Девять жизней
Шрифт:
Я стояла в специально выделенной мне комнате и глядела на бордовое платье, которое меня настоятельно попросили надеть к ужину. По материалу что-то среднее между бархатом и шелком. Не пойму, что именно. Больше всего мне нравился корсет. Никогда еще мне не доводилось носить подобное и такие вещи я, опять же, видела только в фильмах про старину и средние века.
Сама комната особенно светлой, в отличие от других комнат, не была. Это я попросила что-нибудь более темное. Именно в темноте можно нормально думать. Не на свету, а именно в темноте. Двуспальная кровать, высокий, будто бы надутый, платяной
Дверь тихо отворилась. Я вздрогнула и повернула голову.
– Привет, - осторожно произнесла миниатюрная рыжеволосая девушка и прошмыгнула в комнату. Я узнала ее сразу. Это была та самая Рыжая из переулка.
– Меня зовут Юли. Юли Рыжая, - улыбалась она и смотрела на меня, будто бы я какая-нибудь там инопланетянка или по крайней мере обладательница трех голов. Хотя нет. Четырех.
– А ты...Эрика?
– Она точно знала, что я это я, но все равно решила уточнить.
Я кивнула.
– Это платье дала тебе Камелия, не так ли?
– остановила она взгляд на бордовом наряде.
Я снова кивнула.
– Она выглядела в нем просто превосходно. Ее самое первое платье с тех пор как она появилась здесь и выпила оленью сыворотку, - уточнила лиса.
– Знаешь, она ведь всегда была такой неуклюжей балаболкой. Сколько уже лет прошло...тридцать?..
Окинула ее быстрым взглядом.
– Тридцать?
– О...ты о моей внешности?
– смущенно проворковала девушка и затеребила в руках прядь своих пламенных волос.
– Мне сто девять. Мы, лисы, живем подольше вашего. А если ты о пятидесятилетней Камелии, то внешность лани с годами неизменна. Они всегда прекрасны.
– Они бессмертны?
– удивленно спросила я. Все-таки оборотни оборотнями, но не вампиры же они.
– Нет, - улыбнулась Юли.
– Живут они так же, как и все остальные, просто кажутся вечно молодыми.
Я вздохнула. Пробыла среди этих необычных созданий всего день, а вопросов уже на год хватит. Но лиса показалась мне достаточно разговорчивой. Если Камелию заботит только лишь судьба ее драгоценного сына, то Юли, похоже, не заботит вообще ничего.
Присела на краешек кровати. Рыжая поставила руки в боки и принялась переводить взгляд с меня на платье, с платья на меня и снова обратно.
– А что ты делаешь...здесь?
– осмелилась спросить я.
– «Здесь» - в твоей комнате? Меня попросили...
– Нет-нет. «Здесь» - в этом особняке. Ты же принадлежишь не к этому клану.
– О...меня выгнали из моего клана, - предельно честно ответила Юли.
– Я...немного не следовала установленным законам. Да и скучно там было. Ты одевайся, одевайся, - поспешно добавила она, попятившись к двери и смешно замахав руками.
Буквально секунда, и она юркнула за эту самую дверь. Затем появилась снова со своей фирменной улыбочкой Чеширского кота, шепнула «Даю тебе пять минут» и закрыла дверь.
Громоздкое с виду, платье оказалось на удивление легким. Тяжело было только с корсетом, но с ним все-таки сумела справиться подоспевшая, ровно через пять минут, Юли. Она усадила меня на обитый величественными тканями пуфик перед зеркалом и задумалась.
–
– Думаю, надо убрать все это как-нибудь аккуратненько. Ты их хоть когда-нибудь расчесываешь?
– Конечно, - смутилась я.
– Только они путаются каждую минуту, а ходить с расческой по городу я не буду.
– А красишься? Хотя бы глаза. Глаза красишь?
– Э...
– Ну, что смогу, то сделаю.
И она, действительно, смогла сделать многое. Каким-то чудным образом собрала все это безобразие на моей голове в слегка неаккуратный, но стильный, пучок на макушке, довольно долго провозилась с лицом, придавая ему более-менее подобающий светский вид, отыскала в шкафчике какой-то гранатовый кулон, а туфли...я и мечтать о таких милых черных замшевых туфлях никогда не могла. Только пошарпанные расклеенные кроссовки вспоминаются.
И вот перед зеркалом стою...я. Не та я, которая была прежде, а я. Новая я. Какая-то странная и абсолютно не умеющая держаться на каблуках прямо, но зато гордо смотрящая на все и понимающая, что пришло время новой жизни и...вот она - эта новая жизнь. Кто бы мог подумать? Кто бы мог подумать, что я?..
– Нам уже давно пора, - отвлекла меня, ушедшую далеко и надолго в свои мысли, Юли.
Мы вышли из комнаты. Точнее, вышла она, а я, на каблуках, медленно выползла. Сейчас в коридорах не было ни души, как и утром. Значит, все уже собрались в столовой. Я попыталась ускорить шаг, но в туфлях сделать это было так же сложно, как в резиновых шлепанцах пробежаться по тлеющим углям. Юли шла спокойно и непринужденно. Ее густые ярко-рыжие по щиколотку волосы красиво колыхались в такт шагам.
Спустились по большой лестнице, но не по той, по которой с утра спускались с Накао к заднему двору. Эта лестница вела в просторный зал с расписными колоннами. Возможно, когда-то в нем проводились балы. Юли повела меня в сторону, в еще один коридор, но здесь уже не было привычного ковра цвета моего платья. Здесь был камень очень напоминающий мрамор. Хотя...может, это и есть мрамор. Потолок просто неописуемый. Высокий с красивыми орнаментами...но основная изюминка крылась не в нем, а в огромном окне, тень которого лежала на полу и стене. Мы прошли мимо, я заглянула в него, но увидела только черноту и свое затемненное отражение. Юли остановилась перед резными дверями, я остановилась тоже.
– Ну, пошли, - выдохнула она и дернула за ручку.
Двери отворились. После ослепительно-ярких частей особняка, тусклый свет камина, стоящего в конце столовой и свечей, очень симметрично расставленных на длинном столе, у меня в глазах замельтешили разноцветные огоньки. Но я тут же жадно принялась впитывать глазами все, что видела перед собой. Стол покрыт желтовато-белой скатертью, а еды на этом столе...ух, сколько же на нем еды!
Вдоль стола сидели все жители особняка, около двух-трех десятков, взирая на меня. Каждый по-разному. Кто-то с интересом, кто-то с недовольством, а в чьих-то глазах вообще читалась скука. Во главе стола, по-видимому, сидел тот самый...ну, глава клана...ну, забыла, как зовут. Попыталась найти Накао, вглядывалась в каждое лицо...