Чтение онлайн

— Алина!.. — Света снова разрыдалась, не сдержавшись.

— Что — Алина? — не понимал Валерий.

— Ее похитили! Затолкали в какую-то машину и увезли! — закричала девушка.

— Что?.. — мужчина растерялся.

— Алину похитили! Нашу дочь похитили! — продолжала кричать Светлана. — Помоги мне, прошу тебя! Отыщи ее, иначе я не знаю, что с собою сделаю!

Валерий нахмурился.

Он понял, в чем дело.

15

Задолго до похищения

Это был понедельник, начало рабочего дня. Валерий пришел на работу самым первым — институт еще пустовал, так как

часы показывали начало семи. Он сухо поздоровался с вахтером и поднялся к себе в кабинет, где его уже дожидался Александров, его учитель и близкий друг.

— Приветствую вас, Валерий Алексеевич, — сухо поприветствовал ученого Анатолий Петрович, сидя в кресле напротив окна. Он вытащил сигареты и закурил одну из них с нарочито деловым видом. — Как прошли ваши выходные?

— Нормально, — бросил через плечо Валера. Его гложили чувство вины перед женой и одновременно ощущение возвышенности от любви к женщине, у которой от него появилась маленькая дочка. — Все нормально, — поправил себя ученый, заметив недоуменный взгляд учителя. — А вы? Как вы отдохнули за эти дни?

— Спасибо, ничего. Я пришел к тебе не просто так поболтать, — Александров выпустил табачный дым и принял из рук ученика чашку горячего кофе. — Мне поступило одно заманчивое предложение. Несмотря на это, я решил направить человека к тебе. Ты у нас подающий надежды ученый, ты неплохо разбираешься в своем деле, поэтому я решил, так сказать, посодействовать тебе.

— Что за предложение?

Вместо ответа Анатолий Петрович крикнул:

— Войдите!

Валерий перевел взгляд на открывающиеся двери. В кабинет вошел высокий темноволосый мужчина в строгом деловом костюме. Его лицо было украшено щетиной и глубокими морщинами, а под черными, словно поздняя ночь, глазами лежали темные мешки — первые признаки недосыпания. Внешне странный посетитель ничем не отличался от обычных людей, разве что походка выдавала в нем высокомерие и манию величия.

— Приветствую вас, господа, — произнес незнакомец низким голосом.

Валера уставился на него, словно увидел призрака.

— Это товарищ Долгожитель. — Тут мужчина недовольно поморщился, но сдержался, чтобы не возразить. — Он пришел к нам в институт с очень необычным предложением…

— Валерий Алексеевич, — перебил Долгожитель Александрова, — я знаю, кто вы и кем вы являетесь. Ваши познания в ядерной отрасли воистину поражают.

— И что вы от меня хотите?

Долгожитель взял паузу, засунув левую руку в карман.

— Позвольте начать с самого начала. — И, не дожидаясь ответа, продолжил: — У меня очень длинная история. Начинается она задолго до революции. Я понимаю, что то, что я вам сейчас расскажу, покажется фантастическим, но, увы, оно было на самом деле.

Мой отчим был подданным Его Величества Александра Третьего. Я был первым ребенком у своей матери. Когда царь погиб, мой отчим, являясь важным государственным деятелем, обвинил меня в смерти верховного правителя. Так как он был чиновником, все ему поверили, и меня, восемнадцатилетнего юношу, отправили на каторгу в урановые рудники.

Тридцать с лишним лет я провел в заключении, пока в один прекрасный день меня не освободили большевики. У меня было серьезное облучение, позже в моем организме начался лейкоз последней стадии. Меня отправили умирать.

Очень долго и тщетно я ждал своего последнего часа, жил так, как будто на завтра меня уже не станет,

и вот чудо, на сегодняшний день мой возраст составляет сто девятнадцать лет.

Валерий слушал рассказ странного мужчины и через узкие щелочки глаз всматривался в его лицо. Все, абсолютно все — начиная от своеобразной походки до покачивания бедрами — выдавало в нем пафос. Хотя грациозные и необычные манеры вести общение вызывали восхищение. И — некоторую долю зависти, хотя слова Долгожителя были больше похожи на бред сумасшедшего.

— Я не смогу предоставить доказательства своих слов, — продолжил Долгожитель. — К сожалению, пока я рос беспризорником в семье отчима, не смог обучиться грамоте и чтению. Мой приемный папаша был редкостным пьяницей, ему не было дела до чужого ребенка.

— Я понимаю трагедию всей вашей жизни, — перебил его Валера, — но не могли бы вы перейти к сути?

— И я понимаю и ценю вашу торопливость. Время самый ценный дар, и его нельзя тратить понапрасну. Видите ли, Валерий Алексеевич, я до сих пор болен острым лейкозом. В моей крови течет белая жидкость. Меня мучают головные боли, низкое давление и температура постоянно падает. Но есть кое-что еще, что вас несомненно заинтересует.

Долгожитель вытянул руку. Из ладони показалась темная размытая струйка — она вырвалась из-под кожи и клубами упала на линолеум, украшавший пол. Из ноздрей мужчины потекла кровь, коснувшись розоватых потресканных губ.

— Прошу прощения, — мужчина достал платок и промочил им губы, — у меня такое частенько бывает, когда стихия вырывается наружу. Я слишком долго контролировал ее, что не могло не сказаться на моем организме.

Александров и Валерий изумленно переглянулись.

— Что это?.. — подал голос последний.

— Уран. Иногда она светится в темноте. Приходится надевать специальный костюм, чтобы меня ненароком инопланетянином не прозвали.

— Но как?!

— Я понятия не имею. Вы же химик, Валерий Алексеевич.

— Я вижу подобное в своей практике впервые!..

— Я за этим и пришел, товарищ Легасов, — усмехнулся Долгожитель.

Валерий изумленно помотал головой:

— Я ничего не понимаю!..

— Ничего и не нужно понимать, Валерий Алексеевич. Я предлагаю вам сделку, — мужчина с гордой осанкой прошелся по кабинету и остановился у стола, за которым сидел ученый, — товарищ Легасов, вы бы могли построить карьеру куда серьезнее вашей. Вы бы могли изучить мою стихию и предоставить ее людям. Вы бы могли вживлять в людей мою кровь и делать их неуязвимыми перед мирным атомом. Рано или поздно он все равно вырвется из-под нашего контроля и начнет творить неописуемые вещи. Почему бы заранее не разработать ответ стихии, не позволив ей унести человеческие жизни?

— Вы больны, товарищ Долгожитель, — смог вымолвить Валера, отойдя от шока.

— А вы, товарищ Легасов? — парировал Долгожитель. — Вы ничем не больны, Валерий Алексеевич? Например, любовью?

Валерий побагровел от злости.

— Вас это не касается…

— Я даю вам на размышление пару дней. И не принимайте скоропалительных решений. Это может стоит чьих-то жизней.

И мужчина, развернувшись, покинул кабинет ученого.

16

Долгожитель вернулся в лабораторную в тот же день. Швырнув папку на первый попавшийся стол, он разъяренно ударил рукой по стеклянной столешнице, отчего поверхность покрылась мелкими трещинками.