Девочка – загадка
Шрифт:
— Так почему ты не услышала своих магистров из Академии? Они тебе сказали — не лезь!
— Нет, мне сказали — не лезь к артефактам. — Да при мне твой ректор сказал — здесь все артефакты!
— Уми, я виновата, не спорю…
— Нет, чем ты думала?! Знаешь, наши ведьмы ругались и поминали чертей. Не знаю, кто эти черти, может, насекомые какие, так ты натворила черт знает что!
И так по кругу.
— Уми, скажи, у меня шанс есть вернуться?
Тут метла отворачивалась, и этот этап разговоров заканчивался.
— Уми, а ты с другими метлами разговариваешь?
— Нет, мы не умеем говорить, но слышим друг друга,
— И не видите?
— А ты видишь?
— Вижу.
— Нет, и ты не видишь. У тебя нет рта и, соответственно, нет и связок, у тебя нет ушей, у тебя нет и глаз.
— Подожди, но я же вижу тебя!
— Нет, не видишь, ты меня чувствуешь, это магия ведьм, и другой уровень общения. Заметь, что и днем, и ночью, на свету и в темноте ты ориентируешься абсолютно одинаково.
— Я не замечала.
— Ты не замечаешь вещей очевидных.
— А ты мне скажи!
— А ты сама подумай! Ни черта не думаешь!
На этом заканчивался второй этап разговоров.
— Уми, ну не сердись! Расскажи о себе. Ты сама из этого мира?
— Да, мы, оставшиеся метлы, все из этого, нас в жертвы принесли, и ведьмы предложили посмертное существование, я согласилась не сразу, в последний, девятый день.
— А ты понимала, что будешь именно метлой?
— Конечно, мне показали светлую метлу, она старше всех, даже расы не знаю, и случайно попала на Рандиан.
— Подожди, а почему в последний день?
— Не могла решиться сразу.
— Почему в девятый?
— Девять дней ведьмы видят твой дух после смерти.
— Вот смотри, ты же ведьм любила по-своему?
— Да, и уважала.
— А ведь не будь ведьм, не было бы жертвенников, и ты бы жила.
— Нет, все не так. Жертвенники появились гораздо раньше ведьм, у нас могли предложить богам и разумных, и животных, думали, боги оценят жертвы и помогут: пошлют урожай, вернут пропавших мужей, лодки которых унесло в море, усмирят вулканы. Любые невзгоды приписывали богам, и старшие сразу готовили жертвы. Ведьмы очень скрывались, и медленно меняли убеждения у всех рас, что боги предпочитают жертвы животных. Я слышала, что ведьм в своих мирах ловили и сжигали тысячами, и они сразу стали вмешиваться в эти ужасные обряды.
— Подожди, но они сказали, им нужны жертвы, они собирали энергию, необходимую для переносов!
— Разумеется, жизненную энергию животных, и не одно не погибло, ведьмы научились окутывать жертвенник мглой, животные исчезали, у них отбирали часть энергии, лечили довольно долго, почти всех приносили с ранами, а потом их выпускали опять. Со временем ведьмы научились накапливать магическую энергию, не преобразовывая ее из жизненной. — Хорошо, допустим, а вулканы?
— А вот вулканами они очень серьезно занимались, изучали их, обучались сдерживать в поселениях, отпускать там, где было необходимо или там, где было можно, искали возможность заполучить энергию очагов землетрясения. Рандиан очень молодой мир, внутренние процессы бурные, особенно в полнолуние.
— А директор рассказывал, что в полнолуние из-за ведьм все выходить боялись.
— Ну, разумеется, ведьмы во всем виноваты, как же! Наоборот, в полнолуние ни одна, а несколько ведьм слушали вулканы, существует прямая зависимость землетрясений от положения обеих лун, как раз ведьмы и спасали Рандиан, как могли, сводя все разрушения к минимуму.
Дежурные ведьмы по вулканам, их несколько было, на суше и в морях,
— А эти ведьмы, которые перенеслись при мне?
— Ну, какие они ведьмы? Их обучали и готовили, что бы переселить в метлы, но они отказались. В своем мире они погибли, и на призывы старших ведьм их души откликнулись, обмен произошел, но там им не возродиться, так и останутся призраками.
— Они об этом знали?
— Знали, конечно, они дружили с теми двумя ведьмочками, и хотели им помогать обживаться в прежнем своем мире. И планировали связь между нашими мирами. Но последняя настоящая ведьма тоже ушла по старости, давно уже. И призраки сами активировали готовые заклятия на тебя и твою мать. Нельзя бросать здесь все, вулканы могут смести поселения. Вы и должны были тут дежурить, как теперь будет — и не знаю даже. Вот ведь черт!
— А про мою маму расскажи! И куда ведьмы по старости уходили?
— Про маму и заклятия ничего не могу сказать, но есть все записи, только ты в этом виде ничего прочесть не сможешь.
— Как это? Ты ведь читала?
— Нет, я вообще не умела читать, и не умею. Так запоминала, ведьмы говорили вслух, когда записывали. Если много раз повторяют и уточняют — запомнишь волей-неволей. Вот твой магистр правильно сказал — держать себя в тонусе, иначе знания потеряешь. Я многое забыла. А ведьмы уходили по старости умирать кто куда: в воду, в землю, некоторые в огонь… кто как хотел, по стихиям…А у тебя теперь чертовски сложная ситуация! Как вернуть тебе облик — есть в записях, только там про души, и где гарантия, что ты будешь живой. Но и прочесть ты не сможешь в таком виде. Магистры могут попасть в хранилище, но тоже не смогут прочесть, и выйти не смогут без тебя. Замкнутый круг, понимаешь…
Я понимала.
Эх, адептка…
Чем я думала…вот ведь черт!
Глава 25
Школа начала работать как-то тихо, хотя открыли сразу три отделения: артефакторов, целителей и бытовиков.
Пока отличий в программах практически не было, всем давали основы. В каждой группе было по 10–12 учеников.
А саму школу построили на тысячу учащихся, на вырост.
Спортивных площадок было шесть, и одна с очень сложными препятствиями, я поглядывала на нее с завистью, когда там бегали магистры — преподаватели. Принимал площадку преподаватель Иван, мой бывший тренер. Площадка его почти устроила, что-то там усложнил, а потом спросил про меня, где я.
Что ему ответил ректор — я не знаю, но преподаватель Иван больше ничего не спрашивал и на меня не смотрел.
А что смотреть на метлу?
Метла — она и есть метла.
Постоянных преподавателей в школе только двое, артефактор магистр Шон — директор, и его заместитель — целитель магистр Грог.
Остальные приехали на один семестр, а потом приедут другие. И в планах еще приезды выпускных курсов, адептам разрешили тут, на территории школы, делать свои дипломы.
В Академии дипломы выпускников очень сложные, там и сады, где фрукты чуть ли не сами собирались, и не требовали специального ухода, и фонтаны с музыкой и подсветкой, и исчезающие мостики и переходы, и многое другое.