Чтение онлайн

В его глазах мелькнуло узнавание, а затем он снисходительно улыбнулся, словно она была ребенком, задавшим наивный вопрос.

— Все не так просто.

Анжела сложила руки на коленях:

— Для меня все просто. Они пытались меня убить.

— Вы утверждали, что они изнасиловали вас, не так ли? — Он подался к ней с намеком на улыбку, словно ожидал услышать скабрезную историю.

— Да, — только и ответила она.

Его двойной подбородок нависал над воротником и галстуком, пока он силился разглядеть ее ноги, но она сидела слишком близко к столу, поэтому

он наградил долгим взглядом ее грудь, а потом переключился на стопку папок у края стола. Он перебирал их, пока не нашел нужную.

С шумом положив папку на стол, он открыл ее и принялся листать бумаги, негромко хмыкая во время чтения. Она заметила черно-белые снимки четырех насильников. Он перевернул эти четыре карточки, послюнявил пальцы и взялся за страницу, проглядывая ее содержимое.

Наконец, он взглянул на нее поверх бумаги:

— Что именно вас интересует?

— Я сообщила офицеру, которая приходила в больницу, что готова свидетельствовать в суде против этих четырех мужчин. Я могу их опознать. Я сообщила полиции регистрационный номер их автомобиля. А теперь хочу знать, по какой причине вы сняли обвинения и выпустили их.

Он холодно посмотрел на нее, выдерживая паузу.

— У вас предрассудки, мисс Константайн?

Анжела моргнула:

— Что?

Джон Бабингтон надменно осклабился.

— Эти люди — нелегальные иммигранты из Мексики, мисс Константайн. Наш штат оказывает покровительство нелегальным иммигрантам.

Анжела снова посмотрела ему в глаза:

— Они пытались меня убить.

— Добропорядочные граждане штата Нью-Йорк, как и все избранные должностные лица надо мной, — он поднял руку и покрутил ею над головой, — ясно дали понять, что наш штат предоставляет убежище нелегальным иммигрантам. Значит, они находятся под нашей опекой и защитой. У меня прямые указания не сотрудничать с федеральными властями...

— Но это не федеральный случай, — перебила Анжела. — Это криминальный случай. Я не хочу их депортации, я хочу привлечь их к ответственности. — Она указала на синяки на шее: — Они повесили меня и оставили умирать. Они пытались меня убить. Вы должны действовать от лица жертв и наказывать преступников.

Он посмотрел на ее горло, а затем взглянул девушке в глаза.

— Вы сатанистка, мисс Константайн?

— Чего?

— Сатанистка. Вы понимаете, служение Дьяволу, — он указал на ее шею. — Ваша татуировка. Там написано: «Темный Ангел». Вы поклоняетесь Сатане?

Анжела недоверчиво нахмурилась:

— Нет. Но разве сатанисток можно насиловать и убивать?

Он кинул взгляд на бумагу в своих руках, а затем с ледяным презрением посмотрел на девушку.

— Согласно показаниям этих мужчин, секс был по взаимному согласию.

Анжела была ошарашена таким заявлением.

— Это ложь. Конечно, они так сказали — они скажут что угодно, лишь бы избежать наказания. Надо полагать, они также заявили, что не покушались на мою жизнь, а оказывали помощь в попытке самоубийства?

Он выгнул бровь в ответ на ее саркастическое замечание и вернулся к чтению отчета.

— Тут зафиксировано, что все четверо

говорили одно и то же: все было по согласию. Они утверждают, что вы хотели получить… «новый опыт».

— Да что вы такое говорите? Какой «новый опыт»?

— Они все говорят, что встретили вас в заведении «У Барри», где вы работаете барменом. После работы, на парковке, вы познакомились с ними и сказали, что хотите воплотить сексуальную фантазию об изнасиловании. Они сказали, что вы предложили им немного поразвлечься и помочь вам получить такой опыт.

В тот день после работы Анжела была занята тем, что убивала Оуэна, но вряд ли стоило об этом рассказывать.

— Я попала в больницу.

Он кивнул, показывая, что знает об этом.

— Они заявляют, что вы хотели жесткого секса, чтобы, как они выразились, ощутить все в полной мере. Вы заранее оговорили, чтобы вас повесили на веревке и оставили — это часть вашей фантазии. Они не хотели заходить так далеко, но вы уговорили их и сообщили, что у вас в сапоге нож, и вы перережете веревку, чтобы освободиться.

Анжела замерла. Мужчины не знали о ноже, когда оставляли ее в петле. О ноже узнала офицер Дентон во время допроса в больнице. Значит, кто-то слил информацию насильникам и помог выдать нужные показания.

Она поняла, что штату, который предоставлял убежище нелегалам, был необходим повод, чтобы снять обвинения и выпустить мужчин на свободу, поэтому была сфабрикована история, дискредитирующая саму Анжелу.

Джон потряс кулаком в воздухе и понимающе подмигнул.

— Любите групповушку, мисс Константайн? Все прошло как надо? Немного грубо, быстро и жестко?

Анжела с трудом сдерживала ярость. Но она понимала, что сорваться нельзя. Она почувствовала, как ее лицо налилось краской, но ничего не могла с этим поделать.

— Я говорю вам о том, что было на самом деле, — возразила она как можно спокойнее. — Я жертва покушения на убийство.

Джон Бабингтон окинул ее властным взглядом.

— А я просто информирую о том, какие показания дали мужчины. Это определенно расходится с вашими словами. Показания были бы озвучены в суде. Показания их четверых и ваши. Их позицию подробно бы осветила пресса. Весь Интернет забурлил бы, поддерживая бедных и невинных нелегалов, а вас выставили бы фанатичкой, расисткой или еще кем-то похуже. Поэтому мне и пришлось снять обвинения. Это спасло всех, включая вас.

— Они преступники, — повторила девушка. — Я — нет.

Он пролистал еще несколько страниц:

— Что ж, давайте посмотрим. В отчете указано, что при вас было неразрешенное оружие. — Он, выгнув бровь, глядя на нее поверх бумаг: — Это так?

Анжела сглотнула комок в горле. Она понимала, что отрицать это бессмысленно.

— Да. Я носила нож для самообороны. Я не знала, что это незаконно.

— Незнание не освобождает от ответственности, мисс Константайн. Полагаю, вы осознаете, что раз офицер обнаружила и конфисковала ваш нож, то у нас есть основания для возбуждения против вас дела о незаконном ношении оружия? — Он угрожающе ей улыбнулся. — Разумеется, если мы того пожелаем.