Диверсант в городе
Шрифт:
Фонари на Гриффит-стрит стоят редко. Но, их тусклого света мне достаточно, чтобы разглядеть кучи хлама возле трейлеров, мимо которых я прохожу. Какие-то старые ботинки, зонты, поломанные велосипеды и мопеды, цветочные горшки с увядшими растениями, тазы, кастрюли, сковородки, канистры, коврики и циновки тут буквально на каждом шагу. Жители беззастенчиво располагают снаружи своих скромных жилищ то, что не помещается внутрь. Паркуют между трейлерами и автомобили. В основном, старые развалюхи.
Наконец-то нахожу нужный номер. Вот только этот трейлер заперт. Да и стоит он в конце линии среди таких же запертых вагончиков. Но, ошибки быть не может,
Отперев дверь, я вхожу внутрь. Тусклый свет от ближайшего фонаря, стоящего метрах в тридцати, падает внутрь сквозь незашторенный верх окна. Этого достаточно, чтобы разглядеть обстановку. Прямо у входа справа маленькая кухонька с электрической двухкомфорочной плитой и со стойкой бутилированной воды, а напротив нее стоит стол с двумя сидениями, который служит столовой. Свободной площади очень мало. Но, есть маленький письменный стол и спальная зона с большой кроватью. С другой стороны помещения имеются и удобства. Санузел оборудован маленькой душевой кабинкой, унитазом и раковиной с краном. Как временное жилье сгодится. Хотя ничего из вещей внутри нет, кроме пустой мебели, на которой лежит толстый слой пыли. Значит, этим явочным помещением давно не пользовались.
Время, назначенное хакером для встречи, еще не пришло. И у меня есть возможность спокойно посидеть в темноте и проанализировать собственные действия. Не допустил ли я ошибок при отходе? Вроде бы, все обошлось. Никто за мной не следил. А видеокамеры на этом направлении вывешены лишь на самых важных перекрестках.
Вот только гопота, встретившаяся у магазинчика при входе в район, немного настораживала. Если не пошли на обострение прямо сейчас, то могут попробовать напасть на меня в следующий раз. Кто знает, какое у этих парней будет настроение? Вступать в конфликт мне не хочется. Иначе застрелю еще шесть или семь человек. А это лишнее в моем положении. Мне же, наоборот, нужно постараться не привлечь никакого внимания к собственной персоне. Но чужак, появившийся в районе, всегда привлекает внимание подобных местных парней, околачивающихся у магазина в поисках приключений.
Глава 16
Внутри трейлера я сидел в темноте, даже не пытаясь попробовать включить свет. Достав из кармана автоматический пистолет, сжимая оружие в руке, я почему-то не решался прикоснуться к выключателю. Словно бы боялся в этот момент, что вагончик заминирован, и от моего прикосновения может произойти взрыв. Но, на самом деле, я опасался привлечь внимание, если свет все-таки загорится. Хотя, если наблюдение за объектом установлено заранее, то те, кто наблюдают, уже, разумеется, видели, как я вошел внутрь.
Совсем не факт, что вагончик, выглядящий давно заброшенным и нежилым, отключен от электросети. Обычно, за явочные квартиры платят вовремя, чтобы никто ничего не заподозрил. Впрочем, этот трейлер, как я понимал, был выбран не зря в дальней части улицы, в окружении нескольких таких же пустых вагончиков, где в данный момент никто не проживал. Возможно, что и они специально арендованы на подставных лиц. Во всяком случае, при таком положении можно контролировать подходы, и есть возможность незаметно уйти ни в сторону шоссе, откуда пришел
После экстренного бегства с места диверсии я все никак не мог снова обрести ту самую спокойную уверенность, которая так необходима любому профессионалу. Меня лихорадило. Организм требовал новой порции лекарств, которые, как назло, закончились. Возможно, как следствие этого, очередной приступ паранойи навалился на сердце свинцовой тяжестью неоформленного чувства опасности, когда знаешь, что враги повсюду, и они преследуют тебя, чтобы уничтожить, а ты сам ничего не можешь с этим поделать, лишь терпеливо ждешь, когда и откуда нападут супостаты. Моя левая нога болела. Да и все тело после взрыва ныло, словно меня избили. В глазах до сих пор плавали красные круги. Слух все еще не восстановился, и слышал я как будто бы сквозь вату. После контузии голова кружилась и подташнивало, а внутри нее под титановой пластиной где-то внутри мозга возникало неприятное ощущение тяжести и распирания.
Я поймал себя на том, что избегаю дотрагиваться до этого неживого места на голове, хотя металлическую пластину, как инородное тело, чувствовал постоянно и никогда не забывал про нее. Странная отметина на черепе, да еще и кожа вокруг нее постоянно зудит. Но, я все-таки терплю и стараюсь не чесать свой затылок. Это ж надо, как меня угораздило! И как только вообще жив остался с таким ранением головы? Не удивительно, что так мало помню из своего прошлого. Хорошо еще, что в критические моменты какие-то обрывки воспоминаний всплывают из подсознания, словно подсказки от того моего внутреннего двойника, который забыт. И только иногда ему удается достучаться до моего сознания и подкинуть что-нибудь из того прошлого, когда я был им. Теперь же, забыв большую часть своей жизни, я сделался уже совсем другим человеком. Моя личность претерпела существенные изменения. Ведь память о прошлом влияет и на личность, и на восприятие настоящего. Я отдаю себе в этом отчет, но изменить что-либо не в силах. Потому просто приспосабливаюсь жить дальше в своем новом состоянии частичной амнезии.
Меня немного радовало, что хоть недавняя память, накопленная уже после побега из больнички, пока ни разу не подводила. Но это имело и обратную сторону, в голову лезли очень четкие неприятные воспоминания последних суток. Перед моими глазами снова вставали загадочные люди-дроны с микросхемами в затылках. И я знал, что они тоже охотятся за мной, как и многие другие. Но, если федералы, копы и мафиози, которым я, понятное дело, успел насолить в силу своей профессии диверсанта, хотя и не помню, где, когда и как именно, идут по моему следу по вполне логичным причинам, то чего от меня хотят эти чипированные? Да и вообще, мне непонятно, люди они или нелюди какие-то, вроде зомби?
Что за сообщество такое мутантов с имплантами в головах обнаружилось в исключительной стране? Ответов у меня не имелось. Потому с еще большим нетерпением я ждал связного. Я не помнил его имени и даже кодовой клички, но откуда-то точно знал его специализацию, что он именно диверсант-хакер, а не снайпер или подрывник. А раз так, то он обязательно разберется с предназначением трофейной микросхемы, извлеченной из головы одного из врагов. Прежде, чем спалить пикап, я прихватил с собой это веское материальное доказательство. И хороший специалист, знающий специальную технику, конечно же, поймет, что это, хотя бы в общих чертах определит назначение подобного чипа, имплантируемого прямо в мозг.