До мазохизма...
Шрифт:
Нельзя не согласиться. И в предсказание верю.
При этом я ничего не говорила о себе, она просто взглянула, просканировала и, подобно доктору, назвала диагноз, расписала лечение и выписала рецепт. Правда, сроки не озвучила. Как быстро это произойдёт? И смогу ли выносить? — это волнует не меньше. С момента выкидыша прошло полгода, мой организм ещё не восстановился полностью, женское здоровье ослаблено — сама это понимаю, цикл пока нерегулярный, задержка месячных — частое дело.
Впрочем… Наберусь терпения.
Теперь
— Маш? — бархатный глубокий голос Руслана отвлёк от приятных мыслей о малыше.
А что творят его сильные и одновременно нежные руки… это блаженство… Он сидит позади меня, зажав между своих мощных бёдер, и моет мои волосы, массируя голову. Потом смывает пену несколько раз, поливая водой из ковша.
Почти мурлычу, прикрыв расслабленные веки. И таю, таю, таю от простой ласки… кайф…
— Маш… — повторил.
— М-м? — обернувшись на него через плечо, поймала возбуждённый горящий взгляд, как будто не было того часа безумного наслаждения, и он до сих пор голоден. То чувство, когда пьёшь и не можешь напиться, испытывая дикую жажду и потребность.
«Ему мало… ненасытный… неутомимый…».
Хотела сказать, что мы задержались в бане неприлично долго, неудобно перед хозяевами дома, да не успела даже рот раскрыть. Руслан склонился к моим губам и, крепко обхватив подбородок пальцами, смачно поцеловал.
Воздух мгновенно пропитался запахом желания.
Я не могла не откликнуться… Всё моё женское естество потянулось навстречу, низ живота наполнился уже знакомой приятной тяжестью, а мышцы плоти сжались в ожидании близости, предвкушая восхитительный оргазм.
«Теперь знаю, что это… когда распадаешься на миллионы частиц».
Развернулась к Руслану лицом и быстро забралась к нему на колени, обняла могучий торс ногами, насколько возможно, скрестив их за спиной, и стала целовать в ответ. Боль напомнила о себе, но я лишь теснее прижалась к своему мужчине. И уже не обращала внимания на пульсацию вокруг ранки. Ведь есть волшебное лекарство по имени…
— Руслан… — умоляющим голосом прошептала ему в рот, а сама нетерпеливо трусь об эрегированное достоинство.
Он резко вошёл в меня под моё протяжное и блаженное «а-а-а…».
Я выгнулась дугой. И тут же ощутила, как обволакивает жаром его тела и мускусным мужским ароматом, словно вторая кожа мягко обнимает. А энергия потекла внутрь непрерывным потоком, наполняя доверху, чтоб вернуть обратно в двойном размере.
Это и есть — отдаваться, когда теряешь не только счёт времени, но и себя…
…Мы с трудом выбрались из бани, и лишь по одной причине: нужно ехать дальше. Потеряли полдня.
Радушные хозяева не могли отпустить нас, не вручив пакет с едой: творог, молоко,
И опять вопросы… Какие именно новости? Хорошие? Плохие? Забеременею? Или речь о муже? Окончательно решится проблема? Он забудет о моём существовании? Хотелось бы пораньше, сейчас начало июля…
«А ведь я ему изменила… и нет ни капли сожалений» — просто никогда не представляла, что окажусь в такой ситуации.
Несмотря на отношение Кости, не возникало мыслей завести любовника. И даже тот факт, что он не обременял себя верностью, не скрывая своих похождений налево (очередной плевок в душу), не толкнул меня в объятия другого мужчины, а зря… вот об этом тоже жалею…
Видела же, как Руслан смотрит на меня, только боялась себя, бегала от самой себя — потребовалось три года, чтоб разобраться во всём и понять, как жить.
— Константину надо позвонить… — говорит он, тяжело вздыхая. На удивление, думает о том же.
Я напряглась, услышав о муже. Всё, на что меня хватило — кивнуть в ответ. Верю ему.
— Включу разговор на «громкую связь», но чтоб ни звука, сиди тихо…
12.2
Руслан
Константин ответил сразу, буквально после второго гудка, телефон явно лежал под рукой, а я не забыл поставить звонок на «громкую связь»…
— Наконец-то! Свихнуться можно, пока дождёшься новостей от тебя! — раздражённо сказал он, не утруждая себя элементарной вежливостью. Да и хрен с ним. Тоже обойдусь без приветственных слов.
— Информацию проверил, — коротко ответил ему.
— Ну! Говори! — прошипел, подобно змее.
Бросив быстрый взгляд на Машу, не мог не заметить, как она испуганно вздрогнула и сжалась в комочек от гневного голоса её… нет, уже не мужа… Теперь она моя женщина! И мне плевать, что в паспорте имеется штамп. Скоро это недоразумение устраню. Евы-Марии больше нет — на этом точка.
— Ева, действительно, находилась в том городе целый месяц, работала в кафе уборщицей, жила там же, в подсобке, — намеренно употребляю первое имя, чтоб не вызывать подозрений и лишних вопросов, ведь все звали её исключительно Евой. Все, кроме меня, да и то мысленно.
— И что случилось потом? Куда же моя жена опять делась? Так внезапно подалась в бега, позабыв о документах, деньгах и вещах… — ещё имеет наглости возмущаться. Сначала издевался над хрупкой беззащитной женщиной, а теперь удивляется… сучара…
Но эмоции сейчас только навредят. Собравшись с силами, продолжил:
— Пока не нашёл, могу лишь строить версии: что-то её спугнуло, причём это заставило бежать, не раздумывая. Возможно, решила, что на след напали… — выдержал паузу и добавил, — или…