Чтение онлайн

— С удовольствием.

Вместе они пошли через пастбища.

— Ну, как ты себя чувствуешь? — спросил Дэрмид.

— Прекрасно.

Ты прекрасно выглядишь, подумал Дэрмид, ты просто неотразима.

А эти твои духи… От них голова идет кругом.

Но вслух он сказал:

— Элис тоже чувствовала себя прекрасно, когда ждала Джека.

— Да.

— Знаешь, я не помню, чтобы она еще когда-нибудь делала так много. Мыла, убирала, наводила порядок. А сад… Тогда он был великолепен.

Я говорил ей, что ее дом и сад вполне бы смотрелись на обложке какого-нибудь глянцевого журнала. Но подобные вещи ее не привлекали.

Он упомянул в разговоре имя Элис, потому что хотел думать о ней, а не о женщине, идущей сейчас рядом с ним. Но это не помогало.

— Нам сюда? — спросила Лейси, когда они подошли к жилищу Артура. — Какой милый домик!

Это была просто хижина с запущенным огородом и старым розовым кустом у двери. И какой бы живописной ни казалась она этой городской женщине, вряд ли эта женщина согласилась бы жить тут. Слишком спартанская обстановка для того, кто привык к роскоши и удобствам.

Они прошли по грязной дорожке к домику. Дэрмид открыл дверь и пропустил Лейси вперед.

— Это не дворец, — сказал он, — но тут есть все необходимое. Электричество, вода, отопление. Артур всегда тут жил. В большой дом он перебрался, когда не стало Элис. Чтобы мне было не так одиноко. Ты заходи в комнату, а я пойду посмотрю, нет ли тут незваных гостей.

— Кого?

— Грызунов.

Дэрмид прошел в кухню, не нашел там никаких признаков присутствия мышей, заглянул в умывальную, потом в спальню. Лейси стояла у окна и не обернулась, когда он вошел.

— Все в порядке. Давай…

— Дэрмид, — сказала она почти шепотом, — подойди сюда. Посмотри.

Он подошел к ней, взглянул в окно и увидел в огороде лань. Стройная как балерина, настороженная, готовая в любой момент броситься бежать, она лакомилась какой-то зеленью. Дэрмид наблюдал подобные сцены чуть не каждый день, но для Лейси это было внове. Они вместе смотрели на лань, пока она вдруг не повернулась и одним прыжком не исчезла за деревьями.

Глаза Лейси блестели, когда она сказала:

— Замечательно, правда?

Он только кивнула. Оназамечательная. Ему казалась, чем дольше он смотрит на нее, тем прекрасней она становится. Подойдя к окну, Дэрмид оперся рукой о стену. Теперь его рука отрезала ей путь к отступлению. И он был рад этому.

Ему страстно хотелось поцеловать ее. Он знал — этого делать не надо… и знал, что не сможет удержаться. Но еще он хотел смотреть, смотреть на нее, хотел продлить этот момент. Сейчас, как и вчера на кухне, он жаждал прижать ее к себе, ощутить возле себя ее тело…

— У тебя такие глаза… а губы…

Ее веки вздрогнули, длинные ресницы коснулись щек.

Этот поцелуй был словно сказка, словно рай. Она была так нежна, так податлива. После неуловимо краткого колебания она ответила ему, и

Дэрмид почувствовал, что совершенно теряет контроль над собой. Он уложил Лейси на кровать и сам лег рядом с нею. Он узнавал ее тело изгиб за изгибом. Она не сопротивлялась. Закинув одну руку за голову, она положила вторую руку ему на пояс, и он чувствовал тепло ее ладони. Он расстегнул ее кофточку, раздвинул легкий шелк и увидел тоненькие синие жилки на ее груди и на шее.

— Смотри, милый, видишь эти тоненькие синие жилки? Раньше я никогда их не замечала, но я читала, они могут появляться на ранних стадиях беременности. Это же просто замечательно!

Так говорила Элис. Он услышал голос Элис через все эти годы. И прошлое вернулось. Он вспомнил тот день, тот момент. Вспомнил удивление и любовь в ее глазах. И вспомнил свою любовь, светившуюся тогда в его глазах.

И вот сейчас здесь он собирается предать эти воспоминания.

С сердитым ворчанием, злясь на самого себя, он соединил борта ее кофточки и, прежде чем она смогла понять, что происходит, сел спиной к ней на дальний край кровати и обхватил голову руками.

В комнате не было слышно ни звука — только его тяжелое, прерывистое дыхание. Он услышал, что она встала и идет вдоль кровати. Она остановилась около него. Он видел ее элегантные итальянские туфли и низ ее шерстяных брюк. И понял — она смотрит на него. Он встал и посмотрел ей в лицо.

Он думал увидеть в ее глазах возбуждение или гнев, но не увидел ни того, ни другого. Лейси была бледна и печальна.

— Прости меня. — Он протянул к ней руку. — Я не должен был. Это…

— Это была ошибка. Я понимаю. В твоей душе есть место только для Элис. Ты чувствуешь, что, занявшись сексом с другой, предашь ее. Предашь память о том, что вы переживали вместе. Но сейчас я была так близко… А ты, возможно, очень одинок в глубине души. Не кори себя. Ведь ты просто человек, как все мы.

— Лейси, не придумывай мне оправданий. Мне очень стыдно. Мне действительно стыдно.

— Тебе может быть стыдно перед собой, ты можешь чувствовать, что виноват перед Элис, но, Дэрмид, пожалуйста, пусть тебе не будет стыдно передо мной. — Она провела рукой по своим волосам. — Я взрослая женщина, Дэрмид. Я могу позаботиться о себе. — Она повернулась и вышла из домика.

Лейси дошла до самой вершины холма. Там она остановилась и грустно смотрела на пастбища внизу, на луга, на забор, который огораживал владения Дэрмида. Да, она взрослая женщина. Да, она может позаботиться о себе. Но никто никогда не был ей так желанен, как Дэрмид — несколько минут назад. Когда он от нее отстранился, слезы разочарования готовы были брызнуть у нее из глаз, потому что его нежность и страстность таили в себе нечто, чего она до сих пор никогда не знала.

Для него это, возможно, был только секс. Для нее это была любовь.