Дитя греха
Шрифт:
Райанне давно пора было перебраться в тень, потому что безжалостное полуденное солнце обжигало ей спину.
Ах, как приятно понежиться в шезлонге… Я пойду в дом чуть позже…
— Ты сгоришь.
Низкий голос звучал предостерегающе. Райанна попыталась справиться с сонливостью, но не смогла. Ее так разморило, что она была не в состоянии и пальцем пошевелить.
Неожиданно Райанна ощутила прикосновение к спине чего-то холодного и вскрикнула.
— Лежи спокойно… — сказал Алексис, равномерно
Райанна лежала ничком, полностью отдавшись наслаждению. Ей надо было остановить Алексиса, но она молчала.
— Все… Но больше никакого солнца!
Райанна обернулась, чтобы поблагодарить его, но только молча открыла рот.
Алексис сидел на корточках рядом с ее низким, разложенным в горизонтальное положение шезлонгом. Его загорелое тело отливало золотом, плечи блестели, с мокрых волос стекала вода… Он был так близко.
Так близко!..
Сердце Райанны бешено забилось, и она почувствовала, что ее бросает в жар.
Ей хотелось коснуться губ Алексиса, провести пальцем по его щеке, подбородку…
Кровь пульсировала в жилах Райанны, окружающий мир перестал для нее существовать. Время замедлилось — и остановилось. Все куда-то пропало, растворилось в небытии, осталась только она сама, лежащая в лучах солнца, вглядывающаяся в лицо Алексиса, в его глаза…
Его черные с золотыми крапинками глаза, в которых так легко утонуть…
— Алексис…
Приоткрытые губы Райанны жаждали поцелуя.
Она так сильно его хотела…
Так сильно!
Мужчина наклонился и окинул ее пристальным взглядом, горящим страстным желанием.
Райанна зажмурилась в сладострастном ожидании…
Но поцелуя не последовало.
— Пора обедать, — как ни в чем не бывало сказал Алексис, вставая. — Держи! — он бросил Райанне легкое, как паутинка, парео. — Я пошел в душ.
Женщина услышала его удаляющиеся шаги, и ей показалось, что закатилось солнце.
Она в отчаянии закрыла лицо руками.
Алексис подставил голову под струю ледяной' воды.
Господи, я же чуть не…
Он не должен был натирать ей спину гелем.
Но… Ники находился в доме с Кэрен, а Райанна выглядела так соблазнительно…
А он не хотел, чтобы она обгорела…
Еще один день. Столько я смогу продержаться.
Должен.
Алексис выключил душ и обернулся полотенцем.
Несмотря ни на что, он был доволен собой — эпизод возле бассейна доказал ему, что Райанна готова капитулировать. Его близость вызвала у Райанны нежный чувственный стон, она смотрела на него, приоткрыв губы в ожидании поцелуя…
Если бы я потерял над собой контроль и поцеловал ее… Смог бы я остановиться?
Ответа не требовалось.
К тому времени, как Райанна вышла к обеденному столу, она уже полностью взяла
Алексис четко и ясно дал ей понять: она — мать Ники, и только.
И то, что с ней сейчас происходит, не имеет значения — пускай с каждым днем ей все труднее разобраться в своих чувствах, пусть сердце поет всякий раз, когда Алексис ей улыбается…
Алексис приветлив с ней лишь ради Ники, он так прямо и заявил с самого начала, чтобы не было никаких сомнений. Ради Ники он готов был терпеть ее присутствие в жизни своего сына, даже когда считал ее наркоманкой и авантюристкой. Ради Ники он пошел на это проклятое сближение, одновременно подвергая ее все новым и новым проверкам…
Все только ради Ники.
Но разве я могу сетовать на то, что Ники является самым важным человеком в жизни родного отца?
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Алексис поставил на стол кофейную чашку и взглянул на сидящую напротив Райанну.
К обеду та переоделась в кремовый сарафан с тонюсенькими бретельками, великолепно сидевший на ее изящной стройной фигуре.
Алексис видел, что Райанна немного напряжена, но ведь и он сам не мог забыть тот эпизод возле бассейна.
Время пошло. Завтра сиделка и няня покинут остров, а значит, уже вечером я смогу начать действовать.
Только бы Райанна ничего не заподозрила!
— Я предоставил временный отпуск мисс Томпсон и Кэрен, надеюсь, ты не станешь возражать? Они поработали на совесть. Кэрен скучает по своему бой-френду, оставшемуся в Англии, а сиделка призналась, что хотела бы осмотреть достопримечательности Афин,
Райанна кивнула, неуверенно улыбнувшись. За обедом она постоянно ощущала неловкость, даже несмотря на присутствие сына, его няни и мисс Томпсон, а теперь, когда Кэрен увела протестующего Ники спать, а сиделка удалилась в свою комнату, она чувствовала себя еще более скованно.
— Да, конечно, — Райанна постаралась придать голосу небрежность. — Ты прав — они потрудились на совесть. А когда… когда они уедут?
— Думаю, завтра. Они вернутся в Афины на вертолете, чтобы Кэрен могла успеть на утренний лондонский рейс, а мисс Томпсон — начать осмотр достопримечательностей. Мои сотрудники организуют для них билеты и размещение в хорошем отеле — думаю, они это заслужили. Как считаешь?
— Да, безусловно, — искренне ответила Райанна. — Они чудесные, — она взглянула на Алексиса. — Очень великодушно с твоей стороны!
— А ты справишься без них? — заботливо поинтересовался Алексис. — Не хочу, чтобы из-за их отсутствия тебе стало хуже.
Райанна почувствовала, что краснеет.
— Мне действительно больше не нужен уход. Я принимаю необходимые лекарства и делаю упражнения каждое утро. И теперь, когда мне лучше, я снова могу сама присматривать за Ники.
— Значит, ты хочешь, чтобы я уволил их? — Алексис вопросительно поднял брови.
— Нет! — поспешно ответила Райанна. — Просто не хочу, чтобы ты напрасно тратил деньги.