Дикарь
Шрифт:
— Уже лучше. Спасибо.
Она снова наполнила стакан.
— Не хотите ли, чтобы я взбила подушки?
— Еще бы! Очень хочу.
Джульет собрала с пола остальные подушки и осторожно подсунула их под его левый бок. Гарет, стараясь помочь ей, наклонился вперед, чтобы она могла подложить пару подушек ему под спину. Взбивая подушки, она не могла удержаться и взглянула на его словно созданную скульптором спину с рельефными мускулами и широкими плечами. Как только он начал укладываться на подушки, она поспешно отдернула руку, опасаясь, что прикосновение к его
Опустившись на взбитые подушки, он глубоко вздохнул от удовольствия. Она протянула ему полный стакан, и глаза его вспыхнули благодарностью. Но было в его взгляде еще что-то такое, отчего Джульет покраснела.
Сейчас, когда уже не решался вопрос жизни и смерти, как прошлой ночью, когда закончился разговор о Чарльзе и внимание хочешь не хочешь сосредоточилось на них двоих, между ними возникла какая-то неловкость. Так случается, когда двоих людей влечет друг к другу, но они недостаточно хорошо знают друг друга, чтобы открыто признать это.
По крайней мере с ней все происходило именно так.
А вот Гарет, кажется, чувствовал себя совершенно свободно, и это не зависело от того, находился ли он под воздействием виски или нет.
— Мне, наверное, пора идти, — сказала Джульет.
— Очень жаль. — Он поднес к губам стакан и внимательно поглядел на нее поверх его края. — Нельзя ли уговорить вас остаться?
— Нет. Но, если хотите, я зайду к вам позднее. Принесу вам ужин или еще что-нибудь…
— Правда? Мне очень хотелось бы этого. Ведь скука может заставить меня читать эти письма, тогда как я, мисс Пэйдж, предпочел бы провести время с вами, — улыбнулся он, — и с Шарлоттой, если вы ее принесете.
— Я принесу ее.
— Отлично. Буду рад познакомиться поближе с моей племянницей и с ее очаровательной мамой. Когда придете, вы мне расскажете об Америке, о своем путешествии через океан и обо всем прочем. И еще я хочу получить подробный отчет о том, как обращается с вами Люсьен.
— Вы его получите, лорд Гарет. — Она отобрала у него пустой стакан и поставила на стол. — Но не сейчас.
Сейчас вам нужно отдохнуть.
— Да… боюсь, что у меня нет выбора, учитывая то, как на меня подействовало виски. Обычно, чтобы так развоеваться, мне недостаточно трех стаканов, но во всем виновата потеря крови. Я почти лишился сил…
— Откуда мне знать? — улыбнулась она и осторожно натянула простыню на его грудь. Он улыбнулся ей сонной улыбкой, довольный тем, что она суетится вокруг него, благодарный за внимание, как и подобает мужчине, чувствующему себя легко и свободно в компании женщины.
— Спасибо, — пробормотал он, закрывая глаза. — Надеюсь увидеть во сне… что-нибудь приятное.
Она покраснела, поняв, на что он намекает, и, не сказав больше ни слова, направилась к двери.
— И еще, мисс Пэйдж, — добавил он вслед, — в этом доме… довольно угнетающая атмосфера. Мне ли не знать, что за человек Люсьен и как одиноко вы себя, должно быть, чувствуете вдали от всех и всего, знакомого и любимого. Запомните, если вам вдруг станет здесь невыносимо и захочется бежать на край
Его слова тронули ее до глубины души. Она поняла, что в этом странном чужом доме она нашла первого настоящего друга, и едва сдержалась, чтобы не расплакаться.
— Спасибо, лорд Гарет.
— М-м… не стоит благодарности, мадам, — засыпая, пробормотал он.
Гарет проспал время ужина, но не только потому, что отдых требовался раненому для восстановления сил, а прежде всего потому, что он влил в себя такое количество виски, которое могло бы уложить наповал любого привычного к попойкам английского джентльмена.
Вечером, когда он наконец открыл глаза, в полумраке комнаты было тихо и только одинокая фигура человека вырисовывалась на фоне опускающихся за окном сумерек.
— Ага. Вот и наш доблестный рыцарь просыпается.
Гарет чертыхнулся и протер глаза.
— Люсьен!..
— Надеюсь, ты чувствуешь себя лучше?
— Я чувствую себя хорошо. — Он зевнул, лениво потянулся, но вдруг, что-то вспомнив, резко спросил:
— Где она?
Люсьен театральным жестом обвел комнату, где, казалось, каждая плоская поверхность, словно клумба, расцвела цветами.
— Где кто?
— Не играй со мной в свои игры. Ты, черт возьми, прекрасно знаешь, о ком я говорю.
— А-а, ты, наверное, имеешь в виду мисс Пэйдж. Она внизу, в Золотой гостиной с Нериссой и Эндрю. Они играют с Шарлоттой. Ай-ай-ай, Гарет! Неужели ты подумал, что я ее прогнал?
— Почему бы мне так не подумать? С тебя станется.
— Может быть, — кротко улыбнулся Люсьен.
— Что за дьявольскую игру ты затеял на сей раз? — пробормотал Гарет, садясь в постели и хватаясь руками за пульсирующие от боли виски. — Ты намерен напугать ее, чтобы она сама уехала? Чтобы она без оглядки бежала отсюда в Бостон? Или, может, ты задумал что-нибудь похуже?
Люсьен поднял брови, изобразив на физиономии святую невинность и удивление.
— Ах, Гарет, Гарет! Ты обижаешь меня недоверием.
Не такое уж я чудовище, как ты считаешь. Посмотри, я даже сам принес тебе чай.
— Ты играешь людьми, Люсьен. Я не позволю тебе проделать это с ней.
— Мой дорогой мальчик, я не планирую ничего подобного. — Герцог щелчком сбил пылинку с безупречно чистого черного бархата рукава. — К тому же эту девушку не так-то просто запугать. Ты это сам знаешь.
— Ты не можешь отослать ее отсюда.
— Если придется, я сделаю это.
— Я этого не допущу.
— У тебя не будет выбора. Я не слепой, Гарет. Я вижу, как ты бросаешься на ее защиту, и мне кажется, что ты уже наполовину влюблен в нее. Не пойми меня не правильно. Мне нравится эта девушка. Мисс Пэйдж природа одарила и красотой, и смелостью, но она провинциалка низкого происхождения, а ты — предполагаемый престолонаследник в герцогстве, хотя я и не перестаю горевать из-за этого. — Он испустил нарочито тяжелый вздох. — О, как бы было хорошо, если бы вместо тебя следующим претендентом на герцогский титул был Эндрю!