Добрый
Шрифт:
Именно неожиданность от появления и ещё большая неожиданность от поразительной схожести дочерей и их матерей ввели меня в созерцательный ступор и позволили чуть не проотсутствовать в начале их диалога.
— Ну, здравствуй, доченька, — отделяя каждое слово, с намёком на ласковость обратилась мать Хлои к своей дочери. — Тебя не учили, что умирать нужно так, чтобы родители могли хотя бы на могилке поплакать, а не смешивать свои слезы с морскою водой?
— Если ты считаешь, что я сейчас буду оправдываться и вымаливать прощение, то ошибаешься, — не очень уверенным, но твёрдым
— Значит, каждая соплячка, претендующая на трон, должна его получить по первому хотению? — с максимальной ласковостью в голосе переспросила мать Хлои.
— Вот только не надо изображать вселенскую любовь, играя на публику, — скроила недовольное лицо Хлоя. — Сейчас поругаю нерадивую дочь, потом прижму к сердцу, и все вокруг зарыдают в умилённом экстазе.
— А что не так? — натурально удивилась мать Хлои.
— Естественности не хватает. Фальшивишь, мама.
— Забыла добавить возглас Станиславского: «Не верю»!
— Откуда… в смысле… это же земное…
— Да, доченька, это земное, и это из его мира. — Явный кивок в мою сторону не оставил сомнений у всех присутствующих, чей мир имелся в виду.
— Но как? — сделала огромные глаза Хлоя.
— Примерно, так же, как ты. Спасибо твоей бабушке.
— В смысле, ты была на земле? — начала потихоньку понимать принцесса.
— И я, и все предыдущие правительницы гелов. Это обряд. Испытание. Только пройдя его, можно занять трон. И, кстати, не тебе одной.
Вот интересно, из всех присутствующих только я и Хлоя ни хрена не понимаем? Хотя нет, Мара вон глазюками лупает в непонятках. По младшей Болотной непонятно — кремень девка, особенно на людях. А вот остальные, такое ощущение, что в курсе.
— Может, ты всё-таки пояснишь, мама? — справившись с недоумением, поинтересовалось Хлоя.
— Я тебя поздравляю, доченька. Теперь ты можешь по праву занять трон правительницы гелов.
— И я тебя поздравляю, доченька, — в свою очередь произнесла мать Мары, — трон правительницы варов твой.
— Ну а болотные ведьмы на троне не сидят, внученька, но теперь я уверена, что ты обойдёшься без бабушки в любой ситуации.
— А раньше что? — не поняла младшая Болотная.
— Что раньше, то раньше, — неопределённо отозвалась старшая Болотная, мол, не на людях же.
Все три вновь поздравленные с недоумением переглянулись и всем своим видом , молча, потребовали ответов на многочисленные незаданные вопросы.
— Ну, кто начнёт? — старшая Болотная явно не желала ощущать на себе внучкин взор.
— Давайте по старшинству? — попробовала предложит мать Мары.
— Ну уж нет, — не поддалась на предложение старшая Болотная. — С вас эта каша заваривается, вам и начинать.
— Никогда не думала, что будет так тяжело, — выдохнула мать Хлои. — Прости меня, мама, я тогда была не права.
— Раз начала, так и продолжай, — снова попыталась увильнуть мать Мары.
— Хорошо, — одарила нерешительных ледяным взглядом мать Хлои, — когда началась эта история, никто не помнит. Может, где в летописях ещё и сохранились упоминания об этом поистине великом
Далее следовала длинная, довольно пафосная и из-за этой пафосности чрезмерно скучная речь. Вот скажите мне, зачем на простую информацию нагромождать этажи бессмысленной витиеватости? Да тут даже заинтересованное лицо умрёт от скуки, не дожив до финала. А поскольку я был не совсем заинтересованным лицом… короче… местами я просто тупо вырубался из реальности и по этой причине уловил не всё из далеко не коротенького доклада товарища — Хлоиной матери.
Периодически я даже получал локтем в бок и слышал злобный шёпот, призывающий не мешать своим похрапыванием.
В общем и целом, если суммировать всё мною услышанное и разложить по полочкам элементарного понимания, дело было в следующем.
В одной далёкой-далёкой галактике…
Стоп. Это тут абсолютно ни при чём. Для целой галактики данного мирка явно маловато.
В некотором царстве, некотором государстве…
Вот куда меня вечно тянет? Тут хотя и сказочный дурдом, но далеко не с русским духом, и Русью тут пахнет только от меня, да и то уже повыветрилось.
Короче, дело было так.
В далёкие времена, столь далёкие, что никто даже примерно назвать не может порядок цифр этой далёкости, в этом мирке всё было чинно, благородно, по-средневековому. Стояла резня на всех ступеньках социальной лестницы, с полной самоотдачей и жестокостью. Понравилась тебе, к примеру, жена соседа. Убил соседа — жену забрал. Он тебя убил — твою забрал. Землица нужна — собрал желающих, упокоил землевладельца с его защитниками, попутно попытался упокоить как можно больше и самих желающих. Получилось — ты новый землевладелец. Не получилось перебить всех помощников — раздербанили землю по договоренности. И сиди жди, когда придут за твоим наделом. Совсем не получилось — земля тобой завладела. В смысле, прикопали где-нибудь под кустиком. С прикапыванием здесь было строго, при таком количестве смертей элементарной гигиеной никто не пренебрегал, даже без всяких нравоучений и призывов санэпиднадзоров. До последних, кстати, здесь ещё не додумались, а может, потому что всякая бюрократия в режиме тотального душегубства не выживает.
Доходило до элементарного. Носок порвался — убил путника поприличнее одетого, в его скарбе покопался, вот тебе и новые носки. Не нашлось — убил следующего. Кровь лилась рекой. Население сокращалось. Мир стремился к первозданности, то есть к гармонии без опостылевших разумных тварей. И всё бы хорошо для Мира, но как всегда вмешалась та, которая виновата во все времена, во всех грехах, во всех мирах. (Конечно, Хлоина мать этого не говорила, это я вспомнил Адама и Еву, а дальше само как-то срослось.) В общем, собралась ячейка активисток, недовольных данным миропорядком. Наверное, мужей заколебались менять по семь раз на неделе. И то верно: не успеешь к одному привыкнуть, расслабиться, как говорится, и начать получать удовольствие, а тут уже следующий в твою постель ныряет. Иногда даже кровь бывшего не утерев с похотливой хари. «Приятно» до омерзения.