Чтение онлайн

– Какие анализы?

– Откуда мне знать, Сэм? – капризно надула губки Минит. – Секретарь не уточнила, а я не стала спрашивать. Просто записала дату и время визита.

– Что-то тут не так, – насторожился Сэм. – Почему тебя не предупредили о том, какое именно предстоит обследование?

– Секретарь напомнила только, что я уже давно не проходила полное физическое обследование – вот доктор и запланировал его.

– Ты хочешь, чтобы я отвез тебя в Нью-Йорк? – осведомился Сэм. – Или попросишь Дирка?

– Лучше ты, – поспешно

произнесла Минит. – Будь добр, отметь дату в своем календаре. Я все тебе записала. – И она протянула мужу листок бумаги.

– В час дня? – переспросил Сэм, просмотрев записи. – Если мы выедем из дома около семи, у нас в запасе будет уйма времени. – Как странно, тем временем размышлял он. Почти всегда Минит ездила в город вместе с Дирком – чтобы поболтать по дороге, преимущественно о семейных делах. Сэм недоумевал, почему жена на этот раз обратилась к нему, однако от вопросов воздержался.

Словно прочитав его мысли, Минит объяснила:

– Дирк не на шутку разозлил меня.

– Что он натворил на этот раз?

– Опять начал встречаться со своей потаскушкой.

– С Марджи Ньюс?

– С ней самой, – с отвращением подтвердила Минит. – Теперь неприятностей не оберешься.

– Ну, если она способна доставить радость Дирку… – проговорил Сэм, отставляя кофейную чашку.

Минит фыркнула:

– Такую радость она уже успела доставить всем мужчинам долины!

Сэм усмехнулся.

– Пожалуй, ты права, – заметил он. – Среди местных парней эта девчонка пользуется отменной репутацией.

– Будь моя воля, – выпалила Минит, – мисс Марджи пришлось бы завоевывать репутацию где-нибудь совсем в другом месте.

– Дирк – твой двоюродный брат, – напомнил Сэм. – Пусть сам расхлебывает эту кашу. – Допив кофе, он взглянул на жену в упор. «Пора сказать самое важное», – решил он. – Минит, на этой неделе я намерен составить план реставрации Октагон-хауса.

Жена молча посмотрела на него, затем глотнула кофе и подняла бровь.

– Ну что ж, поступай как знаешь, Сэм, – наконец откликнулась она. – Но мне больно видеть, как ты тратишь время на никчемную развалину. И на эту дрянную женщину – как бишь ее?..

– Будет тебе, Минит! – Сэм попытался обратить разговор в шутку. – Этот дом достоин реставрации, и ты это знаешь. А Леони Коринт показалась мне настоящей леди.

Глаза Минит полыхнули едва сдерживаемой яростью.

– Очень может быть, но вряд ли она способна оплатить твой труд! А если она и заплатит, то этих денег тебе не хватит, чтобы заказать хотя бы одну пару сапог для верховой езды!

Сэм отставил чашку, не сводя глаз с жены.

– Перестань скандалить, Минит. – Он уже понял, что сегодня утром никакого чувства юмора не хватит, чтобы успокоить жену. – Ты злишься каждый раз, когда я получаю новый заказ не от твоих друзей.

– По крайней мере мои друзья щедро оплачивают твои услуги, – язвительно напомнила Минит. – И потом, тебе вовсе

незачем работать. Моих денег хватит нам обоим. Ты мог бы посвятить себя управлению поместьем и лошадям.

– Минит, это старая песня, – невозмутимо ответил Сэм. – Ты же знаешь: работа занимает в моей жизни важное место.

– Твоя работа, – выпалила она, – не более чем хобби!

Сэм спокойно свернул салфетку и положил ее рядом с тарелкой.

– Прости, но я уже принял решение. – Он поднялся. – Я приступаю к работе немедленно. До встречи. – И он покинул комнату, не обращая внимания на искаженное яростью прекрасное лицо жены.

Захватив из кабинета папку, он зашел на кухню, где застал Эрминду буквально трясущейся от негодования. Ее лицо раскраснелось, в глазах горел гнев. Заметив Сэма, экономка отложила нож, которым крошила лук, и обернулась к нему.

– В чем дело, Эрминда? – невозмутимо осведомился Сэм.

Она нахмурилась.

– Простите, но я случайно услышала ваш разговор, мистер Сэм, – начала она, мысленно добавив: «Ваша жена – сущая ведьма, бессердечная и жестокая, которой давно пора воздать по заслугам».

– Напрасно вы беспокоитесь, Эрминда. Просто сегодня утром Минит нездоровится.

Эрминда кивнула.

– Да, мистер Сэм, – ответила она. «Нездоровится, как же! Вечно ей нездоровится. Заставляет меня вкалывать до седьмого пота, а относится как к нахлебнице!»

Взяв нож, Эрминда продолжила крошить лук.

– Счастливо, Эрминда, – попрощался Сэм.

Эрминда снова кивнула.

– Удачного дня, мистер Сэм, – пожелала она. «Тук-тук-тук» постукивал по доске нож.

– И вам тоже, – ответил Сэм, выходя из кухни.

Эрминда посмотрела ему вслед. «Она видит, как он добр ко мне, – размышляла она, – потому и злится на него и на меня». По кухне разносилось размеренное постукивание.

В вестибюле Сэм взял из розового блюда ключи, вышел из дома, сел в «рейнджровер», завел двигатель и поехал к воротам, торопясь сбежать из душной тюрьмы семейного очага. Но избавиться от чувства вины за равнодушие к женщине, которую он навсегда искалечил, Сэму не удавалось.

Туман рассеялся, превратившись в голубоватую утреннюю дымку. На лазурном холсте неба не было ни единого облачка. Утреннее робкое чириканье птиц постепенно переросло в неуправляемую какофонию, так что Леони казалось, будто она вдруг очутилась в гигантской клетке. Но вскоре птицы всерьез занялись поисками пропитания и умолкли. Некоторое время Леони наблюдала, как малиновки бродят по лужайке, то и дело склоняя головки и поклевывая насекомых, прислушивалась к звонкому цокоту бурундуков и белок, мелькающих в ветвях старых сосен. Где-то возле каретника ворковали голуби, а над цветочной клумбой две бабочки-белянки исполняли воздушное па-де-де.