Диверсант № 1
Шрифт:
– И что же? Я не совсем понимаю нашу роль в этом деле.
– А вы спутали все наши карты.
– Каким образом? Мы пока не предприняли никаких действий. Мы только сообщили вам о визите земляков к Мадине Хамидовне Бадамовой.
– Запрос из-за границы…
Генерал Астахов выделил свое уточнение голосом.
– Мы настолько уже привыкли к верности ваших утверждений, что сразу поверили. Тем более что и Тобако, как вы говорите, самостоятельно пришел к аналогичному выводу. Потому я и прошу вас объяснить основание, позволившее вам так утверждать.
– Это достаточно просто.
Басаргин
– Это убедительно, – Астахов согласился. – Подождите минутку.
Он набрал телефонный номер. Судя по количеству цифр, звонил кому-то на сотовик. Ответили быстро.
– Владимир Владимирович, это Астахов. Вы нашли Бадамову? Хорошо. И что? Ни одного не опознала? Странно… Ладно. Другой вопрос. Требуется уточнение. Пусть дословно, как можно точнее вспомнит разговор с вечерними гостями. Да… Передайте ей трубку. Да-да… Добрый день, Мадина Хамидовна. Вас беспокоит генерал Астахов из управления антитеррора «Альфа». Вы сейчас с моим сотрудником беседовали. У меня к вам настоятельная просьба. Как можно точнее, слово в слово, попытайтесь вспомнить разговор. Это очень важно. Нас интересует формулировка сказанного. Вы абсолютно уверены, что гости говорили «passport», а не «код»? Это очень важно. Хорошо. Спасибо. Пусть Владимир Владимирович запишет на диктофон весь разговор, как вы его вспомните. Еще раз спасибо. До свидания.
Генерал положил трубку и задумался. Басаргин ждал, не прерывая размышлений Астахова. Наконец тот откинулся на спинку кресла.
– Вы опять были правы. И я не знаю, что по этому поводу предположить…
– А по-моему, товарищ генерал, – поднял голову от карты один из офицеров, – все ясно. Еще какие-то силы пытаются вмешаться в ситуацию. Политики так разрекламировали свой шаг, что о нем уже знают за границей. И кто-то еще желает совершить аналогичный поступок, слегка поконкурировать с нашими старыми друзьями. Может быть, даже другая чеченская группировка. Самостоятельная.
– Нет, – сказал Басаргин. – Это не чеченцы. Это именно иностранцы. Не владеющие русской компьютерной терминологией. Чеченцы, даже проживающие за границей, в любом случае сказали бы правильно. И нет никаких оснований для предположения, что дело касается именно Дуниной горы. Их может интересовать любая другая закрытая информация.
– Что вы предлагаете? – спросил генерал, сам недовольный, что ему приходится обращаться с этим вопросом к сотруднику Интерпола.
– Как превентивную меру, я предлагаю попросить Интерпол отследить адрес электронной почты. Шансов мало, если клиент аккуратный и осторожный. Но все же это возможность.
– Пусть так, – согласился Астахов. – Я сегодня же подготовлю запрос. Что вы еще можете предложить?
– Можно обойтись без запроса, поскольку мы имеем возможность работать через интерполовский спутник из своего офиса. Кроме того, я хотел бы, чтобы вы проконтролировали все другие учреждения, имеющие доступ к информации о бактериологическом оружии. И систематизировали саму информацию. И следующий шаг… Извините, товарищ генерал, но я все же хотел бы пригласить сюда комиссара Костромина. Без него я не могу поделиться с вами другой информацией,
– Звоните, – жестко и без раздумий скомандовал Астахов и придвинул к Александру телефонный аппарат.
Басаргин набрал номер сотового телефона комиссара.
– Слушаю, – сразу ответил Костромин.
– Стас, можешь сейчас приехать к генералу Астахову?
– Есть необходимость?
– Есть.
– Мы с Андреем в гостинице ЮНЕСКО. Будем минут через пятнадцать. Пусть пропуск закажут.
– Ждем.
Он положил трубку.
– Через пятнадцать минут будет.
– Вы со своими генералами разговариваете на «ты»?
– Это предложение самого комиссара. Очевидно, ему так проще общаться.
– Хорошо, – Астахов кивнул и повернулся в сторону открывшейся двери. В кабинет вошел капитан Рославлев. Теперь он уже был с повязкой дежурного, но все еще с папочкой, с которой встречал Басаргина. – Опознали кого-нибудь?
– Так точно, товарищ генерал. Зарема Бадамова знает в лицо всех шестерых. Они постоянно находились в лагере Умара Ажигова, когда ее содержали там. В Москву вместе с Умаром они не выезжали. Имена она не знает, но уверена, что они не подчинялись Умару. Это какая-то самостоятельная группа. Зураб Хошиев всех помнит точно по таким же фотороботам. Он знакомился с ними, когда еще в Чечне работал. Информация пока только подтвердилась, а новой – увы…
У Басаргина подал сигнал сотовик. Он посмотрел на определитель. Звонила Александра.
– Извините, товарищ генерал…
– Разговаривайте.
Александр отошел к окну. Толстые стены здания создавали дополнительные помехи, и у окна слышимость была лучше.
– Что-то новое? – спросил сразу.
– Сообщение от Доктора.
– Что пишет?
– Просит Тобако вылететь в Уфу. Необходимо обеспечить работу в двух направлениях. Желает отправить Тобако в Салават, а сам нашел какое-то новое направление, обещающее стать перспективным. Выезжает сегодня же в Верхнетобольск, куда отправилась большая группа «ангелов» на трех машинах. Это в Курганской области.
– Хорошо. Это можно решить. Позвони Тобако. Он сейчас привезет в управление комиссара и пусть отправляется к тебе, выяснит у Доктора подробности. Мы с комиссаром вернемся, тогда сообразим, как действовать.
– Тобако не хотел ехать в Уфу.
– Почему?
– Там живет его бывшая жена. У него плохие отношения с ней. Дети в Москве. Обидятся, что отец не зашел к матери. Я слышала, как они с Доктором разговаривали по этому поводу.
– Решим это. Разговор, сама понимаешь, не телефонный.
Он убрал трубку и вернулся на свое место. Странно получается: руководитель бюро ничего не знает о личной жизни своего сотрудника, а жена руководителя в курсе семейных подробностей. Впрочем, женщины любят не только слушать чужие разговоры, но и задавать вопросы, на которые трудно бывает не ответить и которые мужчина мужчине просто не посчитает нужным задать. Но в любом случае не самому же Басаргину ехать туда…
– Значит, вы желаете познакомиться с документами по всем источникам информации. – Генерал опять по-своему интерпретировал высказывание Басаргина.