Девятью Девять
Шрифт:
Все встало на свои места, подумал Мэтт. Все эти тайны вокруг смерти миссис Харриган призваны предотвратить скандал, который замарал бы честное имя Харриганов, а также (отдадим им должное) избавить ее дочь от горькой правды. Воспоминания о несчастливом браке родителей, жестокая случайность, по которой книга, упав, открылась на белене, терзания взрослеющей Кончи из-за нелепого каприза судьбы… или сестра Урсула назвала бы и это волей Божьей?
— Но что навело девочку на мысль об убийстве? — спросил
Сестра Урсула невинно взглянула на лейтенанта:
— Что вы имеете в виду?
— Ну и кто теперь бойко хитрит? Почему Конча так хотела знать и одновременно боялась, почему она испытала такое облегчение, услышав про естественную смерть? Ну же, сестра. Что внушило ей эту мысль?
Сестра Урсула покачала головой:
— Не понимаю вас, лейтенант.
— Ладно. Будь по-вашему. Но выбросить из головы подозрения я не могу. Например — предположим, что она подозревала отца. Вот вам новый мотив, целая вереница разных…
— А Вильгельм Второй? — быстро ввернула сестра Урсула. — Каким образом он указывает на Мэри?
— Каким чер… каким образом он указывает на кого бы то ни было?
— Если бы я только знала, каким образом, — пробормотала сестра Урсула. — Хотя настолько очевидно, на кого… Лейтенант, я хорошо знаю Харриганов. У Кончи и Артура темные волосы, у старших — седые. Среди тех, кто связан с этим делом, есть хоть один рыжий?
— Ого!
— Я ведь даже не говорю загадками. По крайней мере, умышленно. Среди подозреваемых, не входящих в семью Харриганов, есть кто-нибудь рыжий?
— Нет.
— Никого, кто имел бы хоть какое-нибудь отношение?
— Никого, кроме моей жены и сына. Они рыжие.
Сестра Урсула, казалось, испытала облегчение.
— Значит, я права. Но как же глупо было с моей стороны проглядеть такую возможность. Невольно задумаешься, каких еще глупостей мы наделали. Пожалуйста, скажите, не появилось ли что-нибудь новое? Что-нибудь, о чем мне следует знать?
— У Баньяна какой-то секрет, — сказал Мэтт. — Он попросил передать, лейтенант, что хочет встретиться с вами сегодня. Вчера вечером он ходил на проповедь в Храм Света и теперь доволен, как канарейка, которая избавилась от самого здоровенного кота в квартале.
— В Храм Света? — переспросил Маршалл. — Так. Чем больше я о нем думаю, тем меньше он мне нравится. Я увижусь с Баньяном днем, но, что бы он ни рассказал про Храм, гораздо больше меня интересует выход из запертой комнаты. Мы потратили на нее целый вечер, — жалобно сказал он сестре Урсуле. — Исследовали все возможные варианты и невозможные тоже. Я надеялся, что мы наткнемся на что-нибудь осмысленное, но в итоге мы лишь зашли в очередной тупик.
— А именно? — немедленно спросила монахиня.
— Сестра, вам мало
— Возможно. Два кусочка дерева могут быть асимметричны и почти бесформенны, но если соединить их, они превратятся в идеальную геометрическую фигуру. С тупиками так тоже бывает. Итак?
— Ну ладно, вы сами спросили. Желтые перчатки — часть костюма Агасфера, они неотъемлемы от желтого одеяния. Убийца нигде не оставил отпечатков пальцев. Но, когда Дункан видел преступника через стекло, перчаток на нем не было!
Сестра Урсула повернулась к Мэтту:
— То есть вы видели… голую руку?
— Да. Лица я не разглядел лица, но руку на столе точно помню.
— С какой стати, — поинтересовался Маршалл, — убийце, даже чокнутому, снимать перчатки, чтобы…
— Лейтенант! — голос сестры Урсулы зазвучал резко и деловито. — Вы заедете к Харриганам завтра ближе к вечеру?
— Вероятно, ибо долг зовет. Но почему так срочно?
— Я начинаю видеть разгадку. Нет, пожалуйста, не просите объяснений сейчас. Думаю, завтра, на месте, я смогу продемонстрировать, каким образом человек в желтом одеянии покинул комнату.
— И кто он такой, — подсказал Маршалл. — В конце концов, имя тоже не помешает.
— Это мне известно уже давно. Если только, — добавила она, подумав, — волосы у Агасфера не фальшивые, как борода. А теперь я попрошу вас обоих рассказать все, что случилось с тех пор, как мистер Дункан ознакомил меня со своей версией событий вторника…
— Но всем правилам детективного жанра, — заметил Маршалл в машине, — Баньяна уже должны были убрать. Человек, Который Слишком Много Знал.
Но дворецкий, живой и невредимый, встретил их у двери.
— Ну, — сказал лейтенант, когда Конча неохотно удалилась, — вот и я.
Баньян улыбнулся:
— Если джентльмены будут так любезны и зайдут в кабинет, чтобы никто нас не видел, я с огромной радостью назову вам подлинное имя Агасфера.
Глава XIX
Странная компания из пятерых мужчин собралась в четверг вечером на балконе Храма. Мэтт подумал: посещать Храм Света — все равно что ходить в театр или на футбольный матч. Никогда не угадаешь, с кем познакомишься.
Он приехал с Р. Джозефом Харриганом. Подробности итогового секретного плана Баньян приберег исключительно для ушей лейтенанта. Мэтт знал лишь, что вечером предстоит невероятное разоблачение и что Р. Джозефа пригласили в качестве наиболее заинтересованного и морально устойчивого представителя семьи.
Едва они оказались в вестибюле (где Мэтт тщетно высматривал среди привратников ангельское лицо Робина Купера), адвокат воскликнул:
— Артур! Что ты тут делаешь?
Артур неохотно подошел.