Чтение онлайн

— Я ревную, — призналась я, все еще глядя вниз. — Мне нравится Кейл. Он нравится мне больше, чем друг и я ненавижу это. Потому что я всегда буду торчать рядом с ним и наблюдать, как он общается с более старшими и красивыми девушками. Это отстой, дядя Гарри. Это полный отстой.

Я почувствовала жар на своих щеках, когда между нами воцарилась тишина.

— И давно ты так себя чувствуешь? — спросил он через мгновение.

Я с облегчением выдохнула из-за того, что он не стал смеяться надо мной.

— С

тех пор, как мне было около десяти. Раньше, когда он крутился с другими девушками, я не придавала этому особого значения. Но сейчас все становится хуже, потому что я постоянно расстраиваюсь из-за всего этого.

Я подняла глаза, когда дядя фыркнул.

— Это все твои гормоны, малышка, — сказал он деловым тоном. — Ты уже достигла половой зрелости. Вот откуда тянет дерьмом.

Мне было немного неловко говорить с дядей о гормонах и половом созревании. Я улыбнулась, когда он закончил говорить, потому что выражение его лица было максимально серьезным.

Он улыбнулся мне.

— Почему бы тебе не поговорить об этом с мамой?

Он что, шутит? Это предложение привело меня в ужас.

— Я не могу, — заявила я. — Она любит Кейла, как родного. Она, наверное, отречется от меня.

Брови моего дяди взлетели вверх.

— Это немного притянуто за уши, тебе не кажется?

— Нет, — ответила я, — Я думаю, что это весьма правдиво.

Глаза моего дяди блеснули, когда он улыбнулся.

— Твой словарный запас растет.

Я смахнула с лица пряди волос, упавшие мне на глаза.

— Я прочла много книг, — сказала я, пожимая плечами. — Некоторые из них были не для детей.

Мой дядя приподнял бровь.

— Любовные романы?

Я молча кивнула.

— Для подростков — ничего откровенного или чего-то такого.

Во всяком случае, ничего слишком явно откровенного.

— Я не сомневаюсь, что подобные романы заставляют тебя еще больше расстраиваться из-за Кейла, — сказал дядя.

Я нахмурилась.

— Не совсем. Но, они заставляют меня мечтать о парне еще больше. Мне нравится читать о людях, которые живут счастливо. Похоже, было бы неплохо, если бы меня кто-то полюбил.

— Я люблю тебя, — быстро сказал дядя.

Я закатила глаза.

— Я имела ввиду любовь парня. Любовь близких — это совсем другой вид любви.

— Любовь близких — это все, — уточнил он. — Когда у тебя есть любовь всей семьи, ты можешь сделать все, что угодно.

— Ладно, Опра, — фыркнула я.

— Дерзкая девчонка, — засмеялся он. — Ну, если убрать шутки в сторону, то ты в порядке? Мы можем пропустить сеанс «Людей Икс», если хочешь.

— Ни малейшего шанса. Я умираю от желания посмотреть этот фильм.

Дядя пристально посмотрел на меня.

— Ты уверена? Потому что, если тебе грустно, мы можем сделать что-нибудь другое.

Я

улыбнулась его беспокойству.

— Со мной все будет в порядке. Я так чувствую себя всякий раз, когда он меня отталкивает. Думаю, мне просто нужно привыкнуть к этому.

Мой дядя почесал шею.

— Или ты могла бы, ну не знаю, сказать Кейлу, что он тебе нравится и…

— Ты в своем уме? — я прервала своего дядю драматичным визгом. — Кейл никогда не узнает, что он мне нравится. Иначе моей жизни настанет конец!

— Дорогая, — сказал дядя, и его губы дрогнули.

— Нет! — сказала я и пригрозила пальцем. — Ты пообещаешь мне прямо сейчас, что все, что я когда-либо расскажу тебе о Кейле, останется только между нами. Только между нами.

— Лэйн…

— Пообещай, дядя Гарри.

Дядя так хохотал, что ему пришлось вытереть слезы с глаз.

— Ты точно такая же, как и твоя мать, — засмеялся он. — Такая требовательная.

Я скрестила руки на груди.

— По-моему, это не похоже на обещание.

Дядя ярко улыбнулся, затем покачал головой и заговорил.

— Обещаю, я буду держать все, что связано с Кейлом, строго между нами двумя.

Я посмотрела на него, потом вытянула вперед правую руку с поднятым мизинцем.

— Дай непреложный обет, — сказала я, прищурившись.

Дядя снова рассмеялся.

— Я знал, что буду жалеть, когда покупал тебе все эти книги о Гарри Поттере.

— Что, что? — внутренне я возмутилась. Возможно, это было самое лучшее решение, которое он когда-либо принял в своей жизни. Я обожала эти книги.

— Клятва на мизинцах, — настаивала я. — Это моя версия непреложного обета.

Дядя на мгновение прикусил нижнюю губу, потом поднял руку и обхватил мой мизинец своим.

— Я, Гарри Ларсон, мизинцево клянусь тебе, Лэйн Эдвардс, своей честью, никогда не рассказывать о наших разговорах или сплетнях о Кейле Ханте ему или любому, другому ныне живущему существу.

Я пропустила мимо ушей его очевидное веселье и сосредоточилась на его словах.

— Хорошо, — кивнула я. — Теперь мне не придется тебя убивать.

Губы моего дяди дрогнули.

— Девушка, защищающая свое сердце от возможной любви, что может пойти не так?

— Ничего, — ответила я. — Абсолютно ничего не может пойти не так, так как я уже все продумала.

— Ты в этом уверена? — спросил мой дядя, и в его тоне сквозил скептицизм. — Скрывая такие чувства, можно и навредить себе.

Я отмахнулась от его беспокойства. Расскажи я Кейлу о своих чувствах, мне стало бы очень больно. Я знала, что он не любит меня так же, как я его. Исходя из этого, я была уверена, что держать его в неведении о моих чувствах, было лучшим решением. Это была часть моего плана «люби-Кейла-на-расстоянии».