Чтение онлайн

Она читала его глаза во тьме, и он отпрянул, помешав ей. На миг его лицо было как у

человека, там был ответ, в его глазах, просто она не понимала.

«Скажи», – но он не стал. Он склонил голову, словно слушал.

– Уходи, Вася. Уезжай. Я помогу тебе сбежать.

Она могла забрать Соловья. Уехать. С ним. Во тьму и свет луны, и это скрывалось в

его глазах. Но…

– Но мои брат и сестра. Я не могу их бросить.

– Ты не… – начал он.

Тяжелые

шаги в коридоре заставили Васю обернуться. Дверь в тот миг открылась.

Ольга выглядела утомленнее, чем утром: бледная, ковыляющая от веса ребенка в ней.

Варвара хмуро смотрела из–за ее плеча.

– Касьян Лютович пришел к тебе, – сухо сказала Ольга. – Ты его выслушаешь, сестра.

Две женщины прошли в комнату Васи, свет озарил все углы, и демон холода пропал.

* * *

Варвара сделала примятую косу Васи гладкой, опустила на ее голову расшитый

кокошник, и ледяные серебряные кольца обрамляли ее лицо. Васю отвели по холодной

лестнице. Они спустились на этаж, и Вася повала в новую комнату, за которой оказалась

гостиная, где пахло сладким маслом.

На пороге Ольга сказала, кланяясь:

– Моя сестра, господин, – и отошла, пропуская Васю.

Касьян был чистым и нарядным для праздника, в белом и светло–золотом. Его

волосы пылали и завивались у расшитого воротника.

Он мрачно сказал:

– Я прошу оставить нас, Ольга Петровна. То, что я должен сказать Василисе

Петровне, лучше говорить одному.

Это было, конечно, невозможно. Васю не должны были оставлять наедине с

мужчиной, что не был ее суженым, ведь она снова была девушкой. Но Ольга кивнула и

оставила их.

Дверь тихо закрылась.

– Рад встрече, – тихо сказал Касьян с тенью улыбки, – Василиса Петровна.

Она осторожно поклонилась, как сделал бы мальчик.

– Касьян Лютович, – холодно сказала она. Чародей. Слово билось в голове. Такое

странное, но все же… – Это вы послали за мной людей в Чудово?

Он отчасти улыбнулся.

– Удивлен, что ты не поняла раньше. Я убил четверых за то, что они тебя не поймали.

Он разглядывал ее тело. Вася скрестила руки. Она была одета с головы до пят, но

никогда еще не ощущала себя такой обнаженной. В купальне с нее, похоже, смыли

наглость и амбиции. Она должна была теперь смотреть, ждать и давать действовать

другим. Она была обнажена от бессилия.

«Нет. Нет. Я такая же, как вчера».

Но было сложно поверить. В его глаза была изумленная и крепкая уверенность.

– Не, – выдавала Вася, – подходите ко мне.

Он пожал плечами.

– Я могу делать, как хочу, – ответил он. – Ты оставила всю

добродетель, явившись в

кремль мальчиком. Даже твоя сестра мне не помешает. Твои обломки в моей ладони.

Она молчала. Он улыбнулся.

– Но хватит об этом, – добавил он. – Зачем нам быть врагами? – его тон стал мягким.

– Я спас тебя ото лжи, теперь ты можешь быть собой, одеваться, как подобает девушке…

Она изогнула губы. Он изящно пожал плечами.

– Вы, как и я, знаете, что меня ждет монастырь, – сказала Вася. Она убрала руки за

спину, прижалась к двери, и дерево впивалось занозами в ее ладони. – Если меня не

запрут в клетке и не сожгут как ведьму. Зачем вы здесь?

Он провел рукой по ярким волосам.

– Мне жаль, что так вышло сегодня, – сказал он.

– Вам нравилось, – возразила Вася, желая, чтобы ее голос не был таким слабым от

воспоминания об унижении.

Он улыбнулся и указал на печь.

– Может, присядешь, Вася?

Она не двигалась.

Он издал смешок и сел на резную скамейку у огня. Рядом с двумя кубками стоял

графин с вином, украшенный янтарем, он налил себе и выпил светлую жидкость.

– Да, мне понравилось, – признался он. – Играть с нашим вспыльчивым князем.

Смотреть, как сжимается твой праведный брат, – он посмотрел на нее, застывшую от

отвращения, у двери, и добавил серьезнее. – И ты. Никто не заберет твоей красоты,

Василиса Петровна, но никто и не захочет. Ты мило со мной боролась. И очаровательна в

наряде мальчика. Я с трудом дождался. Я всегда знал, что бы я ни говорил великому

князю. И все эти ночи в пути. Я знал.

Его взгляд стал нежным, его тон звал ее смягчиться, но в глазах блестел смех, словно

он насмехался над своими словами.

Вася вспомнила ледяной поцелуй воздуха на коже, оскалы бояр, и ей стало не по

себе.

– Подойди, – сказал он. – А тебе не понравилось, дикая кошка? Взгляды всей

Москвы на тебе?

Ее желудок сжался.

– Чего вы хотите?

Он налил еще вина и посмотрел ей в глаза.

– Спасти тебя.

– Что?

Он посмотрел с тяжелыми веками на огонь.

– Думаю, ты хорошо меня поняла, – сказал он. – Ты сама сказала, тебя ждет

монастырь или суд ведьмы. Я встретился недавно со священником – о, святой человек,

красивый и набожный – который хочет рассказать князю о твоих злодеяниях. И если тебя

осудят, – продолжал он, веселясь, – какова цена жизни твоего брата? Свободы твоей

сестры? Дмитрий Иванович – посмешище Москвы. Князья, над которыми смеются, долго