Девятимечье
Шрифт:
«Я почувствовал. Когда я проткнул одному из них сердце – я почувствовал, как оно билось в последний раз».
«Ты знаешь, что бы они сделали с тобой и девчонкой, если бы ты не успел их убить?» – Меч решил сменить тактику.
«Догадываюсь», – мрачно ответил Хранитель.
«И не ради того, чтобы выжить. Просто для развлечения. Пойми, даже если их сердца бьются – они все равно нежить. Не потому, что неживые – потому, что бездушные твари. И ты должен убивать их именно так – не испытывая никаких эмоций. Потому что иначе твои же чувства обратятся против тебя и тех, кому ты дорог».
Меч
Гитарист размышлял о том, чту сказал Эстаи. А Черный – о том, что Сущность этого Хранителя – миролюбива. Парень всегда жил, стараясь не навредить окружающим, он даже воевал только потому, что косить от армии счел ниже своего достоинства. И Извращающий Сущности уже знал, к чему он хочет привести Хранителя…
– Через полчаса встанет солнце. – Сигурни отбросила в сторону тяжелую связку хвороста, которую волокла за собой из леса. – Вскоре после рассвета можно будет идти.
– А почему не отправиться сейчас? – поинтересовался Сергаал, отвлекаясь от невеселых мыслей.
– Мне нужно хоть десять минут солнца, чтобы плоть и кости полностью сгорели… – Охотница кивнула на свою ношу. Волчонок присмотрелся – и едва сдержал тошноту.
Связанные за волосы, в траве лежали пять отсеченных голов.
– Зачем тебе эта гадость?
– Как зачем? – искренне удивилась Сигурни. – Солнце испепелит плоть и кости, останутся только зубы – я уже обработала их специальным составом.
– И зачем тебе их зубы?
– Во-первых, количество пар вампирьих клыков говорит о том, насколько силен и удачлив охотник. Их пришивают к одежде, делают ожерелье или браслет и так далее. Во-вторых, это не мне. Это тебе. Я себе взяла клыки того кровососа, которого убила прошлой ночью, а эти – твои.
– Не нужна мне эта дрянь! – возмутился Хранитель, но Меч тут же заткнул его.
«Бери. Тебе нужно будет произвести впечатление на их старейшин, а это проще всего сделать, продемонстрировав большое количество этой, как ты выразился, дряни».
«Ладно, уговорил», – мысленно ответил Сергаал.
Спустя сорок минут Сигурни, все время после восхода возившаяся с останками вампиров, протянула Волчонку десять белых и очень острых клыков. Выругавшись про себя, он принял «трофеи» и сунул их в карман куртки.
– Надо идти…
Он подхватил сумку и зачехленную гитару и направился прямо на запад.
– Вообще-то нам в другую сторону, – напомнила охотница.
– И сколько миль нам придется преодолеть по вампирским угодьям? – саркастически поинтересовался Сергаал.
– А что ты предлагаешь?
– Пойдем по морю вдоль берега. Я надеюсь, ты умеешь плавать?
– Разумеется, у нас все умеют. Вампиры почему-то очень не любят воду и порой удается прятаться от кровососов под ней. Но на чем мы поплывем?
– На лодке.
В голосе Хранителя была такая уверенность, что Сигурни даже не стала спрашивать, откуда эта лодка возьмется. Зато об этом насмешливо поинтересовался Меч.
«Ты же собирался учить меня магии, не так ли? Вот и начинай».
Шли весь день. Солнце палило немилосердно, и Волчонок скинул куртку и рубашку. Сигурни же
– Сергаал, а как мы пойдем через прибрежную полосу?
– А что с ней не так?
– Ты разве не знаешь? Ах, да, ты же мало что здесь знаешь, – вздохнула охотница. – Я тебе говорила, что вампиры почему-то боятся воды?
– Да. И что с того?
– А то, что они сами не рискуют селиться вдоль берегов. Все человеческие города, стоящие на побережье, были уничтожены, когда проклятые кровососы выиграли войну… Все, кроме Глерта и Элерты, разумеется. Но вампиры по-прежнему боятся нападения с воды, хотя непонятно, почему. И для защиты прибрежной полосы от вторжения они расплодили в лесах вдоль моря страшных человекоподобных тварей. Я сама их никогда не видела, но дед рассказывал, что как-то раз трое охотников повстречали одно такое чудовище… Прежде чем издохнуть, оно прикончило двух охотников и серьезно изранило третьего, который впоследствии и рассказал эту историю. Говорят, эти существа способны даже победить в бою один на один взрослого вампира.
– И что, теперь все прибрежные леса кишат этими тварями? А сами вампиры их не опасаются? – поинтересовался Сергаал.
– Нет. За границу леса они никогда не выходят, а кровососы еще и охоту на них иногда устраивают, ради развлечения. Когда надоедают безвольные послушные рабы, вампиры приезжают сюда поохотиться с риском… – В голосе Сигурни явственно звучала тихая и какая-то безнадежная ненависть.
– Как-нибудь пройдем, – уверенно заявил Хранитель.
«Ты и в самом деле так уверен в том, что это хорошая идея?» – раздался в голове голос Черного Меча.
«Уверен. У меня есть план».
– Как скажешь, – Сигурни пожала плечами. Похоже, ее доверие к непонятному черноволосому пришельцу, похожему на ожившую древнюю легенду, возросло неимоверно.
«Эстаи, что это за мутанты?»
«Ты сам ответил. Мутанты и есть. Повелители Некрополя вывели их, скрещивая людей и мелких демонов и закрепляя результат магией. Эти твари невосприимчивы к магии, за исключением Предела, разумеется, и некоторых специфических вампирских трюков, крайне сильны и выносливы, обладают великолепной реакцией, скорость втрое превосходит обычную человеческую. Имеют естественную броню – что-то вроде хитиновых пластинок, неравномерно покрывающих кожу. Разум – в зачаточном состоянии. Говорить не умеют, магией не владеют, кроме некоторых уже лично своих фокусов, например – видеть ауры», – выдал энциклопедическую справку Меч.
«Вот даже как… Они дневные или ночные?»
«В большей степени дневные, как ни странно. Но ночью есть высокий шанс напороться на вампиров, ищущих острых ощущений».
«Это будет значить только то, что они найдут слишком острых для себя ощущений». – Сергаал ухмыльнулся, вспоминая, как лихо разделал тех кровососов, что напали на Сигурни.
«Не стоит быть слишком самоуверенным, друг мой. Ты – пока еще – не всемогущ. Я, конечно, вытащу тебя почти из любой передряги, но не забывай о том, что рано или поздно мне это может и надоесть. Так что, как говорится, не используй Силу – попытайся подумать», – съязвил Эстаи.