Чтение онлайн

Оперативник внимательно наблюдал за ней. Нервозность девушки его насторожила:

– Иногда неуравновешенный преступник вычеркивает из памяти страшный эпизод. И искренне верит, что никого не убивал.

– Вы на что намекаете? – нахмурилась Нота.

– Я констатирую факты, Самородова. Ты была на месте преступления практически во время убийства. Как и в прошлый раз, когда была задушена Софья Ветрова.

– Ну это уже чересчур! – вскипела Нота. – Как я проломлю голову?

– Гвоздодером. Орудие убийства

нашли в колодце.

Ракитин достал из стола ломик-гвоздодер в прозрачном полиэтилене и придвинул Ноте. Девушка отшатнулась. Таким же гвоздодером она стучала по стене на крыше высотки вместе с Рингом. А вдруг на орудии убийства ее отпечатки пальцев?

– Удобная вещь, – комментировал оперативник, покачивая гвоздодер. – Проламываешь голову. Бац, бац! Затем цепляешь крюком крышку люка, отодвигаешь и сбрасываешь тело. Даже девушка справится.

– Если это улика, должны быть отпечатки, – пробормотала Нота.

– Водой смыло. Но частицы крови остались. Так что гвоздодер, несомненно орудие убийства.

– А где Полина? – растерянно спросила Нота.

– Не будем отвлекаться. Сейчас напишешь объяснение: где ходила в ночь убийства? Что видела, что слышала? Какие отношения у тебя были с убитой?

– Никаких!

– Ты пиши, Самородова. Сядь за тот стол и пиши подробно. А мы разберемся.

Ракитин протянул авторучку и листы бумаги. Нота взяла. Оперативник перехватил ее руку и развернул ладонью вверх.

– Что у тебя с рукой? Где поцарапала?

– Упала, когда искала Полину, – призналась Нота.

– Допустим, – протянул Ракитин с сомнением. – Об этом тоже напиши.

Нота села за соседний стол и склонилась над бумагой. Слова объяснения давались тяжело, мысли плавали. Она вышла из клуба, искала Полину, а в это время кто-то рядом убил девушку. Жестоко проломил голову, а она не услышала.

Нет, слышала!

В ту ночь раздался женский крик. Издалека. Отрывистый и резкий. Сначала она сомневалась, что кричит Полина, но все-таки пришла на место. Ничего подозрительного не увидела. Она споткнулась о люк, повредила руку и боль вытеснила другие чувства. А люк тот самый, под которым нашли тело убитой. Если написать об этом, ее будут подозревать еще больше.

Нота восстанавливала в памяти детали злополучной ночи. Вспомнился следующий день, когда заявился Ринг и сказал, что накануне был в ночном клубе в конце программы. Он оценил ее скованность, но не подошел после выступления. Он исчез и даже не высказал свое «фи»! Удалился вслед за убитой девушкой?

Первое убийство Софьи Легковой тоже связано с Рингом. Сейчас всплыл гвоздодер, точно такой же, как у него на крыше. Там же Ринг обмолвился, что охотится за редкими звуками, особыми криками.

По спине пробежал холодок от жуткой догадки. А вдруг, Ринг захотел записать хруст черепа и предсмертный хрип? Диджей

готов пойти на всё, ради успеха. Это девиз его жизни.

Также Ринг жаждет ее провала. Нота переживает за судьбу Полины и выступает плохо. Еще хуже будет, если она станет бояться за свою жизнь.

Нота вспомнила, как выглядела убитая. Фигура и рост как у Полину, правда, волосы рыжие. Но в темноте все кошки серы. Полина всегда выступает в шортах, а на убитой брюки, как у Ноты. А кожаные топы у них одинаковы. Кто-то убил девушку, одетую, как она, диджей Нота! Или ее перепутали, или специально хотели запугать.

Рингу это на руку. Он хочет занять ее место в «Перспективе».

Нота отвлеклась от письма и заметила на столе пакетик для улик. В нем лежали два черных квадратика из игры «Пятнашки» с цифрами 3 и 4. Она подняла взгляд и догадалась: Ракитин выложил пакет специально. Наблюдает за ее реакцией.

Пришлось как-то отреагировать:

– У нас такие игры были в интернате. Но костяшки терялись, вечно не хватало цифр.

– И где потом их находили? – заинтересовался подошедший оперативник.

Нота вспомнила предыдущее убийство. Указала на тройку:

– Эту вы нашли в трусах Софьи Легковой.

– Другую тоже в трусах. У второй жертвы.

– Опять? – удивилась Нота.

– Так, где вы находили костяшки в интернате? – повторил вопрос оперативник.

«Я не больная, чтобы прятать их в трусы!» – чуть не выкрикнула Нота.

В кабинет зашел капитан Смирнов, увидел свидетельницу, узнал:

– Старая знакомая Анна Самородова.

– Теперь диджей Нота, – добавил Ракитин. – Выступала в ночном клубе «Перспектива», откуда ушла убитая девушка.

– Опознала?

– Нет. Хотя убитая была одета также, как диджей.

Ракитин показал старшему напарнику фотографии. Смирнов брезгливо процедил:

– Ох, уж эти ночные клубы. У нас без них работы полно. Ребенок похищен. Выкуп требуют. Ребенку еще можно помочь, а этой…

Капитан отшвырнул фотографии убитой и позвал напарника:

– Денис, за мой стол. Звонок похитителя записали. Прослушаем вместе.

Дмитрий Смирнов включил настольный компьютер и, пока устройство загружалось, вводил Ракитина в курс дела:

– Мальчику девять лет, зовут Ваня Морозевич. Вчера Ваня не пришел из школы. А вечером от родителей потребовали выкуп по телефону. Первый звонок они не записали, а вот сегодняшний разговор наши спецы перехватили.

Капитан пощелкал по клавиатуре, стартовал файл и увеличил громкость.

Сильно измененный гнусавый мужской голос требовал: «Морозевич, это последнее предупреждение. Если до десяти вечера не будет денег, сына ты никогда не увидишь!»

Смирнов скороговоркой пояснил: