До пепла...
Шрифт:
Да, это точно подтверждало его слова, что Дамир не мог и не хотел ее полностью вычеркнуть из своей жизни. А Тоня тот его галстук искромсала ножницами и выкинула вместе с духами, чтобы и от малейшего следа мужчины в своем доме избавиться.
Черт, аж пугало, насколько хорошо Дамир свои действия спланировал, добившись от нее ровно той степени гнева, обиды и поступков, на которые и рассчитывал. Явно прекрасно умел чувствовать и раскусывать людей, находя слабые места и точки давления. А вот себя, выходит, переоценил и недопонял, раз не сумел «переболеть» ею, как рассказывал.
Ладно-ладно, она его не простила еще за всю эту дурость и боль, за то, что сам все решил, ни черта ей не объяснив! Но… сейчас, выслушав, Тоня уже понимала, что именно руководило Дамиром. И с точки зрения безопасности, и с точки непонимания собственных чувств.
Дамир зашел, когда Тоня еще переодевалась. Застыл, с какой-то жадностью даже глядя на нее, словно поедал глазами, в себя впитывал ее вид. И ей внутри горячо стало, откликнулось все! Подошел, обнял осторожно, похоже, допускал, что она его оттолкнет. Но Тоня сама припала, медленно расстегнув его измятую сорочку, прижалась щекой к горячей груди Дамира, слушая стук родного сердца.
И оба понимали, что им не до того, и самого секса не хочется сейчас. Морально измотаны. Просто очень соскучились друг по другу. Просто хочется быть кожа к коже…
— Санек привезет сюда жену к десяти, ты не против? Мы подумали, что так вас обеих легче будет защитить, не рассредоточивая охрану. Комнат много, ты не обязана с ней говорить, если что, это только на саму церемонию. Хотя Ника нормальная, она без каких-то там заскоков, хороший человек, — будто спрашивая у нее разрешения, сообщил Дамир.
Словно они и не у него дома или она равна ему в праве решать.
— Я думала, он дважды разведен, — не поднимая головы, отозвалась Тоня, чтоб не показать, что его тактика дает свои результаты, черт бы побрал этого Пархомова! Польстило.
— Разведен. Она его вторая жена… Хотя Сашка одну Нику всегда и любил. Да и сейчас все пытается заслужить прощение… Сложно у них все там, Тонь, без бутылки не разобраться, — невесело хмыкнул Дамир. — Но дороже Ники для Чехова никого нет, и он тоже боится ее под удар подставить. Сын за границей, к тому же и не общался он с ним, по сути. Нет там близости, в основном, обеспечивает и все. С первой женой не общается вообще, они и поженились-то из-за залета, хотел Сашка тогда «правильно» сделать. Сейчас все через адвоката решают. А Вероника — его слабое место.
— Черт! Кажется, у них все еще сложнее, чем у нас, да? — хмыкнула Тоня, немного растерявшись от такой информации.
Дамир хохотнул, прижавшись щекой к ее макушке, хоть и не особо весело это прозвучало. Крепче Тоню обнял.
— Сложнее. К счастью, и, благодаря в чем-то самому Саньку, вечно мне мозги вправляющему все эти дни, я так натупить, как он в свое время, не успел и не додумался, — выдохнул тяжело.
Она услышала все, на чем он ненавязчиво акцент сделал. Легло на душу.
— Ладно, это же твой дом. Ты решаешь, кого
Вновь ощутила в нем усталость, а время бежало, скоро Дамиру все силы понадобятся, чтобы выдержать ужасный день.
— Нет, я выводы из своих ошибок делаю. Теперь вместе решать будем, — не сопротивляясь, он лег с ней в постель, сбросив расстегнутую Тоней рубашку и брюки на пол.
Вот же ж расчётливый и хитрый, проныра! Но не удержалась, сама уголками губ улыбнулась.
— Хорошо. Я не против. Тем более, если охране и тебе так легче будет, — решив, что имеет полное право, устроилась на его плече.
— Спасибо, любимая, — тихо прошептал Дамир, обнимая.
И Тоня поняла, что он отключается. Да и она уже почти дремала. Вот и решила не сопротивляться, осознавая, что день не пощадит никого, стоило хоть сил набраться для этого.
Разбудил их ее телефон, просто надрывающийся звонком. Непонятно как, но простая и общая для всех входящих вызовов мелодия сейчас звучала зло и раздраженно. Или это от того, что она до того так сладко уснула около дорогого мужчины?
— Блин! — раздосадованно проведя по лицу ладонью, прогоняя остатки сна, Тоня сбросила вызов от Дениса. — Я же внятно сказала, что участвовать в этом не буду, — проворчала, ставя режим «не беспокоить».
Семь утра наступило давно, автоматическая настройка отключила этот самый режим, пропустивший звонок Дамира ночью. А Денис в ее список близких никогда добавлен не был. Почему? Вот ведь вопрос из вопросов…
— Что ему нужно? — Дамир тоже проснулся, сел около нее. И имя звонившего заметил, как и реакцию Тони.
— Да это он никак меня не услышит! — продолжила ворчать с тем же раздражением.
«Я не буду сегодня машину продавать, тем более так хитроумно», — вслух объясняя Дамиру, набрала сообщение Денису.
— Насчет чего? И причем тут машина? — Дамир заглянул ей через плечо, обняв Тоню за пояс, притянул к себе ближе на подушки.
Еще минут пять и надо будет подниматься обоим, ему скоро собираться пора, да и Чехов же приедет… Но несколько мгновений еще хотелось понежиться в его объятиях и под теплым одеялом. Хоть она его еще и не простила… Главное, почаще себе напоминать про это!
— Да это у меня появилась идея машину сменить, — вздохнула Тоня. Объяснить свое решение по кардинальной перемене в жизни казалось не так легко.
— Я… Мне было тяжело… Невыносимо тяжело эти недели, — не глядя на него, начала все же искать слова. — И показалось, что если продам это авто, выберу новое, то как-то встряхнусь, обнуляя все. Денис вызвался помочь… Хотя мне вообще не то авто по вкусу, что он навязать пытался. Ну и он там кого-то нашел, кто сегодня захотел мою машину купить, через какого-то ему знакомого нотариуса… Мутно все, не знаю, мне это не по душе, — скривилась. — Я сказала, что не буду участвовать, и так ничего продавать не намерена. Но он меня, очевидно, не услышал, — откинулась на подушки, глядя в огромное панорамное окно, а не на Дамира. Отложила телефон.