Чтение онлайн

Свинтив глушитель, он сунул пистолет в карман. Чуть погодя достал мобильник и набрал номер Тренера.

– Привет, это снова я. Ты уже свободен?

– Да вроде пока не посадили, а что? Какие-то проблемы с банкиром?

– Да нет, с ним как раз полный порядок, Василиса с заданием справилась, мои люди сообщили, что коды уже у них.

– А что с главным сейфом?

– Тут все сложнее. Чтобы открыть этот сундук, нужны либо ключи сразу трех директоров либо…

– Наша ломовая технология. Я тебя понял, не продолжай… Как Василиса вела себя? Не брыкалась?

– Ребята сообщают, что нет.

Похоже, с этим боровом ей даже интересно было работать. Мужичонка оказался не самым гипнабельным, трепыхался до последнего.
– полковник пожевал губами. Говорить про банкира отчаянно не хотелось.
– Послушай… Может нам стоит подумать над дополнительной атрибутикой?

– Что ты имеешь в виду?

– Скажем, символику какую-нибудь сообразить. Сам знаешь, молодежь любит такие вещи. Не свастику, так другую какую хрень. Или татуировку ввести, как у блатных.

– Ты что, на Кучера насмотрелся?

– Скорее, на его мальчиков…

– Послушай, ты ведь мне не для этого позвонил, верно? Выкладывай, что стряслось?

– Да, в общем, ничего особенного, - взор полковника вновь упал на лежащее в ванне тело.
– Хотя одна проблемка все-таки возникла.

– Короче, что от меня требуется?

– Если можешь, пришли кого-нибудь ко мне забрать тело.

– Так ты что, все-таки шлепнул банкира?

– Это не банкир… - полковник нахмурился.
– Видишь ли, это моя девушка.

– Девушка?
– Тренера трудно было чем-либо изумить, но тут он изумился.
– Мертвая девушка в твоей квартире?

– Да… Словом, потом как-нибудь расскажу. А сейчас высылай похоронную команду…

Пожалуй, только один Волк почуял приближение Финна. Настороженно приподняв лобастую голову, вопросительно глянул на Лесника. А в следующую секунду зашуршали ветви, и страшноватый альбинос с длинными сухими ногами и жилистыми веснушчатыми руками вынырнул из кустов. При этом он до колик напугал Левшу и заставил Хвана с Бурой схватиться за оружие.

– Спокуха, свои!
– Финн неспешно приблизился к Леснику, с подчеркнутым уважением пожал ему руку. При этом он сознательно проигнорировал прочую компанию. Только Лесника альбинос считал себе ровней и только с ним говорил обычным своим тоном. Люди, удалившиеся от природы, переставали для него быть людьми, а потому он терпел Атамана, побаивался Горбунью, любил побороться на руках с мускулистым Мохом, но по-настоящему уважал только одного Лесника. С ним одним он легко находил общие темы, обожая поговорить о том, сколь низко пал человеческий род, от воды, тишины и деревьев уйдя в дым канцерогенов, грохот динамиков и синтетические жилища. В лесных дебрях Финн чувствовал себя, как рыба в воде, был вынослив, как дикий мустанг, а скорость на своих ходулях развивал такую, что угнаться за ним было трудно даже на коротких отрезках, не говоря о дистанциях в полсотни и более километров. Тот же Сема Кулак, державший со своими парнями проселочную дорогу, не раз пропускал его через свой пост, даже не подозревая, с какой легкостью Финн мог бы вырезать всю его компанию. Ничего удивительного, что именно этот человек выполнял у Лесника функции главного разведчика. Вот и сейчас он без особых

хлопот сумел оторваться от чужаков, встретив людей Лесника в березовой лощине. Бегло окинув своими вампирьими глазищами малочисленную группу, он тут же присел на ближайший пень. Свою энергию он ценил на вес золота и преспокойно отдыхал даже в присутствии Атамана.

– А где Мох? Думал, его тоже с собой возьмете.

– За бабами оставили присматривать.

– Одного?

– Почему же. Там много еще народишку.

– Ну, да, конечно. Они там настерегут!… Сему-то предупредил?

– Само собой. Он парней к шлагбауму отправил - проверить лишний раз и вообще…

– Это правильно. А обувь принесли?

– Вот, - Лесник продемонстрировал завернутые в полиэтилен туфлю и кроссовку.
– Там еще платьице свернутое. По идее, должно хватить.

– Годится.
– Финн взял пакет, не разглядывая, сунул за пазуху.
– Тренер-то уехал?

– А чего ему задерживаться? Собрал послушников в микроавтобус и рванул по северной дороге.

Финн покачал головой.

– Не нравится мне это! Ездить стали, словно на курорт. Того и гляди, наведут туристов…

– Не дрожи, туристов отвадим. Давай лучше думать о твоей сладкой парочке.

– А что о ней думать, - сами скоро сюда припрутся. Пес у них классный, бежит точно по следу. Вашему, между прочим.
– Финн зло сплюнул.
– Всегда знал, что все беды от баб. С хрена ли надо было волочь их в лагерь!

Лесник недовольно поморщился. Камушек явно метнули в его огород.

– Думаешь, эти лохи за ними идут?

– За кем же еще! Сам прикинь: позавчера этих дур в лагерь приволокли, а сегодня уже и гости пожаловали. Ясно, что за бабами явились. И кстати, они явно не лохи.

– Почему ты так решил?

– Движутся больно уверенно. И языками не треплют.

– Ты перчика им сыпать не пробовал?

– Пробовал, не выходит. Пес вышколенный - сразу в сторону уходит. Как прочихается, круги начинает нарезать. След ловит слету. Чтобы такого выключить, надо не перец, а яд сыпать…

– Что-то не врубаюсь я в ваш базар.
– Хван прихлопнул на щеке комара, трубно высморкался.
– Их же всего двое, так?

Финн сдержанно кивнул.

– Ну, и какие проблемы?

– Проблемы появятся, если мы не вычислим, кто это.
– Рассудительно произнес Лесник.
– Сам рассуди: стоило пропасть лахудрам, и сразу организовали поиск с ищейкой. А пропадут эти двое, и что начнется?

– Откуда же мне знать.
– Хван пожал плечами.

– А должен знать!
– Лесник со значением постучал себя по лбу.
– Или хотя бы варианты прикидывать. Помнишь, Убогий сдуру по вертолету прогулочному шмальнул?

– Ну, и что?

– А ничего! Вертолет навернулся, а мы две недели шелохнуться боялись. В вертолете-то шишки сидели. Хорошо, хоть сгорело там все. Так и не дотумкали, кто их подбил. Но сколько вокруг сыскарей роило - и с неба, и с земли вынюхивали.

– Так это далеко было.
– Подал голос Левша.
– Все равно ничего бы не высмотрели.

– Дурень! Я же к примеру говорю! Или ты решил, что нас здесь трудно обнаружить?… Вот ты, Финн, скажи: трудно или нет?

Сверкнув своими жутковатыми глазами, альбинос пренебрежительно фыркнул: