Чтение онлайн

Она цокнула языком.

— Я бесполезна, — сказала она. — Бесполезная старуха. Я ничем не могу помочь.

— Есть еще одно, — сказала я. — Прошлой ночью на меня напали коты-скелеты, нежить. Думаю, их оживил и управлял кто-то, использующий Гон Тау.

— «Гон Тау» не имеет смысла, Ли-лин. Ты-то должна знать.

— Я знаю, что это общее выражение, миссис Вэй…

— Разные ритуалы практикуют от юга до востока Китая, — сказала она. — Не пойми меня превратно, в тех регионах есть люди, практикующую магию,

но все они разные.

— Понимаю, миссис Вэй. Но я думаю, что кто-то использовал проклятие из тех регионов, чтобы оживить кости, что попытались убить меня ночью.

— Ты принесла те кости?

Я кивнула. Кости перестали содрогаться, когда утром взошло солнце. Я вытащила их по одной из сумки и разложила на столе маджонга, словно фишки в жуткой игре.

Ее лицо переменилось.

— Ли-лин, это какая-то шутка?

— Миссис Вэй?

— Ты издеваешься? Шутишь над необразованной женщиной из племени? Потому что даже я вижу, что это не магия.

— Можете объяснить?

— Все, как я сказала, Ли-лин. Посмотри на эти символы. Это бред. Они даже не сочетаются.

— И мне так показалось, миссис Вэй, но я не поняла, что это значит.

— Это фальшивые заклинания, Ли-лин. Термин, что ты используешь, «Гон Тау», относится ко всей магии, которую вы, китайцы Хана, считаете варварской. Но чары бывают из разных мест, они развиваются во времени и носят след создателя, символы, узоры, нечто уникальное. Но не это. Это… просто бред.

Я молчала.

— Так дитя китайцев Хана представило бы «Гон Тау». Страшные видения, жуткие истории и бессмысленные символы.

— О чем вы говорите?

— Ты видела снег, Ли-лин?

— Да, миссис Вэй. Очень давно.

— Предположим, ты захочешь описать снег тем, кто его не видел. Ты можешь назвать его замерзшим дождем, а они представят град, а не снег, если они видели лед. Они представят капли льда, а не снег. Снег так описывается, но в реальности это другое. И мания такая, Ли-лин. Есть традиции, их описания, но описания и близко не стоят с ритуалами. Тот, кто рисовал эти символы, основывался на описаниях. Они не видели ритуалы племен. Кто-то пытался подражать описанию Гон Тау от китайцев-ханей, но не знал традиции.

— Зачем кому-то делать это, миссис Вэй? И как эти заклинания смогли оживить кости?

Она долго думала.

— Думаю, — сказала она, — кто-то столкнулся с невероятно сильным существом. Допустим, этот человек хочет силы для удачи или мести. Он попросил бы богоподобное существо о помощи.

— О каком существе вы говорите, миссис Вэй?

— Ты знаешь, как звери и предметы накапливают силы, пока стареют, — сказала она.

Я кивнула. Маоэр, дух-кот с двумя хвостами, был возрастом от пятидесяти до сотни лет, и я знала тигра в облике человека, которому было больше двух сотен лет, и у него было три хвоста.

— У

тысячелетнего лиса становится девять хвостов и появляется сила больше, чем у обычного божества, — сказала она. — Тысячелетняя змея, дерево, которому десять тысяч лет… Тот, кто хочет быть волшебником, заключает контракт с таким существом, но не может с ним общаться. Может, они говорят на разном языке. Может, оно лишь недавно обрело сознание. Допустим, — сказала она, — что-то древнее недавно проснулось, обнаружило у себя разум и силы, а этот человек хочет служить ему в обмен на удачу или проклятия.

— Ясно, — сказала я. — Если этот человек не может общаться с существом, но посчитал его демоническим, он мог подумать, что с ним можно общаться через Гон Тау.

— Но, не зная ритуалов, он слепил глупую мешанину того, что вообразил проклятиями темнокожих людей из джунглей, — сказала она. — А если это существо понимает его мысли и делает то, что он просит…

— Он может подумать, что проклятия действуют, когда на самом деле это сильное существо просто слушается его намерений и исполняет его желание с фальшивыми заклинаниями. Что еще он может сделать, миссис Вэй?

— О чем ты, Ли-лин?

— Если кто-то верит, что исполняет ритуалы Гон Тау, когда на самом деле он просто использует фантазии испуганных чужаков, то какие еще фальшивые верования он изобразит?

— Ты спрашиваешь, какие еще чары приписывают хани людям из Юго-Восточной Азии? Ли-лин, ты сама хань, так что знаешь лучше меня.

— Миссис Вэй, — сказала я. — Думаю, каждый раз, когда слышите, как кто-то из нас рассказывает о Гон Тау, вы злитесь из-за ошибок, но все равно слушаете.

Она фыркнула, а потом посерьезнела и глубоко вдохнула.

— Ужасные вещи, — сказала она. — Есть ритуалы, которые никто ни в одном племени не практиковал, но хани верят, что такое есть. Например, говорят, что мужчина, который хочет овладеть Гон Тау, должен убить ближайшего родственника-мужчину и… — она замолкла.

— Прошу, продолжайте, миссис Вэй.

— И съесть его, Ли-лин, — она задумалась, что сказать дальше. — Но это выдумки, Ли-лин. Истории, чтобы запугать друг друга.

— Что еще случается в таких историях?

Она покачала головой.

— Нож, которым он разрезал члена семьи, получает особые силы. И он сможет им отрезать свои своего тела в жертве богам, которым он якобы служит.

— Не понимаю, как можно калечить себя ради силы, — сказала я.

— Не понимаешь, Ли-лин? Твой отец так сделал.

— Миссис Вэй?

— Его глаз, дитя.

Я подавилась.

— Он сделал это ради меня.

— Но это не отличается. У всех нас есть цели, ради которых мы готовы жертвовать. Твой отец был готов отдать глаз, чтобы спасти тебя. Кто знает, что сделают люди ради того, что хотят больше всего.