Чтение онлайн

— А что с поездкой в Карелию? Всё в силе? — спрашивает она, и мы идём на кухню.

— В силе. Уточню вечером у Ильи, когда поедем. Кажется, в конце недели.

— Никогда там не была, — недовольно хмыкает Сима.

— И судя по интонации, желания нет? — усмехаюсь я.

— Нет. Ты говорила, сегодня отец Тимура придёт к вам в гости?

Улыбка сползает с лица. Я киваю и сажусь на стул возле окна.

— Ну вот и хорошо. Хочу посмотреть, что он из себя представляет. Познакомишь же?

— Как будто у меня есть выбор.

Динар приезжает после четырёх. В доме сразу становится неуютно

и тесно, а в душе появляется забытое чувство смятения. Как в детстве. Маленькой девочкой я всегда его сторонилась и избегала встреч.

В руках у Асадова два огромных пакета с игрушками. Ну зачем так много? Я всё равно не позволю за раз столько подарить. Прекрасно понимаю его чувства, но Тимур к такому не привык.

Динар проводит рукой по влажным волосам и задерживает на мне внимательный взгляд. Сима незадолго до его приезда сказала, что я похожа на смерть, и принесла косметичку из ванной. Подумав, я подкрасила ресницы, нанесла немного румян на щёки. Не хочу, чтобы Динар видел, как я на самом деле переживаю.

— Привет. Такая тишина… Он спит?

— Привет. Да, ещё спит. Скорее всего, из-за дождливой и ветреной погоды.

Я иду на кухню. Динар направляется следом. Чувствую на спине его взгляд. Сильно жжёт между лопатками.

— Я пила кофе, когда заметила, что ты вошёл во двор. Будешь? — Указываю глазами на кофемашину.

— Нет, Наташа, спасибо.

Динар присаживается на стул и смотрит на меня. Столько раз мы завтракали вместе, ужинали... Я всё помню, что он любит, а что нет, поэтому и не предложила чай. Клён за окном скребёт ветками по стеклу, Асадов переводит на него взгляд и хмурится.

— Мы редко здесь бываем. Раз в год примерно. Я не успела никого нанять, чтобы обрезать ветки на деревьях. И не думала, что будет такое ненастье.

— Его не обрезать, а спилить нужно. Он же высох уже. Я завтра пришлю бригаду, и всё сделают.

— Спиливать не нужно, лишь обрезать ветки. Папа любил этот клён.

— Хорошо, спилить лишнее, — соглашается Динар и приподнимает уголок губ, снова поворачиваясь ко мне.

Видеоняня на столе оживает и показывает изображение, что Тимур встал. Динар тоже это замечает, и в нём резко что-то меняется. Взгляд становятся мягче, на лице появляется растерянность. Мне нравится видеть эти эмоции, и, как зависимому наркоману, хочется ещё...

— Подожди нас здесь, мы скоро спустимся.

— Оставь, — просит Динар, касаясь моей руки, когда замечает, что я тянусь к видеоняне и хочу её выключить.

— Подглядывать нехорошо, знаешь ведь?

Он поднимает глаза, и у меня перехватывает дыхание, кожу на руке покалывает от его прикосновения.

— А впрочем... смотри, мне всё равно.

Я отдёргиваю руку и поднимаюсь наверх, переодеваю Тимура, и мы ещё какое-то время обнимаемся с ним на диване и разговариваем, — это наш обычный ритуал после пробуждения — а потом идём вниз.

Наташа

Я выключаю видеоняню и спокойным взглядом смотрю на сына.

— Тим, к нам в гости пришёл один человек, и он очень хочет с тобой познакомиться.

Тимур задумчиво сдвигает брови. Как и его отец. Они так похожи. Мне очень интересно посмотреть на реакцию обоих, когда они увидят

друг друга. Глаза в глаза. К Максу сын так и не пошёл — просидел весь вечер на моих коленях, лишь изредка поглядывая на незнакомого дядю. Но у Макса и не было двух пакетов игрушек...

— Он мой хороший друг. И я надеюсь, что вы с ним тоже подружитесь. Идём?

Тимур молчит какое-то время, озадаченное выражение не сходит с его лица. Мой маленький серьёзный сын. О чём задумался?

— Пойдём, — говорит он спустя паузу, и мы направляемся к двери.

Динар стоит в гостиной, но я слежу сейчас не за ним, а за тем, как Тимур спускается с лестницы. Самостоятельно. Без поддержки. Попеременным шагом. Первые два дня он ходил вверх и вниз бессчётное количество раз, и мы с Симой ничем не могли отвлечь его от этой забавы, даже падения и слёзы не сдерживали его интереса. Тимур доходит до конца лестницы и замечает Динара. Поднимает голову и долго смотрит на него. Мы оба смотрим. Асадов опускается на корточки и протягивает к сыну руки. Касается ладонями крошечных плеч, проводит костяшкой пальца по пухлой щёчке, жадно следит за выражением глаз Тимура, как он хмурит бровки и поджимает губы. Я до боли сжимаю кулаки, наблюдая за этой сценой.

Как мне было забыть о тебе, Динар, когда у меня подрастала твоя маленькая копия?

Тимур обхватывает меня за ноги двумя руками и прячется.

— Испугался? — Я ласково глажу сына по чёрным волосам.

Он отрицательно качает головой. Смутился.

Динар так пристально его разглядывает, что даже мне не по себе в это мгновение.

— Всё хорошо, Тим. Дядю зовут Динар, и он теперь часто будет к тебе приезжать. Пойдём, посмотрим, что он привёз тебе?

Тимур неуверенно кивает и снова смотрит на «дядю».

— Идём, сынок. — Динар протягивает Тимуру руку, а тот смотрит на неё. Долго. Оценивающе. Потом на меня.

Я одобрительно киваю, и он выходит из укрытия, но руку Динару не даёт. Сам направляется в гостиную.

А ты как думал, Динар? Никого не напоминает? Даже в своей упёртости он твоя копия.

Улыбка на губах Асадова становится шире. Такая искренняя, тёплая, настоящая. На его лице видны все мысли, и от них пробирает дрожью. Ведь он действительно больше никуда не исчезнет...

Динар идёт в прихожую и возвращается с яркой коробкой, вытаскивает из неё робота на пульте управления, и Тимур заинтересованно садится рядом. Не сводит горящего взгляда с игрушки в руках Динара, пока тот показывает, как ей управлять. Затем Динар протягивает пульт Тимуру и просит попробовать самому. Спустя полчаса попыток у Тимура получается, и он радостно хохочет, а Динар гладит сына по голове и всё же не сдерживается — обнимает за плечи и прижимает к себе.

Сима появляется в гостиной через час. Я знакомлю их с Динаром, и она уводит Тимура на кухню — покормить свежеприготовленной творожной запеканкой.

— Спасибо, Наташа, — вдруг благодарит Динар и этими словами снова сбивает с толку.

Всего ожидала, но явно не благодарности.

— Он даже лучше, чем я представлял.

— Представлял? — переспрашиваю я, ничего не понимая.

— Да, только в мечтах проскальзывал образ маленькой девочки с белыми волосами, но никак не черноволосого сына, — усмехается он.