Девочка. Книга первая
Шрифт:
Еще раз кинув на себя в зеркало взгляд, я вздохнула и проговорила своему отражению, будто убеждая его: "Лилит Ева Харт! Наберись терпения! Все это ради твоих подруг, не мешай им своим недовольным видом получать удовольствие от заслуженного веселья!"
Уже в холле, пока мы направлялись на террасу ресторана, Джулия рассуждала вслух, куда мы хотим поехать после ужина, как внезапно мое внимание отвлек лифт, почему-то расположенный вдали от других, — издав характерный звон, двери распахнулись, и на просторную площадку вышли люди.
Может
Но не это было главным — по непонятной мне причине, неосознанно, мое внимание притягивал, как магнит, один из мужчин. Он был широк в плечах, выше остальных, и не участвовал, как мне показалось, в общей беседе. Я внимательно рассматривала его массивный коротко стриженный затылок, наблюдала, как остальные держались рядом с ним, что-то тихо обсуждая или поясняя ему, и было ясно с первого минуты, что Он был лидером в этой компании. Но не это меня смутило — что-то странное было в его энергетике. Что-то металлическое, неживое, болезненно неприятное, будто я прикоснулась к лезвию ножа или стволу пистолета. Я неуютно повела плечами, желая оградиться от этого чувства, как внезапно телефон мужчины, которого я выделила из толпы, зазвонил.
— Барретт, — коротко бросил он, и меня ужалило током от этого голоса.
Низкий баритон. Спокойный тембр. Тихий. Подчиняющий.
И это имя. “Барретт”. Как глухой выстрел, не дающий шанса. Несмотря на то, что я не видела его лица, мне не понравился этот мужчина. Ни его имя, ни его голос, ни его энергетика. Было в этом человеке что-то отталкивающее.
Седовласый, полный достоинства метрдотель, а может быть и директор ресторана, тем временем уже встречал их у входа на террасу. То ли оповещенный о прибытии VIP-гостей заранее, то ли этот Барретт часто здесь ужинал, но ясно было одно — служащий знал о его предпочтениях.
— Ваш стол как всегда готов, мраморная говядина и морепродукты для вас и ваших гостей уже готовятся, — спокойно, с достоинством и без подобострастия произнес седовласый мужчина и присоединился к группе, провожая посетителей.
Из оцепенения меня вывел голос Джулии.
— Могли бы и пропустить девушек вперед, — она обращалась к блондину, который держался чуть позади и замыкал колонну бизнесменов.
Это был молодой привлекательный мужчина лет двадцати семи с мягкими чертами лица.
Но парень никак не отреагировал и, лишь бросив короткий, ничего не выражающий взгляд на Джулию,
— Мда… Это по-мужски… — окатила презрением королева спину блондина, но тот вновь оставил без внимания выпад Джулии, а мы направились в противоположную от мужчин сторону, к нашему столику.
Почувствовав, как Джулия убыстряет шаг, я тоже заторопилась, желая вырваться из-под странного воздействия этого человека, а сев за стол, посмотрела вслед мужчинам, скрывшимся за темным стеклом VIP-зоны.
— Отталкивающий человек, — задумчиво произнесла я, сама не понимая, почему вновь вернулась к мысли о нем.
— Ты о ком? — посмотрела на меня Эмми.
— О Барретте, — ответила за меня Джулия. — Мы с ним столкнулись у лифта.
— А вот это уже интересно, — зажглись глаза подруги, определенно скучавшей до этого момента.
— Вы его знаете? — удивилась я.
— А ты не знаешь, кто такой Барретт? — ответила Джулия вопросом на вопрос.
— Откуда… — пожала я плечами.
— Ты совершенно не интересуешься тем, чем на самом деле нужно интересоваться… — закатила глаза Эмили.
— Это один из самых влиятельных людей Сиэтла и, не удивлюсь, если и Штатов, — тем временем выдала справку Джулия.
— Чем он занимается?
— Он крупный судостроитель. Насколько я помню из каких-то новостей, его верфи расположены почти по всем прибрежным штатам, в основном он профилируется на военных кораблях. Ну и вложения в недвижимость: гостиницы, ночные клубы, рестораны, но это уже так — мелочи, — ответила Эмми.
— Да, — подтвердила Джулия, — а еще он славится острым умом, немалым капиталом, большим количеством женщин и жестоким характером.
От последних слов я вновь повела неуютно плечами, вспоминая свои ощущения от этого человека, — не зря я почувствовала в его энергетике что-то холодное и опасное.
— И в чем проявляется его жестокость? — сама не знаю почему, продолжала я расспросы.
— Как-то слышала, что после того, как он поймал своего топ-менеджера на воровстве и фальсификации документов, последнего нашли избитым до полусмерти в собственной квартире. Пострадавший никаких показаний не дал и наотрез отказался комментировать этот факт, но как-то ответ напрашивается сам собой.
— Линчевал… — задумчиво произнесла я, нахмурившись.
— У таких людей свой свод законов, — кивнула Эмми.
— Да и с женщинами он не церемонится… — между тем продолжала Джулия.
— Господи, неужели бьет? — ужаснулась я.
— Нет, это не его тема. Я другое имела в виду, — отрицательно покачала головой Джулия. — Просто… — и она замолчала, подбирая слова, — таких людей, как Баррет, женскими уловками не возьмешь.
— В смысле? — не поняла я.
— Ему все эти игры в “неприступность”, “безразличие”, “невинность” или “охоту за добычей” не интересны. Многие пытались его захомутать таки образом — зуб сломали.