Чтение онлайн

– Передо мной можете не притворяться. Я вас видела.

– В смысле? – удивился я.

– Я видела, как вы целовались в парке, когда Игорь тебя встречал. Вы думали, что вас никто не видит тогда. Я потому и хочу поговорить отдельно.

Мы с Алисой переглянулись.

– Староста группы, – с каплей обречённости сказала Алиса. – Обо всех заботишься.

– Да, – неожиданно твёрдо ответила Оля. – И как староста, и как подруга я обязана проследить, чтобы у тебя не было проблем, если вы решите поехать. Я же вижу, как за тобой парни бегают. Причём ладно бы только наши. И я отлично понимаю,

с чего ты строишь из себя недотрогу, которая «только дружить». Если эти балбесы узнают, что у тебя парень есть…

Алиса вопросительно посмотрела на меня. Я кивнул, мол, если считаешь нужным – Оле можно сказать, она человек неболтливый, мы уже убедились. Вдобавок стала такой же хорошей подругой, как и Яна.

– Жених, – с еле слышным вздохом сказала Алиса. – Есть причины, почему официально я замуж выйду уже летом после сессии. И не в Москве, а мы ко мне домой уедем. Но и ты права, достали они меня, – сейчас тяжкий вздох в голосе Алисы был куда заметнее.

Закрываться до конца она пока не умела, особенно когда хорошее настроение. С помощью макияжа и прочего строить серую мышку уже поздно, все сокурсники ещё в сентябре видели её в «натуральном виде».

– Я что-то такое и думала. И понимаю, с чего вы скрываетесь. Пока ты замуж не вышла, эти бараны только услышат про жениха – слюной изойдут, но постараются тебя у Игоря отбить. Да и Марик…

– Этот-то тут при чём? – не выдержал я и поставил чашку на стол. – Алиса же говорила, у него девушка появилась постоянная? И вроде всё утряслось.

– Фекла, – согласилась Оля. – Не знаю уж, чего она в этом придурке нашла. С начала года за ним ходила и добилась.

– Спит она с ним, – поморщилась Алиса. – Вот на этом его, думаю, и поймала. Одновременно этот придурок ей изменяет, знаю минимум один раз за эти три недели.

– Ты-то откуда знаешь? – удивилась Оля.

– Знаю и всё. И какая разница, откуда? У этого придурка откуда-то деньги появились. Думаю, Фекла с ним по любви, а остальных он покупает.

– И при этом смотрит на тебя, – негромко сказала Оля. – Я это вижу. У брата, когда он перед армией по одной дуре сох, точно такой же взгляд был, я хорошо запомнила. Потому я и хотела вас обоих спросить. Вы уверены, что с поездкой проблем не будет?

– Стоп, – вмешался в разговор я. – Какая поездка? Вы о чём?

– Мы это как раз сегодня с группой обсуждали, – Алиса виновато отвела взгляд чуть в сторону. – Есть идея снять за городом пару домиков, и всем отметить там Новый Год. Кто не один, тот парами. Это сегодня обсуждали. Я сказала предварительно согласна, но сначала надо обсудить дома с тобой. Хотела вечером рассказать идею и спросить, хочешь ты поехать или нет. А уже завтра обещала ответить, поедем мы с тобой или нет.

– Ну… почему бы и нет? Идея и в самом деле интересная. Вот будем считать, прямо здесь и обсудили. Я – за. И права Оля, хватит прятаться. Лучше и в самом деле сказать, что место занято, – я усмехнулся, – чем дожидаться нового папарацци и сплетен. Зато больше не отвертишься.

После чего нахально пересадил Алису к себе на колени.

– Знаешь, – негромко сказала мне на ухо Алиса, – ты последнее время стал себя вести как школьник. Который дорвался.

–

С кем поведёшься… – также негромко ответил я.

– Можете не шептаться, у меня отличный слух, – ехидно прокомментировала Оля. – Вот уж точно – два сапога пара. Стоите друг друга.

Время до Нового Года пролетело незаметно… и безрезультатно. Вампир был в городе, и одновременно его словно не было. Так что я даже обрадовался, что меня уговорили встречать праздник за городом. Сменить обстановку и уехать подальше от проблем, а иначе не выйдет отдохнуть и развеяться.

Поехать решили на машине. Я не сторонник нарушения закона, во многом, наверное, потому что из-за наших с Алисой особенностей не получается всегда его соблюдать. Отношусь я к таким вещам как к вынужденному злу, не выделяя первое из этих двух слов как оправдание. Будь у нас больше времени, я бы всё-таки постарался легально пройти автошколу и сдать экзамен. Но сейчас в связи с ловлей вампира я раз за разом ощущал, как неудобно без «колёс». Демонстрировать же одну из запасных личностей, которые имеют права, перед Мансуром Ахматовичем я не хотел. Он и так узнал о нас с Алисой больше, чем желательно. После Нового Года реализую идею с машиной, а пока можно пользоваться и каршерингом. Заодно сегодня то, что я за рулём и «недавно получил права» станет хорошим поводом отказаться, если меня на празднике попробуют напоить.

База отдыха, которую выбрали студенты, находилась глубоко в лесу. Домики разбросаны по большой площади и достаточно далеко друг от друга, чтобы создать ощущение уединённости, но при желании заглянуть к соседям в гости. Подъездная дорожка извивалась целую вечность, только тусклый свет фар, который отражается от гравия и выхватывает уснувшие ветви деревьев, склонившиеся от снега к земле, да крошечные бриллиантики снежинок, искрившиеся в свете машины. Лес смыкался всё теснее и теснее, пока ветки стали чуть ли не мазать по дверцам машины.

– Напоминает начало фильма ужасов, – прошептала Алиса. – Ты уверен, что мы едем правильно? Как бы автомобиль не поцарапало.

– Ещё немного, если верить навигатору, – заверил я.

Хотя всё сильнее подозревал, что мы и в самом деле повернули не на ту дорогу. Но вот когда показалось, будто нас вот-вот с концами засосёт в темноту, лес резко закончился и обнаружилась большая лужайка, посередине которой стоял дом. Весь в снегу и от этого белый и словно сделанный из сахарной глазури.

До Нового Года ещё часа три, но мы приехали одни из последних. Машину пришлось ставить на самом краю куска лужайки, отведённом под парковку. Парадная дверь оказалась заперта, пришлось обойти кругом, где за задней дверью начинался узкий коридор, обшитый деревянными панелями. В доме пахло салатами, вишнёвым табаком, ещё чем-то, из колонок в глубине здания ревела незнакомая мне музыка, то ли рок, то ли ещё что-то. Вообще, здесь оказалось множество комнат, каждая набита задрапированными тканями, большими подушками, диванами и конечно же людьми. Всё мягкое и приглушённое – цвета, поверхности, лица, – всё, кроме музыки, которая пульсировала сквозь стены и заставляла вибрировать пол. Казалось, заявился весь университет, но на самом деле в доме максимум человек пятьдесят.