Диверсант в городе
Шрифт:
Я отнес труп парня в заброшенное здание и оставил его там, предварительно развязав и вложив в руки дробовик охранника с подстанции, а в карман засунув клубную карту морпеха. Пусть те, кто его найдет, ломают голову о мотивах. Возвращаясь к машине, я думал о том, что о дронах-людях пока ничего не слышал. Но, почему бы им уже не существовать? Других разных дронов, в том числе и дронов-камикадзе, полным-полно выпускается. Летающие, ездящие, бегающие и даже ползающие. Размерами от полноценного небольшого самолета и до крупного насекомого. Это я помнил. Но вот о дронах-людях в памяти ничего найти не смог, сколько ни пытался.
Пока я возился с трупом, забрезжил рассвет. И мне в голову пришла идея на какое-то время уехать
Зато Джессика будет в безопасности. Тем более, что в городе скоро сделается совсем небезопасно. Я посмотрел на спящую девушку и решил, что так будет лучше, после чего развернул машину в сторону от города. На деньги, прихваченные с автостанции, дом не купить, но запросто можно снять на полгода. А найти что-нибудь ниже рыночной стоимости не составляет труда в глухих местах. Мне же наиболее подходило именно какое-нибудь глухое место. И пару часов пути по скоростному шоссе до города совсем не пугали.
Когда отъехали достаточно, и рассвет уже высветил небо, я растормошил Джессику. Она промямлила что-то насчет помятости и желания сходить в туалет и позавтракать. После чего я завернул на первую попавшуюся заправку. Бензобак машины тоже требовал питания. Пока Джессика ходила в туалет, я залил до полного и отогнал пикап на стоянку, подумав, что мне тоже неплохо бы позавтракать. Да и за рулем я сам уже засыпал. Трудное это дело — организация ночных диверсий. Тем более, когда не совсем здоров. А колбасить меня по-прежнему продолжало. Да и препараты, захваченные в больничке, заканчивались. Оставшихся хватит всего на пару порций. А потом надо обязательно отлежаться.
Потому мне и необходимо поскорее найти какой-нибудь безопасный уголок подальше, чтобы лечь там на дно, выздороветь и подготовить следующую диверсионную акцию. Взрыв подстанции удался на славу. Как я убедился, свет вырубился не только во всем городе, но и в пригородах. Электричество было только в сотне километров. Там же, уже подъезжая к заправке, я услышал по радио, что случился коллапс с электроснабжением половины штата. А вот о причине пока ничего не говорили. И это признак нехороший. Он указывает на то, что журналистов к взорванной подстанции не подпустили, значит, за дело взялись федералы. Я же сделал вывод, что энергосистема исключительной страны вполне уязвима.
Обычное кафе на заправке с редкими посетителями в такую рань встретило нас запахами кофе, омлета и бекона. Сделав заказ у стойки у сонной хозяйки заведения, мы устроились за столиком в углу, возле витрины. Отсюда просматривались все подъезды к автозаправочной станции. И если бы кто-то подозрительный подъехал, я сразу увидел бы это. От покойного негра мне в наследство достался приличный револьвер с запасными патронами. Так что беззащитным я себя назвать не мог.
В зале сидели двое других посетителей. Молодой рыжеволосый человек с какой-то чернявой девушкой. Они курили и о чем-то тихо переговаривались в противоположном конце зала. Еще был какой-то седеющий мужчина, молча поглощающий завтрак. Сколько лет мужчине или откуда он, сказать по его виду я не мог. Одет он был в джинсы и жилет. На вид самый обыкновенный. Больше никого. Других посетителей в этот ранний час в кафе не имелось.
— Куда это ты нас завез? — спросила Джессика, оглядываясь по сторонам.
— Подальше за город, — честно ответил я. Потом добавил:
— Я хочу снять для нас небольшой домик. Так я решил.
— А как же я буду добираться до работы? — спросила она.
— Так, я же обещал тебе купить машину, — напомнил я.
— И не передумал? — удивилась она.
— Нет, так и поступлю, —
— А ты тоже, Джим, надеюсь, завяжешь со своими опасными делами. Я не знаю, чем там конкретно ты промышляешь, но я не дура, понимаю, что твои дела слишком рискованные. Вот, хотя бы этот ужасный налетчик, который меня чуть не прирезал ночью возле мотеля. Он о тебе спрашивал, — сообщила она.
— Не бойся. Его больше нет. Он умер, — попытался успокоить я девушку. Но, она лишь испугалась еще больше, воскликнув:
— Так ты его убил? Значит, ты убийца! А я, получается, твоя соучастница. Это же еще хуже! Боже! И с кем я только связалась!
— Никого я не собирался убивать. Так вышло. Тебя же защищал, да перестарался немного, — пытался я оправдаться.
— В любом случае, до добра все это не доведет. Так что завязывай со всем этим, — сказала она, сверкнув глазами.
— Я постараюсь обезопасить тебя от этих своих дел. Потому и поехал за город искать жилье. В первой половине дня найдем подходящий домик, а потом поедем покупать тебе машину. Вот только одно условие. Снимать жилье и приобретать автомобиль будем по твоим документам. И ты сама будешь вести все переговоры. Как будто бы ты из нас главная. Я же только дам тебе деньги на все это, — произнес я.
— Ну, если ты серьезно, то я согласна, — кивнула она, внезапно улыбнувшись.
— Да, и называй меня с этого момента Альфред Лемавски. Так меня зовут, — сообщил я, вспомнив о том, что прихватил документы на это имя.
— Красиво звучит. Альфред — это даже как-то благородно. Получше, чем Джим, — снова улыбнулась она. И кто их поймет, этих женщин?
Объехав несколько агентов в округе, подходящее жилье ниже рыночной цены мы нашли лишь ближе к обеду. И Джессика заключила договор, заплатив вперед за аренду. После чего мы сразу въехали в дом. Она со своим единственным розовым чемоданом, а я и вовсе без вещей. Арендованный домик уже оказался меблирован старой мебелью и оклеен изнутри выцветшими обоями. Место оказалось достаточно отдаленным и глухим. Рядом располагался Национальный Парк, и какое-то озеро. Ближайшие соседи жили не близко, в обширных коттеджах ближе к автостраде. А за их домами раскинулись поля. Этот же домик и коттеджем назвать было нельзя. Скорее, старая дача на краю леса и кукурузных полей. Далеко от города, зато много природы и простора. Джессика сразу очаровалась красивыми видами.
По пути мы остановились на плазе возле какого-то местного ларька и купили много еды за половину цены, которую нам пришлось бы заплатить в супермаркете. В отличие от моих последних дней, этот начался спокойно, и меня это радовало, хотя поганое самочувствие никуда пока не делось. Я не расслаблялся, потому что точно знал, что стаи преследователей уже ведут на меня охоту. Я просто наслаждался текущим моментом своей новой жизни под именем Альфреда Лемавски. Вот только надо бы купить седой парик и приклеить усы. Тогда и сходства с покойником будет гораздо больше.
Я продолжал осматриваться на новом месте. На деревянной арке, красующейся над калиткой, белой краской значилось: «Ранчо Уиткинсов». Если верить пожилому риелтору, когда-то здесь, действительно, находилось ранчо, но потом земли хозяева продали окрестным фермерам, оставив себе только дом с небольшим участком вокруг него, огороженный обыкновенным деревянным штакетником. Впрочем, этот забор наполовину уже сгнил, заместившись кустами. Ведь за садом давно никто не ухаживал.
Чтобы попасть к дому, нужно было сворачивать с шоссе на грунтовку и ехать по ней целый километр. Въезд и стоянка перед воротами гаража оказались, к счастью, забетонированными. Узкая дорожка, мощенная булыжниками, вела от калитки к двухэтажному дому через заросший огород. Дом выглядел неважно. Фасад, отделанный еще в прошлом веке деревянной вагонкой, растрескался, а синяя краска с него облезла и свисала кое-где целыми хлопьями.