Девочки.Дневник матери
Шрифт:
12 декабря 49.
Непонятные слова Саша всеми способами старается сделать для себя осмысленными. «Георгиевский крест» она называет «Героевским». Услышав про политэкономию, сказала: «Ипполитэкономия».
23 декабря 49.
Саша:
— Если бы у меня была волшебная палочка, я прежде всего сделала бы так, чтоб ожил Владимир Ильич. Потом, чтоб был жив Галин папа. Потом, чтоб ожили все великие, хорошие люди прошлых веков. А потом
Она же:
— Мама, почему такие маленькие незаметные буквы, как «а», «и», называются таким большим словом СОЮЗ?
26 января 50.
Сегодняшний день должен быть отмечен особо — вернувшись вечером домой, я нашла на столе такую записку: «Прочла Шекспира “Ромео и Джульетта”. “Король Лир” больше понравился, плакала. Нет ли еще чего-нибудь вроде этого? Галя».
30 января 50.
Саша:
— Мама, знаешь, я боюсь, что я такая же чеславная, как Андрей Морозов [Тщеславный, себялюбивый мальчик из книги Ф. А. «Мой класс». — А. Р.] из твоей книжки. Мне это очень неприятно.
— А почему ты так думаешь?
Саша:
— Я не огорчаюсь, когда у других двойки. Я, конечно, не радуюсь этому, но и не огорчаюсь.
Александра Ильинична болеет, и ее замещает молодая учительница Татьяна Михайловна. Саша любит ее:
— Знаешь, какая она хорошая? Умная, справедливая, добрая.
— И красивая? — спрашиваю я.
Саша отвечает, подумав:
— Возле тебя, конечно, нет. Но вообще — красивая.
Я была ошеломлена таким ответом.
Саша:
— У нас сегодня в классе все девочки кричали: моя мама лучше всех! И так и не решили, чья мама лучше.
— А про папу не кричали?
— Нет, про папу ведь ничего не говорится в «Родной речи». А про маму есть очень хороший рассказ, вот послушай: на улице в толпе заблудилась маленькая девочка. Бегает, кричит, ищет свою мать. Народ спрашивает у нее: «Какая же твоя мама?» А девочка сквозь слезы говорит: «Разве вы не знаете? Моя мама та, что лучше всех».
Света Копейкина оказалась подлюгой. На уроке она подняла руку и сказала учительнице:
— Татьяна Михайловна! А Саша Раскина ест конфету!
Учительница велела Саше в наказание встать и стоять до конца урока. Саша стояла, а Света Копейкина смеялась и злорадствовала.
Саша рассказывала об этом очень удрученно. И с удивлением.
Когда тетя Аня хворает (это случается редко), мы готовим на обед сосиски. И Галя, и Саша очень их любят. Любят тем больше, чем реже их едят. И вот Галя говорит:
— При коммунизме можно будет есть сколько угодно сосисок.
Саша не согласилась:
— Разве коммунизм в этом заключается? Это уже не коммунизм, а едунизм!
Саша
— Эта книжка лучше «Хижины дяди Тома», — говорит она. — Хотя та книжка тоже про негров.
10 февраля 50.
Восьмилетняя племянница Ильи Львовича спрашивает:
39
Повесть советской писательницы А. Кальмы о негритянских детях Америки сороковых годов двадцатого века.
— Мама, кто такой Карл Маркс?
Мать объясняет — подробно, толково.
Девочка:
— Подумать только, такой великий человек, а никто о нем ничего не знает.
16 Февраля 50.
Саша про дедушку лорда Фаунтлероя:
— Граф Доринкур был хороший человек. Но он был граф, и это его испортило.
8 марта 50.
Галя:
— Ох, мама, мне девочки поручили написать учительнице поздравление с Женским днем, а я не могу: опять — поздравляем, желаем, обещаем…
Саша:
— А ты пиши от души, тогда хорошо получится.
Галя:
— У меня душа неразговорчивая.
Саша:
— Как называть меня дурой, так она у тебя разговорчивая? Почему так: на ругань душа разговорчивая, а на хорошие слова — молчаливая?
22 марта 50.
Саша:
— У меня очень хорошее расположение духа. Только бы меня никто не обидел.
25 марта 50.
Галя:
— Собак боится, темноты боится — какой же это мальчик?
Она же:
— Мне этот мальчик не нравится потому, что он развит не по летам.
1 апреля 50 — день рождения Корнея Ивановича!
2 апреля 50.
— Саша, ты что задумалась?
— Так…
— Ну все-таки… О чем ты думаешь?
— Про коммунизм.
— Что же ты думаешь про коммунизм?
— Я думаю, как хорошо всем будет. Будет много атома и все станут жить по 300–400 лет. И будут летать на звезды. Вот ты полетишь на какую-нибудь красивую звезду и будешь там пить чай со своими знакомыми…
7 апреля 50.
Саша рассказывает Гале сказку собственного сочинения: «…Бабы — так они называли женщин».
Саша:
— Мама, скажи мне что-нибудь ласковое!
Я:
— Мое сердце полно нежности к тебе, о дочь моя!
Саша, поморщившись:
— Я не люблю, когда говорят такие длинные слова. Скажи просто: «Я тебя люблю!»
Шура (мне):
— Ты что, хочешь со мной поссориться?