Чтение онлайн

– Утром сообщите о моем возвращении по всем стойбищам, – приказал Темный. – Сколько у вас воинов?

– Около пяти тысяч, – ответил вождь. – Но если они уйдут, то некому будет охотиться. Женщины и дети умрут с голоду.

– Не умрут, я переселяюсь в Цитадель, здесь будет много и людей, и аллорнов, и храргов, и схорров. Продукты завезем, голодным никто не останется.

Шаман с вождем обрадованно переглянулись – в этом году не уродил ранс, собрали совсем мало, и зима ожидалась голодной. Затем шаман осторожно спросил:

– Вы сказали "аллорны", Владыка?

– Именно, – криво усмехнулся тот. – В этот раз они принесли мне клятву верности. Странно, но

факт.

Старик ошалело потряс головой – в хрониках говорилось, что нет врагов страшнее, чем аллорны. Тем временем разбуженные воинами женщины принесли из дома вождя угощение. Темный окинул взглядом почти пустое помещение и опустился на стоящую у стены грубо вытесанную скамью. Ему тут же поднесли ковш медовухи, и шаман настороженно замер – если примет, то не затаил гнева. Принял и с удовольствием выпил. Два старых урра облегченно выдохнули. По легендам ведь Повелитель был на редкость гневлив, мог и казнить за кривое слово. Им не слишком нравилось, что привычная жизнь закончилась, но что они могли поделать? Ровным счетом ничего – слишком боялись Великого Темного, чей образ за многие поколения превратился в образ жестокого и сильного божества. А теперь он здесь. Шаману от осознания этого было страшно до онемения. Он с удовольствием бы объявил пришельца самозванцем и приказал убить, если бы своими глазами не видел Серый Меч и не ощутил его давящую силу. Вякни только что-нибудь – сразу на встречу с предками отправишься. А хотелось бы еще пожить немного.

– Делами займемся, как рассветет, – заговорил Темный, отставив в сторону опустевший ковш. – Соберите старших воинов и старейшин, гонцов за ними отправьте немедленно.

– Сделаю, Повелитель! – низко поклонился вождь. – Еще что-нибудь?

– Постелите мне здесь, до утра мне найдется чем заняться, – Владыка покосился на тут же вспыхнувшую как маков цвет Иху. – Да и медовухи пару кувшинов не помешают. Вкусная она у вас!

Вскоре женщины принесли мягкие шкуры и расстелили их на полу, с любопытством косясь на невозмутимого Владыку. Слухи о его приходе уже неслись по главному стойбищу племени, несмотря на ночь. Да и до сна ли, когда тут такое? Чего только не рассказывали друг другу урры… И будто Великий Темный вышел из огня, и рост его огромен, и могуч невыразимо, а уж как жесток! Кое-кто договорился до того, что он по выходу сожрал живьем двух воинов и пять девок. Если бы сам Хранитель услышал хоть кое-что из этого, то смеялся бы до колик, но не услышал – дураков рассказывать не было. Шаман с вождем поспешно разогнали толпу у дома собраний – не хватало только покой Повелителя нарушить! И так неизвестно чего ждать, не стоит его гневить.

Крохотные окошки дома собраний начали розоветь – скоро рассвет. Йаарх покосился на безмятежно сопящую Иху и улыбнулся. Чем его привлекла эта несчастная девочка-урра? Красоты в ней, по человеческим меркам, немного, хотя фигурка – просто чудо. Все выпуклости на нужном месте, так и хочется потрогать. Но чем-то привлекла, да так, что захотелось защитить ее от всего мира, вызвала такую нежность, которую раньше вызывали только Аррин и Мелрия, да изредка Ниеллень, когда вела себя нормально, а не как обезумевшая от похоти кошка. Придется забирать Иху с собой, и пусть будет что будет.

Девушка открыла глаза, мурлыкнула и потянулась. А Йаарх в то же мгновение буквально сошел с ума – от нее повеяло какой-то первобытной, дикой, неудержимой женской силой. Он не выдержал и обнял тут же подавшуюся ему навстречу урру. Только когда все закончилось, и они обессиленно лежали рядом, он снова попытался

проанализировать свое поведение. Непонятно с какой стати эта девочка вызывает у него столь безумное желание. Однако вызывает, ничего с этим не поделаешь, да и делать не хотелось – что в этом плохого? Ровным счетом ничего. Причем только она, другие женщины-урры были неприятны Хранителю – почти все толсты до безобразия, да и воняет от них так, что нос зажать хочется. Иха же, наоборот, пахнет приятно, видно, что очень чистоплотна.

– Хочешь стать одной из моих жен, маленькая? – тихо спросил Йаарх.

– Я?… – распахнулись глаза девушки. – Хочу, наверное… Но…

– Что?

– Я же некрасивая!

– Да кто тебе сказал такую чушь? – рассмеялся он. – Красивая! Вот те женщины, что приносили шкуры, точно некрасивы, как по мне. А ты – чудо как хороша.

– Но среди них же Руха была, она в стойбище самая красивая… – растерянно пролепетала Иха.

– Это которая самая толстая, что ли?

– Да. Чем толще женщина, тем красивее!

– Ой, держите меня, щас помру! – от души расхохотался Хранитель. – У вас в племени, может, и так. А для меня – нет. Для меня ты самая красивая. Других моих жен увидишь, сама поймешь какие женщины мне нравятся. Так согласна?

– Ага… – смутилась девушка и доверчиво прижалась к нему. – Спасибо! А я в тебя еще и не верила…

– Я – не бог! Про это ваш шаман забыл. Надо же, жертвы мне приносили! Вот же пакость-то!

Он брезгливо поморщился. Иха откровенно удивилась его словам. Она, конечно, радовалась, что ее не зажарили заживо, но полагала, что жертвы нужны, чтобы Владыка смилостивился над своим народом. Однако он сам говорит, что не нужны… Поди пойми тут что-нибудь. Но лучше верить его словам, а не шаману.

– Пора вставать, – Йаарх одним скользящим движением поднялся на ноги. – Где бы здесь умыться, а еще лучше помыться?

– В ручье… – растерянно ответила Иха, не помнила, чтобы кто-то из мужчин мылся.

– Кстати, другие женщины еще и воняют, – он щелкнул девушку по носу. – Не то, что ты!

– Наши мужчины говорили, что от меня женщиной не пахнет… – пригорюнилась она. – Из-за того, что купаюсь все время… Но если я не помоюсь, то жить не могу! Самой себе противна.

– Вот и отлично! Женщина должна быть чистой, по моему разумению. И не обращай ни на кого внимания, делай, как тебе самой хочется.

Йаарх быстро натянул на себя доспех и пошел к выходу. Иха поспешила за ним, на ходу впрыгивая в штаны.

– А чего дальше? – спросила она, догнав.

– Подчиню себе Цитадель и перенесу сюда свой двор – тут Башня точно никого не достанет в случае беды. А ты, если захочешь, найди себе, чем заняться. Ох, проклятье!

– Что? – всполошилась девушка.

– Это же мне гарем свой сюда тащить придется, а девки жизни не дадут, уж больно их много… – вздохнул Йаарх. – Каждый народ прислал мне кучу жен и наложниц. Ума не приложу, что с ними всеми делать. По мне бы, так остались бы Аррин, Ниеллень, Мелрия и ты. И хватит!

– У великого Повелителя должно быть много женщин! – не согласилась Иха.

– Во-во, все так говорят, – мрачно буркнул Хранитель. – Только меня никто не спросил, хочу ли я этого. А деваться некуда, тем же храргианкам придется уделять время, чтобы матери кланов не обиделись. Ладно, малышка, идем.

– Если Повелитель хочет, я скажу всем этим женщинам, чтобы не смели приставать, – неожиданно заявила урра.

– Ну, попробуй… – недоверчиво хмыкнул он. – Держись возле меня, только в Цитадель идти не смей, погибнешь. Пока туда никому, кроме меня, нельзя.