Чтение онлайн

– Это не все. Еще необходимо оплатить учебу. Это стоит двести долларов в месяц. То есть еще тысячу долларов.

– Я не понял, – насторожился Джошуа, вспомнив, что считать умеет. – Вы хотите сказать, что мне предстоит учиться пять месяцев?

– Да. Именно это я и сказал. Тогда после Рождества, в разгар лыжного сезона, вы сможете попробовать пролететь на небольшой высоте. Сначала только на небольшой…

Готовый уже засунуть руку в карман, чтобы достать бумажник, Джошуа остановился. Такой разговор охладил его пыл.

– И как часто я буду заниматься в эти пять месяцев?

– По

два раза в неделю.

– Сорок уроков… А если их пройти сразу? Я готов оплатить лишние хлопоты.

– Сразу трудно усвоить материал. Это же не лекция, это уроки. Необходимо будет приобрести навыки, научиться чувствовать ветер. Научиться пользоваться потоками воздуха, различать виды этих потоков. Нет, это никак не вопрос одного дня и даже не одной недели. В крайнем случае, можно пройти курс обучения за три месяца. Но это только в крайнем случае.

Джошуа пожал плечами.

– А где-то поблизости есть другие станции?

– Только в Шамони. Но там вам не предложат даже трехмесячный срок. Только пять месяцев. Это я гарантирую.

– Я все равно собираюсь завтра в Шамони.

– Да, там какой-то американец разрекламировал свой полет с Монблана. Вы поедете по этому поводу?

– Хочется посмотреть на земляка.

– Наши парни делают без всякой рекламы и без шума такие вещи по три раза в год. И никто не едет на них смотреть. Мне порой кажется, что американцы три шага до туалета готовы рекламировать как великий подвиг…

Хозяин станции понял, что клиента ему не заполучить, и стал откровенно невежливым. Джошуа отвернулся и ушел, не попрощавшись.

В отеле портье каждого встречал с улыбкой, словно надеялся, что сумеет человека разговорить хотя бы на пару часов беседы.

– Как мне добраться до Шамони?

– Вы уезжаете?

– Нет. Только на пару дней. Я оставляю номер за собой.

«А не взорвется ли отель?» – мелькнула шальная мысль.

– Из Клюза ходит автобус. Но автобус всегда битком набит. Это неудобно. Можно на такси. Это быстрее и без проблем. Если хотите, я могу заказать такси.

– Закажите. Где лучше остановиться в Шамони?

– Там много отелей. Я бы рекомендовал «Альберт Первый». Это один из трех четырехзвездочных. Но – лучший. Остальные трехзвездочные, даже двухзвездочные и не такие комфортабельные.

– Я пошел к себе. Соедините меня с этим «Альбертом». Или, лучше, сами закажите мне там номер на сутки. Нет, на всякий случай на двое суток. И не забудьте про такси.

У дверей номера Джошуа остановил звонок сотового телефона. Он не выключил его после разговора с Джо, и кто-то воспользовался моментом. Джошуа достал трубку. Табло определителя высвечивало незнакомый номер. Может быть, звонок из Америки?

– Я слушаю, – ответил он по-английски.

– Месье Гольдрайх? – по-французски спросил низкий, но очень гибкий и сильный женский голос. Просто властный голос.

– Я же сказал, что слушаю, – Джошуа тоже перешел на французский. Он был хорошо воспитан и не хотел прерывать разговор с женщиной, как прервал бы его с мужчиной.

– Меня зовут Рано. Я комиссар полиции…

– Здесь экранируют горы… Я почти вас не слышу. Что вы сказали о полиции?

– Я

комиссар полиции. Меня зовут Рано.

– Извините, как только я доберусь до ближайшего города, я позвоню вам… Очень плохая слышимость. Я понимаю только отдельные слова. Телефон записал ваш номер.

– Попробуйте услышать… – теперь женский голос зазвучал в откровенно приказном тоне.

Джошуа с довольной улыбкой отключил трубку.

Закончив чтение газет, Тихонов прошел в другую комнату, осмотрелся там, заглянул в раскрытый шкаф, откуда Алексей Владиленович вытащил на подоконник, поближе к свету, несколько толстенных, обшитых затертым бархатом фотоальбомов и полуразвалившиеся папки с какими-то бумагами. Сам Столбов-младший эти бумаги и перебирал сейчас, сидя на диване. Судя по количеству того, что ему предстояло просмотреть, разбор мог занять пару часов, а он спешить не мог, потому что каждая бумажка что-то ему говорила, возвращала в детство свое и в молодость родителей. Тихонов предпочел ему не мешать.

Ничего интересного во второй комнате не нашлось, хотя даже бегло перелистать фотоальбомы необходимость все же просматривалась. Мало ли что может навести на след в архивных снимках. Но лучше предварительно этим заняться самому сыну хозяина. Хотя бы произвести сортировку фотографий по времени проведения съемки. Современный период и вообще весь период послеармейской деятельности Владилена Юрьевича представлялся малоинтересным. Тихонов огляделся в комнате еще раз, вернулся к Алексею Владиленовичу и пересмотрел уже просмотренные им и отложенные в отдельную стопку документы. Нет, здесь, кажется, что-то тоже найти трудно. А время идет.

И он решил сам съездить в райцентр.

– Что там делать? – Брови у Столбова-младшего выразительные. Просто рисуют знак вопроса.

– Санек, как я понимаю, человек сообразительный, он договорился с прокурором, а я на всякий случай подстрахуюсь с другой стороны – зайду к начальнику районного отделения ФСБ. Должно здесь быть такое отделение. Район приграничный. Нам необходимо контролировать все дороги в ближайших областях, и в казахстанских в том числе и в первую очередь… Прокуратура такого сделать оперативно не имеет возможности, а ФСБ имеет. Попробую настоять на связи с областным управлением, чтобы они до приезда «Альфы» занялись этим делом. Если будут проблемы, снова в Москву генералу позвоню.

Столбов-младший, привычно набычив голову, смотрел исподлобья прямо и думал недолго.

– Гони. Возьми мою машину.

– Я лучше возьму машину у Санька. Его водитель уже был в райцентре, и дорогу знает, и на месте уже ориентируется.

– Давай.

Тихонов вышел. С Саньком договорился быстро. Тот – человек понимающий, и следственное мастерство уважает. Особенно те его аспекты, которые касаются налаживания связей, использования своего прошлого положения. Налаживание связей – это основная работа Санька во всех делах Столбова-младшего, начиная от заказа столика в ресторане, кончая разборками с налоговой инспекцией. У него много знакомств, и он постоянно заводит новые, чтобы иметь возможность когда-то их использовать. При этом другим помогает так же часто, как другие помогают ему.