Дитя тьмы
Шрифт:
— Что это за вонь? — поинтересовался Рагнарсон, заняв на всякий случай место рядом с Вартлоккуром.
— Все придумал Оно. Сейчас увидишь. «Хм-м, они все стремятся окружить тайной», — подумал Браги и, кивнув Альтенкирку, скомандовал:
— Турран — первым.
Альтенкирк осторожно приподнял крышку. Колдуны топтались рядом, как лисы у заячьей норы.
Но Турран так долго пробыл в заключении, что без посторонней помощи выбраться не мог. Рагнарсон подошел к нему, вытащил кляп и, пальцем поманив к себе Визигодреда, сказал Туррану:
— Прости.
— Понимаю.
— Вода, — сказал Визигодред, протягивая чашку. Браги и один из солдат поддерживали Туррана, а Визигодред массировал ему ноги. Закончив массаж, маг сказал Альтенкирку:
— Можешь выпускать остальных. Они безопасны. Прежде чем на свет появилась Мгла, позади Браги послышался какой-то шорох, он обернулся и встретился взглядом с королевой. Итак, презрев его совет, она прибыла, чтобы принять участие в последней битве, выбрав при этом самый подходящий момент. Королева смотрела на Мглу твердо, но в то же время с долей ревнивой зависти.
— Не хватает только, чтобы здесь появилась Элана, — пробормотал Рагнарсон под нос.
, Большой глоток вина немного вернул Туррана к жизни. Он попросил лекарей осмотреть брата и тут же заявил:
— Полагаю, что мы все на одной стороне. — И после некоторой паузы добавил:
— Она — с нами.
Шум и шепот. Все чародеи одновременно радостно закивали, а Визигодред, который чуть ли не по-отечески относился ко Мгле, захлопотал около нее наподобие клушки.
— Тебе доводилось когда-нибудь видеть такой капкан для нашего брата? — спросил Браги у Рольфа, явившегося, несмотря на болезнь, узнать, из-за чего весь этот шум.
— Это просто непристойно. Ни одна женщина не имеет права выглядеть так, как она.
— Скоро они будут здесь, — произнес совсем оживший Тур-ран. — Переброска войск началась неделю назад.
— Вот как? — бросил Рагнарсон, еще не до конца избавившийся от подозрений. — Что ж, послушаем, что там у вас произошло.
— Мы не смогли воспользоваться лестницей черного хода, — сказал Турран, закончив рассказ о событиях в библиотеке, — поэтому, прихватив Брэда Красную Руку, мы попытались проскочить коридором…
— Следовательно, вы объединились?
— Иного выбора просто не было. Ты понимаешь, что люди О Шинга перебили бы нас всех. Итак, прихватив Брэда, мы прошли через коридор к лестнице, по которой Дерран ранее добрался до старика. Однако ее уже прикрывали люди О Шинга, и нам пришлось прорываться с боем. Вальтера ранили, Дерран погиб, Керт, Каптал и маленькая девочка попали в плен. Брэд порвал мышцу на левой руке. Мы пробились, но не смогли никого спасти, кроме самих себя.
— А как же Мгла? Разве она не могла воспользоваться парочкой заклинаний?
— Полковник, там было шесть человек, и трое из них — тервола. Ты понимаешь, что это значит. Мы старались изо всех сил и убили трех солдат. Она же делала все, чтобы нейтрализовать колдунов. Когда схватка
— Я вас не осуждаю.
Браги тоже приходилось оставлять своих людей, и ему было знакомо болезненное как удар копья чувство вины после этого.
— Мы надеялись добраться до главных ворот или по крайней мере до друзей Каптала, но схватка наверху дала возможность людям О Шинга выиграть время и отрезать все пути отступления. Оставался единственный путь через пещеры. Не знаю, что явилось причиной — моя память или их колдовство, — но мы очень скоро заблудились. Каждый коридор приводил нас обратно в Майсак. Каждый раз, возвращаясь, мы сталкивались со все большим ужасом. Они пытали Керта до тех пор, пока тот не выложил все, что знал о Гаруне. Они заколдовали Каптала и девочку, и те стали на их сторону. То же самое они сделали и с командирами мятежников. Мы воровали пищу и снова пытались отыскать выход. Когда они стали перебрасывать войска, я понял, что не имею права далее оставаться в своем теле. Доставить Мглу к вам было делом наипервейшей важности.
— А Брэд?
— Они уловили присутствие магии. Началась охота. Больное плечо его подвело. Брэда схватили, прежде чем Мгла сумела их отогнать.
— На что рассчитывает Мгла? Она теперь беглянка? Надеется, что я помогу вернуть ей трон? Помогать ей в этом я никоим образом не намерен. Я не сделаю ничего, что могло бы пойти на пользу Империи Ужаса. Напротив — пожалуйста. Империя Ужаса похожа на ядовитую змею: каждое оказанное ей благо делает яд этой гадины все более смертоносным.
— Думаю, — тихо произнес Турран, — что она исчерпала свое честолюбие. Успехи О Шинга ее сломили. — Кивнув в ее сторону (Мгла хлопотала вокруг Вальтера), он добавил:
— Все ее порывы теперь обращены на это.
— А?..
— Не знаю, сколь долго это продлится. Но полагаю, достаточно долго для того, чтобы мы смогли извлечь пользу.
— Большею я и просить не могу, — сказал Рагнарсон, неохотно оторвав взор от Мглы и посмотрев в сторону толпящихся неподалеку магов. Все указывало на то, что они поверили Туррану. Только на лице Вартлоккура можно было увидеть скептицизм, но скептицизм этот, как оказалось, совершенно не был связан с переходом Мглы на их сторону.
— Степень контроля над Силой не скажется на исходе битвы, — заявил он. — Предсказания довольно туманны, но из них можно заключить, что успех будет зависеть от отваги и выносливости солдат, а не от усилий — моих и мне подобных.
Создавалось впечатление, что чародей и сам удивлен этому. Вартлоккур свое дело знал и скорее всего был прав. Но Рагнарсон был тоже изумлен. Он не представлял, как можно будет избежать катастрофических последствий от столь мощного вмешательства магических сил в боевые действия.