Чтение онлайн

Его язык исследует мою кожу… погружается между моих ног… В нашем маленьком коконе я чувствую его твердую плоть.

В нашем маленьком коконе он движется внутри меня, переплетая наши пальцы над моей головой, сливаясь телами настолько тесно, насколько это возможно физически.

Мы засыпаем удовлетворенные, переплетясь конечностями. По иронии судьбы, это символ наших отношений. Мы превратились в узел. И я не знаю, делает ли он нас сильнее или просто все усложняет… мешает нашей свободе. Я знаю, что Зак не хочет удерживать меня от следования за моими мечтами, но я чувствую себя связанной с ним,

и в этом нет ничего плохого.

Через несколько часов он будит меня, притягивая к своему телу и скользя в меня с одним лишь протяжным стоном моего имени. Я настолько одурманена им, что едва могу открыть глаза, поэтому они остаются закрытыми. Снова и снова я двигаю бедрами навстречу его толчкам, воздух наполняют только звуки нашего затрудненного дыхания и легкий, ритмичный скрип кровати. Его руки скользят по моему телу: по спине, груди и между раздвинутых бедер, где он движется внутри меня, пока мы снова не достигаем разрядки, не падаем и не засыпаем.

Мне требуется несколько минут.

Как бы мне ни хотелось провести в постели с Эмерсин весь день, особенно после того, как я так долго ее не видел, мне требуется несколько минут, чтобы разобраться в своих мыслях.

Выбравшись из постели, я подбираю с пола одежду, принимаю душ и варю кофе. Прошел год, и я думал, что воспоминания о Сюзанне, сидящей за кухонным столом и с такой гордостью смотрящей на свой сад, немного померкнут. Нет.

Воспоминания не померкли. Моя любовь к ней не угасла.

Но каким-то чудом я испытываю к Эмерсин сильные чувства. И эти чувства не кажутся неправильными, но они кажутся неудачными для этого момента. Мы находимся в очень разных местах в наших жизнях, и пусть это звучит как самая банальная причина того, что отношения не сработают, тем не менее, причина веская.

Я устроился в своей жизни и работе. Эмерсин только начала грандиозное исследование, поиск своей мечты, страстное путешествие, которое должно стать приоритетом номер один в ее жизни.

Я не хочу ее отвлекать. Не хочу становиться причиной того, что она согласится на что-то меньшее, чем ее мечты.

Дверь ванной закрывается, выводя меня из глубокой задумчивости, и через несколько минут из-за угла появляется Эмерсин. Глядя на ее халат, я гадаю, надето ли на ней под ним что-нибудь. Да, вот где мои мысли. Если бы я мог вести себя как животное, реагирующее только инстинктами, я бы разложил ее на этом кухонном столе и хорошенько пожелал доброго утра.

Я подавляю внутреннего зверя и выбираю контроль.

— Доброе утро, — приветствует она, застенчиво улыбаясь, ее щеки краснеют, когда она наливает кофе в чашку.

— Доброе. Как спалось? — Я сажусь прямо и киваю на стул. Стул Сьюзи.

Эмерсин смотрит на него несколько секунд. Она думает о том же. Дело не только во мне. У нее свои проблемы со Сьюзи. Прежде чем я успеваю ее как-то успокоить, она садится, и я испытываю

облегчение, что она воспринимает это нормально.

— Я хорошо спала, — она ухмыляется, впиваясь зубками в нижнюю губу. — А ты?

Ухмыляясь, подношу кружку к губам.

— Не на что жаловаться. — Сделав глоток, ставлю кружку на стол. — Нам много есть о чем поговорить.

Она кивает, дуя на кофе.

— Чем ты занимался все это время?

Я смеюсь.

— Работал. А ты?

Она пожимает плечами.

— Тоже.

— А вот с этим поподробнее. Я лишь мельком вижу тебя в социальных сетях, ты живешь полной жизнью. Вольная пташка. Надеюсь, ты счастлива.

На лбу Эмерсин образуются морщинки, и она кривит губы. Я бы все отдал, чтобы узнать, о чем она думает, потому что знаю, эту мысль она не озвучит при мне.

— А ты счастлив? — спрашивает она.

Мои глаза сужаются, изучая полупустую кофейную кружку передо мной.

— Я в норме. На работе все хорошо. Семья тоже в порядке.

— Но ты счастлив? — повторяет она.

С легким ворчанием и улыбкой, чтобы сгладить любую боль от ворчания, я пожимаю плечом.

— Честно?

Она кивает.

— Не могу сказать наверняка.

— Почему?

— Потому что не хочу ни ранить твои чувства, ни давить на тебя.

Прерывисто вздохнув, Эмерсин принимает храбрый вид.

— Ладно… это выйдет сбивчиво, и, надеюсь, ты не поймешь меня неправильно, но… я не рассчитываю, что волшебным образом осчастливлю тебя, словно Сьюзи все еще жива. Мне кажется, она хотела, чтобы после ее смерти ты был собой. Но своим присутствием в твоей жизни она как бы делала тебя тем, кем ты был. Ты был Заком: пилотом, другом, братом, сыном… и мужем. И из всего перечисленного, статус мужа значил для тебя больше всего. Как переосмыслить жизнь, когда то, что казалось самой важной частью тебя, больше не существует?

Через несколько долгих мгновений я шепчу:

— Возможно, ты права.

Такое ощущение, что Эмерсин проникла в мою гребаную душу, ухватила каждую эмоцию и рассказала мне о них. Я беру ее за руку и притягиваю к себе.

Она поддается, усаживается ко мне на колени, и мы оба смотрим в окно. Опустив подбородок ей на плечо, я пробираюсь рукой ей под халат, обнаруживая, что она действительно голая.

— До того, как я увидел тебя вчера дома… — я протяжно вздыхаю, — …я боролся. Я считал себя мудаком, оставив тебя в Малайзии без каких-либо объяснений того, что у нас происходит, потому что и сам не знал. Я не ожидал, что эти эмоции подкрадутся ко мне и уничтожат мое чувство равновесия. Каждый день я ощущал, что мне чего-то не хватает. И очевидным ответом, казалось, была она. Возможно, ты частично права. Возможно, мне не достает той части меня, которую она забрала с собой. Я пытался в этом разобраться. И бывали дни, когда мне было хорошо, но не великолепно. Я был доволен, но не обязательно счастлив. Спасибо и на этом, но все же я немного возмущен. Жизнь — это новый кулинарный рецепт, который я продолжаю пробовать, но в нем постоянно чего-то не хватает. И что бы я ни добавлял, в итоге, все равно получается не совсем то, что надо.