спину. Так что доехали мы с комфортом.

По пути знахарка интересовалась, не болит ли у меня голова, нет ли кружения перед глазами или тошноты. Получается, симптомы сотрясения мозга тут тоже знали, просто методы лечения были очень специфическими.

– Выйдем на базар, молчи, я буду торговаться сама, – предупредила Славия, – пока ты молодая незамужняя девица, тебе, по мнению этих чурбанов, впору самой на прилавке находиться среди товара.

Меня от этого покоробило. Лишнее подтверждение, насколько бесправна я тут оказалась.

– Даже если тебя окликать будут, хоть за юбку пусть дергают, к прилавкам каким попало не иди, только куда я скажу.

Когда мы приехали, я поняла, что меня чуточку укачало. Вылезая из повозки, я чуть не упала, но на ноги встала крепко и почти ровно. И тут же принялась вертеть головой.

Мы стояли у высоких деревянных ворот, на которых было написано что-то непонятное. Да, я же в другом мире, язык совсем другой.

Но все равно странно, почему устную речь я понимаю, а письменная кажется незнакомой?

Моргнув несколько раз, я поняла, что буквы вдруг словно перестроились и выглядят уже более осмысленно. Зажмурилась еще разок, потом открыла глаза…

“БАЗЗАР”

Да, вот так, через два “З”.

Войдя в арку ворот, я увидела типичную ярмарку. Длинные ряды, заваленные товаром, зазывалы рядом с торговыми местами и толпа зевак. Рыночная площадь была огромной, я не могла увидеть, где она заканчивается.

– Здесь и потеряться немудрено! – испугалась я.

– Потому-то надо вместе держаться.

Славия выдала мне угрожающих размеров тряпичную сумку.

– Покупки складывать будешь, – сказала она мне, – если тяжело будет, мне отдашь.

Я кивнула и мы нырнули в людское море. Хотя нет, я преувеличиваю. Скорее, небольшую речушку со спокойным течением. Посетителей было много, но они лениво бродили между рядами, согреваясь под весенним солнышком и подставляя лица ветерку.

– Картошка! Свекла! – кричали с одной стороны.