Дикая
Шрифт:
– Что? Что ты такое говоришь?! Успокойся, – старался угомонить рыдающую вампиршу Яковлев.
– Может ли такое быть?.. – ошарашенно пролепетал Иван Дмитриевич Адашев, глядя на бледную жену, сидящую с круглыми от ужаса глазами. Но, вместо того, чтобы объяснять ей свои мысли, он развернулся к летчику и заорал: – Глуши винт, мы не летим.
– Что? – воскликнул Анатолий Иванович растерянно. Хозяин дома и так пребывал в расстройстве, не зная, как успокоить Лескову, у которой внезапно случилась истерика из-за перенесенных событий вечера,
И зачем только он согласился лететь без Клары? Как их успокоить?
– Прекрати! У нее просто истерика, – попытался он вразумить Адашева. – Мы летим, – это уже был крик летчику.
– Нет! – рявкнул Адашев. – Я что сказал, глуши винт!
– Да что за бред, это лишь нервы, – попытался вразумить его Яковлев, обернувшись к нему всем корпусом, что позволило Софье наконец высвободиться из его рук и, рванув ручку двери выскочить из вертолета.
Она так, торопилась, что споткнулась и упала на землю, но тут же подскочила, обдирая ладони и колени, и бросилась от вертолета подальше. Туда, где стояла растерянная группа вампиров, не понимающих, почему вертолёт не взлетел. Туда, где можно было вцепиться в живых, убеждаясь, что ты тоже еще жив, и смерть твоя была лишь видением.
– Послушайте… – начал было Анатолий Иванович, но Адашев его прервал:
– А если у девочки дар матери? Я не хочу на своей шкуре это проверять, – заявил он, после чего так же вылез из вертолёта, помогая спуститься и жене.
Яковлев растерянно смотрел, как все остальные тоже покинули салон, оставив его одного. Но мужчина не знал, что ему делать. Решала всегда Клара. Стоило выйти и спросить ее, как быть дальше. Софья меж тем, со слезами на глазах, убеждала Ольгу и остальных, что лететь нельзя.
– Я видела! Они пустили ракету и вертолет взорвался. Мы умрем, если полетим на нем.
– Клара, дорогая, – подошел Яковлев к жене с виноватым видом, – что делать? Может вы сначала полетите? У девочки случилась истерика, и она всех перепугала.
– Толик, отправь вертолёт. Пусть улетает.
– Что? Но зачем?
– Если это дар жизни, то полет – это смерть. А если нет, то, возможно, нападавшие решат, что мы улетели и отступят.
– Да, это лучшее решение, – согласился с ней Ермолов, поглядывающий в проход лестницы, ведущей к ним на крышу.
– Ну, раз ты так считаешь, – согласился Анатолий Иванович и, пригнувшись, побежал обратно к вертолёту.
Спустя минуту винт заработал с новой силой, поднимая в воздух серебристо-белую машину. Софья с замиранием сердца смотрела как вертолет поднимается все выше, разворачиваясь в сторону города. Неужели она действительно ошиблась и то видение лишь порождение ее воспаленного мозга? Может ли быть, что она лишила их возможности спастись? Она оказалась так слаба, что страх породил галлюцинации, которые могут стоить им жизни?
Взрыв, прозвучавший в воздухе, вышиб все стекла в ближайших окнах, на несколько мгновений осветил двор, заставив людей на крыше
ГЛАВА 11. Быть или не быть
Софья смотрела на развернувшееся зарево испуганными глазами. Осознание, что смерть была так близка, шокировало. Как и факт, что у нее есть дар матери.
Вдалеке завыли серены.
– Наконец-то, – проворчал Адашев. – Я уж думал, что мы никогда не дождемся помощи от нашего хваленого Министерства, созданного, чтобы нас защищать, – сказал он, бросив на Воронову претенциозный взгляд.
Ольга, глядящая до этого вдаль, обернулась к вампиру.
– Можете не указывать мне на мои ошибки. Министерство проведет тщательное расследование, по окончании которого я готова понести наказание, если будет доказана моя некомпетентность. А также плохая работа доверенных мне структур.
– Иван Дмитриевич не указывает на ошибки, – усмехнулся хищной улыбкой Ермолов, буравя Адашева взглядом, – он выражает желание присоединиться к сотрудникам Министерства, чтобы своим опытом улучшить его работу.
На замечание Павла Иван Дмитриевич обижено сжал губы.
– Ладно вам, успокойтесь, – попытался примерить их Яковлев. Осознание, что спасатели рядом, сделало его более уверенным в себе.
Вскоре, действительно, дом окружили солдаты. Напавшие на загородное поместье Яковлевых постарались скрыться, отстреливаясь. Часть силовики убили, но несколько человек, в том числе и раненых, все же удалось захватить.
Пострадавшим вампирам была оказана первая помощь, после чего их развезли: кого домой, а кого и в больницу. Ермолов выразил желание поехать в Министерство, чтобы оказать помощь в допросе. Ольга с радостью приняла его предложение, ведь помощь чистокровного вампира с большой ментальной силой была весьма кстати.
Желая перестраховаться, Воронова распорядилась выдать по небольшому отряду сопровождения всем представителям древних семей, который остался дежурить по указанным адресам. Больше глава Министерства безопасности и контроля не собиралась рисковать ни одним чистокровным. Дополнительно патруль был отправлен и в каждую семью чистокровных, которые не присутствовали на вечере, чтобы удостовериться, что нападение на дом Яковлевых было единственным сегодня.
Внешне спокойная, внутри у Ольги все клокотало от ярости. Да как эти твари посмели напасть на них снова?! Но приходилось сдерживать гнев, ведь сейчас, как никогда, нужна трезвая голова. Сидя за столом в своем кабинете она, подобно генералу армии в момент сражения, только и успевала раздавать приказы.
– Докладываю: тяжело раненые в реанимации, остальным оказана первая помощь и они в комнатах для допросов.
– Сколько их? – спросил Дмитрий.
– Шестеро в реанимации. Четверо готовы для допроса. Двадцать восемь человек убито.