Диахар
Шрифт:
На долю секунды мне показалось, что Иер ему чем-то не нравится.
– Всего хорошего.
– До встречи, девочка.
И Верховный, наконец, оставил меня в покое.
Асмодей
Архангелы крайне редко рискуют приглашать на встречи Верховную семерку Ада. Еще реже они осмеливаются просить индивидуальной беседы. Поэтому Иетиль удивила меня, послав записку с просьбой личного характера.
Еще сильнее я удивился, узнав, что ангел хочет отправить в Ад душу. Погостить. На месяц. Ей, видите
Звучало все это бредово, так что естественно, я согласился. Иетиль удалось заинтриговать меня. Я не мог позволить себе пропустить такое развлечение, и собирался проверить одно подозрение.
Конечно, Высшее не будет играть так открыто. Существо столько лет скрывающее свою сущность и даже свой пол, не станет так нагло подсылать к нам это. Да и диахар не появлялись уже очень давно…
Через несколько дней Иерон сообщил, что душа довольно комфортно чувствует себя с ним. Более того, это мадмуазель не боится ни бога, ни черта, и творит все, что захочет. Она представилась сестре Иера, как его невеста, слиняла с моделирования, а после и вовсе заявила, что не нужно страдать ерундой, проверяя ее.
Определенно, пора взглянуть на эту девочку! Даже если это простая душа, она явно стоит того, чтобы поиграть в наши игры. Живущие вечность тоже могут заскучать…
Я стоял на крыльце Иерона и барабанил в дверь.
Когда она открыла, я опешил. Стоявшая на пороге очаровательная чертовка напоминала мне… Кого? Я никак не мог поймать мысль за хвост. И это тот, кто помнить всю вечность мироздания. Позор!
Я заглянул в ее прекрасные глаза, и отметил, что она смотрит на меня с восхищением. «Что ж, значит, она подвластна моим чарам» – довольно подумал я.
Взаимное изучение длилось достаточно долго. Я рассматривал ее всю: от цветной гривы, убранной в тугую култышку, до босых пяток. И все больше убеждался, что эта душа должна быть моей. Любыми путями.
Я усмехнулся своим мыслям, и это как будто вывело ее из задумчивости.
Я представился, и после недолгой словесной дуэли, эта нахалка попыталась закрыть дверь. Перед Верховным чертом Ада! Несмотря на мои попытки обольстить ее! Хар, каких усилий мне стоило сдержать эмоции!
– Девочка остынь, – хотя это скорее мне стоило бы остыть. – Я пошутил. Я пришел просто поговорить.
Ева изволила меня впустить и, не оборачиваясь, пошла на кухню. Как же все же она хороша! Следуя за ней, я уже рисовал картины того, что сделал бы с ней с большим удовольствием. Эта девочка должна быть весьма неплоха в постели.
В задумчивости, я сел за стол, продолжая следить за ней взглядом. Мне давно так не нравилась женщина. ТАК не нравилась – поправил я сам себя.
Прервав потом моих мыслей, передо мной появились чай и варенье.
Наш разговор, похожий на словесное сражение, заставил меня вспомнить давно забытое ощущение отказа. Ей явно наплевать на то, кто сейчас с ней говорит. Но это не возможно! Да, я без личины, но даже такому мне никогда не смела противится ни то что ни одна душа, ни одна женщина!
А это варенье?! И ее комментарий! Вогнать в краску
Я уже молчу о том, что Ева начала меня соблазнять. В своей издевательской манере, получая искреннее удовольствие от моих комментариев.
В конце я почти потерял над собой контроль. Я хотел ее поцеловать, и не только поцеловать, но сдержался. Еле сдержался! Как она это делает?
Уходя от нее, я так и не смог понять, что же она такое…
Сегодня. День 5
Ева
В ожидании Иера, я вышла на крыльцо его домика и уселась на ступеньки.
Со всех сторон горел огонь, но теперь я его совсем не чувствовала. По дорожке мимо меня шли по своим делам черти и демоны. Наблюдать за ними – все равно, что смотреть одной в полночь дешевый ужастик в плохом кинотеатре. Черти и чертовки, конечно, похожи на людей, но в таком виде уместно бы смотрелись разве что на карнавале в Рио-де-Жанейро. А демоны – это ожившие кошмары: страшные, несуразные. Вот один с синей кожей, головой козла, и еще леший знает с чьими частями. Вот другой – уже зеленый, с жабрами и плавниками. Красота. Ночью бы увидела – осталась бы заикой.
И среди этого сборища уродцев неторопливо идет домой мои искуситель.
– И почему же мы сидим на крыльце? – спросил и уселся рядом.
– Погода хорошая, дай думаю, подышу свежим Адским воздухом, – хмыкнула я.
– Как провела время?
– Приходил очаровательный черт, занимал меня словоблудием да чревоугодием, предлагал утехи непотребные, да не смог увести меня с пути праведного, деву младую да прекрасную.
Лицо Иера надо было видеть. Он судорожно пытался сообразить, кто же приходил ко мне, подходящий под такое описание, и чего же этот кто-то хотел.
Я, вдоволь налюбовавшись выражением его лица, объяснила:
– Расслабься, приходил Асмодей, пытался искусить и заодно напугать. Не получилось ни то, ни то. Он ушел, но обещал заходить в гости.
– Хар, Ева, умеешь же ты мозги пудрить!
Мы еще какое-то время обсуждали появление Верховного в доме лукавого. Затем Иер рассказал про невыносимый вечер с семьей. Оказалось, его сестричка рассказала всей родне, что он прячет от них свою высокородную возлюбленную, и не хочет знакомить ее с родителями даже при угрозе пыток. Бедолага искуситель весь вечер успокаивал маму и объяснял всем остальным, что никого он не прячет.
Я мстительно заметила, что сразу просила взять меня с собой. На это искуситель только развел руками – приказ есть приказ.
– Вот только ты мне не невеста, а душонка на каникулах, – заметил он в заключении.
Я не стала продолжать дискуссию, и пошла в дом, решив почитать в гостиной. Иер не проследовал за мной, а сразу пошел к себе. Спустя минуту раздался грохот, а потом и знакомый по живым временам отборный мат.
Леший, я совсем забыла про свои «ловушки»!
Еще через минуту мат повторился. Я уже говорила: черти мастера ненормативной лексики: какие повороты, какие сравнения и метафоры, какие конструкции, и это не смотря на то, что литературные в его воплях только предлоги и союзы.