Чтение онлайн

Ответа не последовало, и, закусив губу, она сделала несколько шагов в комнату. Слышно было только ритмичное храпение, заглушаемое подушкой. Стефани подошла ближе — на расстояние вытянутой руки. Кончиками пальцев слегка дотронулась до его плеча.

— Мистер Макалли…

Мужчина судорожно дернулся и застонал:

— Уйдите, умоляю.

— Мне придется остаться на ночь. — Стефани говорила очень четко, но ее сердце сильно стучало, голос дрожал. — Я просто подумала, что надо вам это сказать. Можно мне остаться?

Она решила,

что он ее не слышал, и, подождав секунду-другую, уже собиралась уйти, когда из-под одеяла показалась его правая рука. Большой палец показывал вверх.

— Спасибо! — прошептала Стефани, на носочках выбралась из комнаты и тихо закрыла за собой дверь.

В соседней спальне она взяла с кровати одеяло и подушку и вернулась в гостиную, вниз. Необходимо было найти ванную комнату. При беглом обследовании первого этажа Стефани обнаружила кухню с современным оборудованием, столовую, прилегающую к гостиной, очень уютную комнату с телевизором и, наконец, ванную комнату.

Она приняла душ и переоделась всего за несколько минут. В своей красной трикотажной ночной рубашке, с волосами, собранными в хвост, Стефани прошлась по комнатам и выключила свет, оставив только лампу на столике у дивана, на котором собиралась спать.

Прежде чем уютно устроиться под одеялом, она погасила свою лампу и замерла: комната преобразилась — восточные ковры, высокие книжные шкафы, кресла с пухлыми подушками и громадное, написанное маслом полотно на стене казались во мраке страшными и опасными. У Стефани по спине поползли мурашки. Средневековье, подумала она, вздрагивая, настоящее средневековье!

Она заснула с молитвой: если этот человек наверху все же не Макаллистер, а маньяк, то пусть его топор будет острым и умрет она легко и быстро, без долгих мучений.

Ну и ночка!

Деймиан Макаллистер перевернулся на спину и уставился воспаленными глазами в потолок. Галлюцинации у него уже случались при очень высокой температуре, но видения, что явились ему в последние несколько часов, — это было что-то новенькое. Они казались такими же реальными, как матрас, на котором он лежал.

Конечно, кошмары на Рождество — обычное дело, они преследуют его с детства… Хотя ситуация ухудшилась в последние пять лет, после того как…

Нельзя об этом думать.

Усилием воли он прогнал мысли о прошлом.

Отбросив покрывало, Деймиан поднялся с кровати и на подгибающихся ногах пересек комнату в направлении ванной. Там он оперся руками о раковину и уставился на свое отражение в зеркале.

Боже!.. Из зеркала на него глядел кто-то, напоминающий уголовника с плаката «Разыскивается по стране»: всклокоченные черные волосы, заросший подбородок, покрасневшие глаза — расширенные сосуды резко контрастировали с радужками сине-серого цвета.

Нужно в душ и побриться… Но он побоялся, что упадет в обморок прямо под душем, если полезет туда на пустой желудок. Чашка кофе —

вот что прежде необходимо. Деймиан закрыл глаза. Кофе, горячий и ароматный… Так хочется кофе, что даже чудится его запах… От этого с ума можно сойти…

— «… снежная буря, разразившаяся в северо-восточном Вермонте вчера вечером, не утихает…»

Черт возьми! Стефани нахмурилась и со злостью выключила радиолу. Налив себе кофе из большого кофейника, она подошла к окну, выходившему во двор. За окном все было бело — ничего не разглядеть. Появление здесь аварийной службы, подумала она, так же маловероятно, как на Луне.

Значит, она застряла в этом доме, вдали от большой дороги, с каким-то…

— Ну, здравствуйте. Доброе утро!

Стефани резко обернулась, чуть не захлебнувшись кофе, и широко раскрытыми глазами уставилась на человека в дверях кухни.

Макаллистер.

Если это в самом деле Макаллистер…

Он стоял, упираясь руками в дверной проем и слегка наклонившись вперед. На нем были те же джинсы. И то же недовольное выражение лица.

Лицо с плаката «Разыскивается…». Но по крайней мере у него нет топора. Хотя нужен ли он ему, чтобы справиться с ней? — думала Стефани, разглядывая его мускулистый торс, сильные ноги…

Подняв глаза, она в смятении обнаружила, что он тоже пристально разглядывает ее ноги — ночная рубашка была довольно короткой. Стефани проснулась очень рано и решила, что у нее достаточно времени, чтобы выпить кофе до того, как принять душ и переодеться. Какая ошибка!

— Я не хочу причинять вам неудобства, — проговорила она, — но вчера вы дали понять, что разрешаете мне переночевать.

— Так вы настоящая. — Подобие улыбки мелькнуло на его лице.

— Настоящая?

— А я думал, что вы — миссис Клаус, заместитель Санты.

Брови Стефани поползли вверх. Он навалился плечом на косяк, белый цвет двери выгодно оттенял его загар.

— Ну, это ваше красное пальто, красно-белая шапочка… мешок с игрушками…

— Ах, это, — усмехнулась Стефани. — Моя дорожная сумка. Там просто одежда и туалетные принадлежности… А медвежонка мне пришлось запихнуть поверх всего в последнюю минуту.

Хозяин дома широко зевнул, демонстрируя отличные зубы, и почесал грудь.

— Сегодня утром я подумал, что у меня были галлюцинации, но это не так. А ваш олень… то есть машина… — поправился он, — она в сугробе, да?

— Я потеряла управление, спускаясь с холма. Машину занесло, и она застряла в сугробе на подъезде к вашему дому. Вы представить себе не можете, как я обрадовалась, когда увидела ваш дом. Все огни горят, значит, внутри — люди. Хотя, должна признать, я уже начинала паниковать, когда…

— Когда я так долго не открывал дверь. — Он лениво оттолкнулся от косяка. — Припоминаю, что предлагал вам чувствовать себя как дома, — его взгляд скользнул по дымящейся кружке в ее руке, — и вижу, вы поймали меня на слове.