Дикарка
Шрифт:
Шофер грузовика явно не помышлял перемещаться в другой ряд и терпеливо тащился в медленно ползущем потоке машин.
Тони Ланцоне недоуменно посмотрел на Лию.
– Еще раз извини, – сказала она. Некоторое время он молчал.
– Лия, ты никогда не попадала в автомобильную катастрофу? – будничным тоном спросил он наконец.
– В автомобильную катастрофу? Нет, а что?
– Не знаю… Просто мне кажется, что ты очень нервничаешь.
– Я? Нервничаю? Нисколько.
– Но мне все равно
– Это потому, что… здесь такое ужасное движение.
– Но мы же сейчас намертво застряли в пробке. Никто не пытается нас подрезать или еще что-нибудь в этом роде.
Лии хотелось завизжать. «Спокойно, спокойно, я не должна показывать, что нервничаю».
Взяв себя в руки, Лия безразлично пожала плечами:
– Наверное, у меня клаустрофобия.
– Ты боишься находиться в автомобиле? Она кивнула.
– К тому же мы застряли в пробке, из которой в случае чего не удастся убежать.
– Убежать?
Слово вырвалось у Лии случайно. Она пожалела об этом, но сказанного не вернешь.
– Убежать от чего? – настаивал Тони.
– Не знаю… я так. Да и не такая уж у меня клаустрофобия. Я пошутила, забудем об этом.
Тони, вероятно, был окончательно сбит с толку, и Лия поняла, что вопросов больше не будет. Он, видимо, решил, что она просто сумасшедшая.
И слава Богу.
В ее жизни и так хватает проблем, чтобы еще связываться с мужчинами. Достаточно и того, что каждое утро она с трудом поднимается с постели и напоминает себе, кто она такая. Теперь…
Ее зовут Лия Хаскин.
Да, теперь ее зовут только так и не иначе.
Если бы было возможно навсегда забыть, кем она была раньше, и оставить в прошлом прежнюю жизнь… Если бы…
– Господи, и это называется удар? – покачав головой, простонал Марко, глядя в телевизор. – Моя выжившая из ума бабушка могла бы сыграть лучше.
Эй Джи улыбнулась:
– Твоя бабушка играет в бейсбол?
– Для «Ангелов» она была бы подходящим принимающим.
– Для «Калифорнийских ангелов»? Он озадаченно посмотрел на нее:
– Эй Джи, я же шучу.
– Я понимаю, Марко, – произнесла она, слегка хлопнув его по руке.
Облегченно вздохнув, он рассмеялся:
– Вот и хорошо, а то я уже начал волноваться.
– Ты, верно, подумал, что я очередная глупышка, которая будет цепляться к каждому твоему слову?
– Глупышка? Ты? Никогда!
– Ладно, не скромничай. Ты же притягиваешь к себе девок как магнит, – шутливо поддразнила она Марко. – Бьюсь об заклад, что я первая умная женщина из всех, с кем ты встречался.
– Умная? – с сомнением промолвил Марко. Эй Джи пожала плечами:
– Ну интеллигентная, если это слово тебе больше нравится.
– Да, это звучит лучше. Когда я слышу
– Я – соблазнительница? – Эй Джи подняла руку с намерением ударить Марко в грудь, но в этот момент он вперился в экран и дико заорал:
– И это удар, ублюдок?! Ты же всю игру испортишь!
Вздохнув, она передумала бить Марко и потянулась к тарелочке с поп-корном, стоявшей на кофейном столике, однако нашла в ней только несколько невспученных зернышек кукурузы.
– Прости, – рассеянно проговорил Марко, не отрывая глаз от телевизора. – Я подмел все, пока ты трепалась по телефону.
– И не оставил мне ни единого приличного зернышка! – с деланным негодованием воскликнула она, ставя на место тарелку. – Ты же знаешь, как я их люблю.
Он пожал плечами:
– Я здорово проголодался.
Она опустила голову. У него всегда был завидный аппетит.
Марко всегда хотел есть.
И всегда хотел ее.
Она пододвинулась поближе к нему, так, чтобы обнаженное бедро тесно прижалось к его мускулистому телу. На Марко были только мокрые после недавнего купания плавки. От его длинных светлых волос, так же как и от ее собственных, исходил едва уловимый запах хлорки.
– Давай, Ривера, закручивай! – крикнул он в экран отбивающему «Янки». – Крутани его, и игра сделана!
– А ты не хочешь крутануть меня? Мы вполне можем этим заняться, если ты не против, – промурлыкала она, соблазнительно щекоча его щеку кончиками пальцев. – А хочешь, я крутану тебя?
Моргнув, он взглянул на подругу, и на его губах появилась кривая ухмылка.
– Ты не хочешь, чтобы я досмотрел игру?
– Почему это ты так решил? – продолжала ворковать она, погладив его мощную грудь и перемещая руку к холму, возвышающемуся под плавками.
Со стоном он стиснул ее в своих объятиях, и Эй Джи почувствовала, как неистово бьется сердце в его могучей груди.
– Забудем об игре, – прохрипел он.
– Но ты же любишь «Янки».
– Некоторые вещи я люблю больше.
Вещи, подумала она с легким разочарованием.
Например, секс…
Ну что ж, она тоже его любит.
Но он никогда не говорил и даже не намекал, что любит ее.
«Ладно, – подумала она, закрыв глаза, когда горячие губы Марко впились в ее шею, – не будем торопить события».
Всему свое время – настанет час, когда он будет обожать ее так же, как сейчас она обожает его.
Он объяснится ей в любви и попросит выйти за него замуж…
Она блаженно вздохнула, когда его руки и губы унесли ее в страну, где сбываются самые сокровенные мечты и желания.