Длинный путь
Шрифт:
Гэррети подумал, что будь это правдой, он бы уже не был впереди.
Олсон доел плитку шоколада, начатую на старте, и запил ее водой.
Другие тоже ели, но Гэррети решил подождать, пока не проголодается по-настоящему. Он слышал, что эти концентраты хорошо утоляют голод, когда-то их ели космонавты.
Вскоре после десяти они миновали указатель "Лайм-стоун 10 мл".
Гэррети вспомнил единственный ДЛИННЫЙ ПУТЬ -, который он видел вместе с отцом. Тогда они поехали во Фрипорт и смотрели, как участники проходили по улице - усталые, с пустыми глазами, не обращая внимания
К тому времени, когда участники достигли Фрипорта, они находились в дороге уже 72 часа. Гэррети было десять лет, но он хорошо помнил все. Когда участники были еще в шести милях от города, Майор обратился к собравшимся с речью начал с Духа Состязания, продолжил Патриотизмом и закончил каким-то Валовым Национальным Продуктом. Гэррети тогда рассмеялся - слово "валовый" показалось ему чем-то противным, вроде тараканов. Он съел шесть хот-догов и к моменту встречи участников намочил штаны.
Один из них кричал - это было самое яркое воспоминание. Каждый раз, поднимая и опуская ноги, он кричал: "Не могу! Не могу! Не могу-у-у!!!" Но он все равно шел, и все они шли, и скоро скрылись за зданием универмага.
Гэррети был слегка разочарован тем, что никому из них не выписали пропуск.
Больше они не видели Длинного пути. В тот же вечер, перед сном, Гэррети слышал, как его отец кричит на кого-то по телефону, как он всегда делал, когда был пьян или говорил о политике, а мать шепотом уговаривала его замолчать и не губить себя, пока кто-нибудь его не подслушал.
Гэррети отпил еще воды. Они прошли еще дома, возле которых целые семьи махали им, улыбаясь и попивая кока-колу.
– Гэррети, - позвал Макфрис.
– Ты погляди!
Симпатичная девушка лет шестнадцати в белой блузке и красных шортах держала плакат: "Гэррети, номер 47, давай - давай! Ты из Мэна, не забывай!
Мы любим тебя, Рэй!"
Сердце Гэррети забилось сильнее. Внезапно он понял, что выиграет незнакомая девушка обещала ему это.
Олсон свистнул и принялся совать свой потный указательный палец в кулак. "Грязная шутка", - подумал Гэррети.
Черт с ним, с пунктом 13! Гэррети подбежал к обочине, девушка увидела его номер, кинулась к нему и поцеловала в губы. Внезапно Гэррети почувствовал возбуждение. Девушка впилась в него, осторожно облизывая его рот. С трудом сознавая, что делает, он обхватил ее круглую попку и притянул к себе.
– Предупреждение! Предупреждение 47-му!
Гэррети шагнул назад и усмехнулся.
– Спасибо.
– О...О, извини!
– она, расширив глаза, смотрела на него. Он хотел сказать еще что-нибудь, но солдат уже открывал рот для второго предупреждения. Он потрусил на свое место, чувствуя себя немного виноватым перед пунктом 13.
Олсон ухмыльнулся ему.
– За такое не жалко получить и три предупреждения.
Гэррети не ответил, но повернулся и помахал девушке. Когда она скрылась из виду, он пошел
– Рэй!
– это был Макфрис.
– Куда ты так спешишь? Да, правда. Пункт 6:
"Не торопись".
– Спасибо.
– Не благодари. Победу я тебе не уступлю. Гэррети в недоумении посмотрел на него.
– Я к тому, что нечего разыгрывать из себя мушкетеров. Ты мне нравишься, и я рад, что к тебе липнут хорошенькие девчонки, но если ты упадешь, поднимать я тебя не стану.
– Да, - он улыбнулся в ответ, но улыбка вышла кривой.
– И в то же время, - вмешался Бейкер.
– Мы все в одинаковом положении и можем хотя бы не портить друг другу настроение.
– Верно, - сказал Макфрис, улыбаясь. Они начали подниматься на очередной холм. Гэррети снял куртку и перекинул ее через плечо. У обочины лежал старый свитер - кто-то решил позаботиться о них. Гэррети автоматически поднимал и опускал ноги. Он все еще чувствовал себя хорошо. Он чувствовал, себя сильным.
Глава 2
"Теперь у вас есть деньги, Элен, можете взять их себе. Если, конечно, не захотите отдать их за то, что спрятано за занавеской".
Монти Холл
– Я Гаркнесс, номер 49. А ты Гэррети, номер 47, правильно?
Гэррети посмотрел на очкастого парня, стриженного под ежик.
Лицо Гаркнесса было красным и блестело от пота.
– Правильно.
Гаркнесс достал блокнот и записал фамилию и номер Гэррети.
Подчерк сильно прыгал, поскольку приходилось писать на ходу. Он налетел на парня по имени Колли Паркер, который посоветовал, ему глядеть, на какой хер он суется. Гэррети с трудом подавил улыбку.
– Я всех записываю, - похвастался Гаркнесс. Утреннее солнце блестело на его очках, и Гэррети пришлось сощуриться, чтобы разглядеть его лицо.
Было 10.30, до Лаймстоуна оставалось 8 миль, и всего через полторы мили они перекроют рекордную дистанцию, пройденную всеми участниками Длинного пути.
– Вам, наверное, интересно, зачем я это делаю?
– спросил Гаркнесс.
– Ты из Эскадрона, - бросил через плечо Олсон.
– Нет. Я хочу написать книгу, когда все это закончится.
Гэррети улыбнулся.
– Если ты выживешь, хочешь сказать.
Гаркнесс пожал плечами.
– Ну да. Только подумайте: книга о Длинном пути, написанная его участником! Она сразу сделает меня богачом.
Макфрис засмеялся.
– Если ты выиграешь, ты станешь богачом без всякой книги, разве не так?
– Ну... Наверное. Но все равно это будет интересная книга.
Они шли дальше, и Гаркнесс продолжал записывать имена и номера.
Большинство охотно говорили ему и расспрашивали о будущей великой книге.
Они прошли уже шесть миль. Скоро рекорд будет побит. Гэррети подумал о том, почему им так хочется побить этот рекорд, и решил, что потом... Тогда и начнется настоящее соревнование. Разнесся слух, что ожидается дождь, - похоже у кого-то был транзистор. Эта новость не порадовала Гэррети - дожди в начале мая не из теплых, во всяком случае в Мэне.