Дневная тень

Вороны:

Хирад Холодное Сердце — воин-варвар

Безымянный Воитель — воин

Фрон — воин и оборотень

Уилл Попрошайка — вор

Илкар — маг из Джулатсы

Денсер — маг «Рассветного вора»

Ирейн — ученый-маг

Зитеск — университет магии

Стилиан — лорд Горы

Дистран — руководитель научных исследований

Айль, Сил, Риа, Аэб — Протекторы

Джулатса — университет магии

Керела — старший маг

Баррас —

глава делегации

Кард — генерал стражи университета

Бароны, лорды и солдаты:

Ри Деррик — генерал армий

Блэксон — барон южных земель

Гресси — барон юго-восточных земель

Тессея — вождь объединенных племен

Сенедай — командир северных армий

Риаса — командир Андерстоунского ущелья

Кессарин — разведчик

Старшие представители Родов:

Ша-Каан — великий Каан

Элу-Каан — молодой Каан

Танис-Берет — старейшина Берет

Ясал-Наик — вожак Рода Наиков

Вибрация у него в голове становилась все сильнее и интенсивнее. Глубоко под землей, в джунглях Тераса, Спящие неожиданно занервничали во мраке Чоула, зашевелились во сне… Впрочем, большинство из них не знало, что вызывало тревогу.

Точно зуд, с которым ничего нельзя сделать, гул нарастал, и все его существо охватило беспокойство. Он открыл один огромный голубой глаз. Зрачок расширился, приспосабливаясь к тусклому свету, льющемуся сверху, и он увидел изъеденный сыростью камень, свисающие зеленые лианы, мох, покрывающий все вокруг. А еще — трепещущие крылья, вытянутые шеи, когтистые лапы, беспокойно топчущие землю…

Стая разбужена. Раньше времени.

Учащенный пульс, тяжелое дыхание, широко раскрытые пасти.

Огромное тело Ша-Каана содрогнулось, сердце сильнее забилось в груди. В голове продолжалась вибрация — сигнал тревоги. Он вскочил на ноги, развернул огромные крылья и приготовился с боевым кличем подняться в воздух. Потом призвал свой Род и повел его из Чоула, к свету. Его звало новое сражение, которое только что началось в разверзшихся небесах.

Их ждет великая и славная победа!

Лорд Сенедай, вождь Хейстронских племен, стоял на слегка приподнятой платформе и наблюдал за тем, как дым окутывает Джулатсу, а его воины методично предают огню городские здания. Горький аромат дыма доставлял Сенедаю истинное наслаждение. Сквозь пахучую серую завесу он видел черно-белое пламя, вызванное к жизни шаманами благодаря связи с лордами-колдунами. Город медленно превращался в руины. Университет не мог остановить победоносную армию Висмина.

Сотня шаманов стояла, вытянув вперед руки; их пальцы метали огненные молнии, белое пламя безжалостно вгрызалось в каменные и деревянные строения когда-то гордого университетского города, рушились, превращаясь в жалкие обломки, дома, ограды,

защитные сооружения. Мужчины и женщины пытались спастись бегством, но черный огонь настигал их, пожирал плоть, вырывал глаза, а потом швырял на землю, оставляя умирать в мучительной агонии.

Сенедай не испытывал к поверженным никакой жалости. Он спрыгнул с платформы и подозвал своих лейтенантов. Наступлению на сам университет мешали маги, которые контролировали границы города, и вражеские солдаты, не подпускавшие к ним его мечников. Пора положить конец их сопротивлению.

Когда он помчался в сторону поля боя, отдавая на ходу приказы и наблюдая за тем, как развеваются на ветру знамена и штандарты, прямо перед ним возникла огненная стена, грохнуло заклинание, и шаманов поглотило пламя — они умерли, не успев произнести ни единого звука.

— Вперед! Вперед! — орал Сенедай.

Однако его голос, который всего в сотне ярдов отсюда походил на свирепый рык, исчез в шуме сражения. Он слышал звон стали, крики страха и боли. Он слышал приказы, отчаянные и уверенные голоса командиров. Он слышал, как оружие ударяет в кожаные доспехи, слышал грохот падающих камней, треск горящего дерева.

Ряды защитников Джулатсы сильно поредели. Сенедай знал, что стоит прорвать оборону в одном месте, и дорога к университету будет открыта.

Запели рожки, и его воины снова пошли в атаку. Стоящие за спинами защитников, пожираемые черным огнем, гибли маги, которые до самого последнего вздоха не сдавались, пытаясь произносить заклинания. Сенедай чувствовал их страх. Топоры Висмина поднимались и опускались, проливая кровь врага и окрашивая затянутые серым дымом небеса фонтанами алых брызг.

— Уничтожить магов справа! — крикнул он одному из лейтенантов. — Передать мой приказ немедленно.

Земля трепетала от джулатсанской магии, теплый день пронизывали ледяные вихри воздуха, огненный дождь проливался с небес. Каждый шаг вперед давался дорогой ценой.

Отряд шаманов вдруг разорвал ряды и бросился вправо, не обращая внимания на град стрел. Один из шаманов упал — стрела угодила ему в бедро; его оставили на земле корчиться от боли. Сенедая охватило возбуждение, когда руки шаманов одновременно устремились вверх, зашевелились губы, призывая пламя из глубин черных душ лордов-колдунов, чтобы обрушить страшную, безжалостную смерть на защитников Джулатсы.

Однако огонь, пульсирующий на кончиках вытянутых пальцев, неожиданно рассыпался снопами искр, на одно короткое мгновение набрал силу, вспыхнул и снова, теперь уже окончательно, погас. Воины заволновались, раздались удивленные крики, шаманы с изумлением и страхом смотрели на свои руки и друг на друга, пытаясь понять, что произошло.

Со стороны защитных линий врага раздались крики ликования, которые постепенно становились все громче. Заклинания набирали силу, джулатсанцы, не теряя ни минуты, воспользовались замешательством воинов Сенедая, и те отступили.