Чтение онлайн

— Я жду объяснений! — нетерпеливо бросила брюнетка.

Полник с надеждой уставился на меня.

— Не считаете ли вы, лейтенант, что дневной свет ее запугал?

— Ах, помолчи! — проворчал я. — Мне… И тут пришла моя очередь переполошиться, потому что я услышал, что у меня за спиной плотно закрылась дверь, и я вспомнил о шагах в коридоре.

— С добрым утром, Вики!

Громкий баритон заполнил все помещение.

— Папа! — Напряженное выражение сразу же исчезло с лица девушки, в глазах теперь читалось неприкрытое обожание. — Я подумала, что мне снится какой-то кошмар.

Я медленно повернулся и взглянул

на вновь прибывшего. Высокий худощавый человек лет пятидесяти с точно таким же властным выражением лица, как у девушки. Лицо его было весьма примечательно, я бы назвал его даже злой, но умной карикатурой на человеческую физиономию. Поросль жестких седых волос окружала высокий лоб, а черные кустистые брови по-сатанински изогнулись над длинным прямым носом. Глаза под тяжелыми веками, казалось, впитали в себя бесконечное понимание зла, которое уже давно переросло терпимость и ныне взирало на окружающий мир с циничным безразличием. Кожа, плотно обтягивающая череп, была покрыта сплошной сеткой морщин, глядя на нее, я почувствовал уверенность, что она на сотню лет старше самого господина.

Неожиданно он пробасил, обращаясь ко мне:

— Очевидно, сэр, вы не владелец этого тошнотворного заведения? Ни одному профессиональному кладбищенскому вору не придет в голову мысль ходить в шляпе в стенах собственной мертвецкой?

Он мельком посмотрел на Полника и презрительно фыркнул.

— Этого типа моментально выдает сочетание наклонного лба, маленьких глазок и огромных ног. Слабоумный страж закона. Но вы, сэр? Сотню лет назад я бы определил вас как похитителя трупов, но сейчас? Охотитесь за талантами для приятеля, который подпольно снимает непристойные кинофильмы?

Его темные глаза несколько секунд насмешливо взирали на меня.

— Нет? Тогда дайте подумать. Почему мужчина ранним утром забирается в частную мертвецкую? Ага, я понял. Вы, сэр, человек, болезненное любопытство которого удовлетворяется созерцанием эротических сцен.

— Эй! — Полник буквально закипел от возмущения. — Лейтенант никогда не ходит по задним дворам и никаких болезней у него нет! Вы не имеете права разговаривать с ним таким тоном, так что заткнитесь. Ясно?

— Лейтенант полиции? — Он закатился сатанинским смехом. — Понимаю, он заблудился в слишком высоких сферах.

Раздавшийся снизу слабый стон заставил его опустить глаза как раз в тот момент, когда ресницы Бреннера драматически затрепетали.

— Это, должно быть, сам кладбищенский вор. Его зычный баритон отразился от четырех стен, на что болезненно отреагировали мои барабанные перепонки.

— Полагаю, что вид трупа, активно восставшего против его дешевых предметов торговли, был не по силенкам этому маленькому человечку?

— Если желаете, можете продолжать свою болтовню, — холодно произнес я, — но в конце концов вам придется объяснить, что именно здесь делала сия особа, чего ради она устроилась спать в одном из новых гробов мистера Бреннера.

— Я вынужден согласиться с вашей логикой, лейтенант, — вежливо заговорил папаша «трупа». — Я — Макс Ландау. Легкомысленно одета молодая особа, которую вы столь внимательно изучаете, уверен, чисто профессиональным взглядом, лейтенант, моя дочь Вики.

— Не надо скромничать, папа! — нетерпеливо вмешалась брюнетка. — Доктор Макс Ландау из Научно-исследовательского фонда Ландау и…

— Это не относится

к делу! — прервал ее Ландау. — Откровенно признаться, лейтенант, это случилось в результате довольно глупой шутки, которая дала осечку. Видите ли…

— Вы хотите сказать, — донесся с пола голосок Бреннера, — что она вовсе не умирала?

— Дорогой сэр, приношу глубочайшие извинения! Ландау опустил костлявую руку на шею владельца похоронного бюро и без видимых усилий поднял его с пола и поставил на ноги, словно вытаскивая пробку из бутылки.

— Если бы вы с самого начала не запаниковали, — заговорил я, сердито уставившись на Бреннера, — и соизволили бы проверить, дышит ли труп, бы до сих пор мог наслаждаться мирным отдыхом.

— Во всем виноват я один! — Ландау расплылся в улыбке, глядя на перепуганное лицо человечка и ласково поглаживая его по голове. — Я должен извиниться за свою опрометчивость, за глупую шутку, котора вызвала у вас этот эмоциональный стресс! Скажем так: сотня долларов и мои искренние извинения?

— Ну… — Алчный огонек зажегся в глубоко запавших глазах Бреннера. — Полагаю, на самом деле никакого серьезного вреда не было нанесено, не так ли?

— «Глупая шутка», которая дала осечку, — повторил я слова Ландау, не пытаясь скрыть недоверие. — Какого же рода сумасброд вы, доктор?

— Послушайте! — нервно закричала Вики Ландау. — Не смейте говорить таким тоном с моим отцом! Я хочу, чтобы вы знали, что он один из величайших…

— Достаточно, моя дорогая! — произнес Ландау, на этот раз в его голосе ясно звучали стальные ноты. — Впечатление лейтенанта вполне оправдано, ты ничего не исправишь, пытаясь говорить ему о моих научных достижениях. В данный момент я показал себя не только полным идиотом, но даже сам себя таковым чувствую!

Он повернулся ко мне с любезной улыбкой на губах, а его темные глаза смотрели горестно и просительно. Неожиданно я почувствовал, что улыбаюсь в ответ, и сообразил, насколько обаятельным он может казаться при желании.

— Мы довольно эксцентричное семейство, лейтенант, — вкрадчиво продолжал он. — Наша слабость — различные розыгрыши и шутки. Моя дочь любит поспать, я часто уверял, что ее и пушкой не разбудишь, ее это обижало. А вчера она заявила, что проснется от малейшего шума в ее комнате. Я настаивал на том, что смогу ей доказать обратное. И она поспорила со мной.

— Папа?.. — Девушка оторопело уставилась на него широко раскрытыми глазами. — Ты уверен, что ты…

— Пожалуйста, Вики! — Он поднял руку, требуя тишины. — Это мо история, мне ее и рассказывать. Я задумался над словами Вики и решил, что грех устоять против подобного искушения. После того, как она легла спать, я обождал часок, пока она не заснула крепко, затем с помощью одной из моих коллег Кэй Аллен перетащил Вики вниз и погрузил в машину. Потом мы зашли в первое попавшееся частное похоронное бюро, где гроб показался нам идеально подходящим для нашей затеи. — Он пожал плечами. — Поэтому мы уложили в него Вики, убедились, что крышка сдвинута с одного края, так что воздуха предостаточно, после чего удалились. Я вернулс около восьми, как вы знаете, намереваясь разбудить Вики, чтобы она могла лично убедиться в моей правоте. К сожалению, мой добрый приятель, — тут он поощрительно хлопнул Бреннера по спине, — решил явиться сюда спозаранку, именно это и вызвало все неприятности.