Диктатор 2
Шрифт:
Зато другой ученик, Энтони Гольштейн, попадал к ней в руки считанные разы и только по мелочам, вроде простуды или неизбежных ушибов от падения с исчезнувшей на лестнице ступеньки. Вообще этот мальчик был классическим учеником Рейвенкло. Ученики же факультета с тотемом ворона отличались редким здравомыслием, осторожностью и спокойствием, поэтому редко появлялись в Больничном Крыле. Правда, помимо положительных качеств ученики самой умной основательницы имели и соответствующе факультету гипертрофированное любопытство. Острое настолько, что, бывает, режет своего хозяина не хуже выскользнувшего из рук меча. Поэтому Флитвиковы воронята если попадали к ней, то либо всего на пять-десять минут,
И вот сейчас эти двое так непохожие друг на друга мальчишки, по-слизерински выдержанный рейвенкловец и по-гриффиндорски горячий хаффлпаффец, молча стояли перед ней в... таком виде!
– Так. Садитесь на кровати. Руки-ноги на месте, никаких серьезных повреждений я не диагностирую, - привычно размахивая волшебной палочкой и посылая медицинские чары в сторону пары учеников пробормотала мадам Помфри.
– Но я все равно никак не могу понять, каким заклинанием вас прокляли? Почему ваши лица выглядят так, как будто по ним очень долго и со всей силы били? Кто это сделал? Это были Уизли со своими вечными экспериментами? Слизеринцы? Или вы что-то не поделили с кем-то из наших гостей? И что именно это было? Зелье? Проклятье?
– Помфри перевела взгляд с одного на другого парня.
– Ну же, что же вы оба молчите? Как мне вас лечить, если я ничего не знаю?
– Ну мы...
– Да...
– Сделали...
– Случайно...
– Почти...
– Вы сделали что?
– юноши, обычно выражающие свои мысли четко и ясно, сейчас невнятно мямлили и прятали от нее глаза. И своими договариваемыми друг за другом фразами настолько неприятно напомнили женщине перекидывающихся репликами средних братьев Уизли, что она даже повысила на пациентов голос, что раньше себе позволяла очень редко.
– Ну... Мы... Это...
– замялся Энтони.
– Немного поспорили...
– добавил Крэбб.
– Дальше, - поторопила студентов Помфри.
– Потом пошутили...
– Потом поссорились...
– Слегка...
– И решили помириться...
– Таким вот способом...
– По-мужски...
– Руками...
– Мне что, чтобы вы побыстрее говорили, вам клизму с бодроперцовым зельем прописать? Объясните, наконец, что с вами случилось?
И
– Вон, - боясь сорваться окончательно и безжалостно проклясть мальчишек, сквозь сведенные от бешенства челюсти мадам Помфри смогла пропихнуть-прошипеть единственное короткое слово.
– Э-э-э... Что, простите?
– Я сказала "Вон!"
– Но...
– ВО-О-ОН! ПОШЛИ ВОН! Если вам так нравиться, как пьяным магглам, бить друг-другу по очереди кулаками морды, пока один из вас не сможет подняться на ноги, то вот и катитесь тогда к магглам! Пусть они вас лечат! А здесь я не потерплю ничего такого!!! ВО-О-О-ОН!!!
Глава опубликована: 27.11.2016
Глава 29. Русский след
Что ж, если можно было обоснованно надеяться, что история с кольцом так или иначе все-таки закончилась, то последствия дуэли, как оказалось, я собрал еще не все. Не успел я успокоиться после нападения немецко-говорящей боевой группы гильдейских магов, как внезапно, одним прекрасным декабрьским днем меня отловила троица парней из дурмштранговской делегации. Судя по тому, что место, где именно меня перехватить, они выбрали хоть и относительно далеко от общей массы учеников, но достаточно на виду, нападать и убивать меня они не собирались. Во всяком случае, прямо сейчас.
– Gospodin Krebb? Ne moglee bi vi udelit' mne neskol'ko minut?
– по-русски обратился ко мне один из тех, на кого мне в свое время указал Джасти, как на одного из основных любопытствующих по поводу моей тушки. Двое сопровождающих отстали и сформировали некоторое подобие охранного периметра. Уши уже привычно слегка закололо от наложенного кем-то из дурмштранговцев довольно непростого заклинания от прослушивания.
– Я вас не понимаю, - ответил я на английском.
– Да все вы отлично понимаете, Крэбб. Не нужно тут совершенно лишних в данной ситуации игр, - тоже по-английски ответил дурмштранговец.
– Лорд Крэбб, для вас мистер...?
– ответил я тоже по-русски.
– О! Извините, забыл представиться. Называйте меня Максим Поляков. Ничего, что я так по-свойски, не по традициям?
– Ничего. И что же, господин Поляков, вам от меня надо? Или может быть, вы не господин, а товарищ? Или гражданин?
– съязвил я. Какой-то такой ответа можно получить от средне-информированного иностранца, так что не оправдать ожиданий было бы не правилиным, и, поэтому, подозрительным.
– О, это как вам будет угодно. Я всего лишь хотел передать вам пожелания здоровья от нашего общего знакомого. Владислав Александрович по гильдейскому позывному Комар шлет тебе привет, Чужой.
– Хм. И ему тогда передавай привет, - "Вот оно! То, о чем меня предупреждал Дамблдор. Как же это все не вовремя! Только-только вроде отношения наладились, а тут такой подход. И ведь не замолчишь, вон сколько свидетелей. Заложат вмиг! Вот, бля!" - Это все? Или еще что?