Дирдиры
Шрифт:
– Мы не сможем унести все.
Они свалили трупы в ловушку и присыпали их землей, сеть они забросили в кусты. Затем еще раз перебрали секвины и разложили их в три узелка: два тяжелых и одни легкий. Оставалось еще большое количество лишних бесцветных, молочно-белых, сардов, темно-синих и зеленых. Все оставшиеся они засунули в четвертый сверток, который спрятали в корнях большого табачного дерева.
До захода солнца еще оставалось два часа. Они взяли свои узлы и пошли к восточной опушке, причем все время приходилось подстраиваться под шаги Треза. Здесь они посовещались насчет
– Я могу идти вместе с вами, пока не придется бежать.
– Бег нам все равно не поможет, – ответил на это Рейт.
– Если они нас обнаружат, – сказал Анахо, – нам придется бежать. Но уже с нервным возбудителем в мозгах.
Вечерний свет превратился из золотистого в темно-золотистый. Карина 4269 опустилась за горизонт, и на планету упала чернильная тьма. На холмах появились маленькие язычки пламени. Три человека начали ужасный путь обратно; через весь южный сектор, от одного черного дерева к другому. Наконец, они добрались до склонов и стали ожесточенно карабкаться вверх.
Предрассветные сумерки догнали их уже за гребнем цепи холмов; и охотники, и те, на кого охотились, были уже на ногах. Далеко вокруг не было никакого укрытия. Они забрались в небольшой овраг и из веток соорудили себе убежище.
День начался. Анахо и Рейт подремывали, в то время, как Трез смотрел на небо. Из-за вынужденной бездеятельности у него могла одеревенеть нога. Около полудня через горный хребет прошла гордая группа из четырех дирдиров в сверкающих шлемах. На какое-то мгновение они остановились, видимо, чувствуя поблизости добычу. Но их внимание привлекли к себе другие вещи, и они отправились дальше на север.
Солнце садилось и осветило при этом восточную стену оврага. У Анахо вырвался неестественный хрюкающий смешок.
– Посмотрите сюда.
Он показал пальцем направление. На расстоянии менее шести метров от стенки отвалился кусок земли, и оттуда выглядывала оболочка большой морщинистой грозди зрелой хризопинады.
– Как минимум, ярко-красные. А может, и пурпурные. Рейт отмахнулся с печальным равнодушием.
– Мы почти не в состоянии нести и то, что у нас уже есть. Этого достаточно.
– Ты недооцениваешь жадности Сивиша, – выругался Анахо. – К тому, что у нас есть, надо добавить еще два раза постольку же. – Он откопал жилу. – Пурпурная. Мы не можем ее здесь оставить.
– Ну, хорошо, – сказал Рейт. – Я ее понесу.
– Нет, я, – возразил Трез. – Вы вдвоем и так тащите самые большие узлы.
– Тогда мы ее поделим, – заявил Рейт. – Так это не очень повлияет на общий вес.
Наконец наступила ночь. Они взвалили поклажу на плечи, и пошли дальше. Трез ковылял и морщился от боли. Они спустились по северному склону. Чем ближе они подходили к Воротам Надежды, тем более призрачной и мерзкой казалась им Зона.
На рассвете они были у подножья холма; ворота находились от них еще в шестнадцати километрах. Когда устроились на привал в затененной трещине, Рейт осмотрел в сканоскоп близлежащую местность. Окраина Зоны казалась спокойной, и даже какой-то вымершей. Далеко на северо-западе несколько силуэтов
– Они ищут исчезнувшие группы охотников, – шепотом объяснил Анахо – Несомненно, наступил тсау'гш… Мы в большой опасности.
Рейт посмотрел вслед планеру, затем оценил расстояние до Ворот.
– В полночь мы должны быть уже в безопасности.
– Возможно, что так долго мы не проживем, если дирдиры догадаются оцепить эту территорию. А это легко предположить.
– Но сейчас нам идти совершенно невозможно. Нас наверняка схватят.
Анахо мрачно кивнул:
– Правильно!
После обеда над окраинными территориями пролетел второй планер. Анахо сквозь зубы прошептал:
– Мы сидим в ловушке.
Но через полчаса планер снова возвратился и, перелетев через холмы, исчез в южном направлении. Рейт внимательно следил за местностью.
– Я не вижу никаких охотников. Шестнадцать километров – это примерно два часа ходу. Сделаем рывок? Трез с болью посмотрел на свою ногу.
– Вы вдвоем идите вперед. А я пойду, когда сядет солнце.
– Тогда уже будет слишком поздно, – заявил Анахо. – Даже теперь уже слишком поздно.
Рейт еще раз обследовал вершины холмов и помог Трезу подняться на ноги.
– Или все, или никто.
Они вышли на пустынную равнину и сразу же почувствовали себя голыми и уязвимыми. Любой охотник, случайно посмотревший с гребня на этот сектор, легко бы их заметил.
Так они и пробирались – как и другие, полупригнувшись – в течение получаса. Время от времени Рейт останавливался, чтобы осмотреть пространство сзади. Он боялся увидеть за собой преследующие их ужасные фигуры. Но они преодолевали милю за милей, и постепенно в душе начала теплиться надежда. Лицо Треза от боли и напряжения стало серым. Тем не менее, он еще ускорил шаг и почти бегом ковылял дальше. Рейт предположил, что он бежит почти в истерике. Неожиданно Трез остановился и бросил взгляд на цепь холмов.
– За нами наблюдают.
Рейт последовательно осмотрел вершины, склоны и темные ущелья, но ничего не заметил. Трез уже мчался дальше неописуемым галопом, и Анахо спешно последовал за ним. Рейт поспешил замкнуть шествие. Через сто метров он снова резко остановился, и на этот раз ему показалось, что он заметил блеск металла. Дирдиры? Рейт посмотрел на лежавшее перед ними пространство. Они прошли по мрачной пустыне уже примерно половину пути. Рейт набрал в легкие воздуха и побежал догонять Треза и Анахо. Можно было предположить, что дирдиры не будут преследовать их так далеко на краю Зоны.