Чтение онлайн

Алексей оживился и с подозрением посмотрел на Слепого.

– Стоп. Если всё так, как ты говоришь, то кто молотил в кастрюлю, чтобы спасти тебя?

– Вот-вот, и я не знаю.

– Не нравится мне это, Серёга.

– Может дикие?
– предположил Сергей.

– Скорее всего. Значит, где-то, в периметре, есть брешь, о которой мы не знаем. И это меня напрягает. Очень напрягает.

Ядерных бомбардировок

Саратова не было, так что заражение здесь не сильное. Нет, конечно, мутанты почти на всей территории города чувствуют себя как хозяева, но они пришлые, закаленные другими территориями.

Есть и те, с которыми лучше не встречаться. Из летающих, это демоны. Больше напоминающие крыс переростков, с размахом крыльев пять-шесть метров. Прыгуны, передвигающиеся очень длинными скачками. Их разновидность - каскадеры, делающие абсолютно тоже самое, но прыгающие уже не только по земле, но и по крышам домов на полтора-два десятка метров.

Бары, больше смахивали на мутировавших быков, скрещенных с носорогами. А еще встречались: трубочисты, визгуны, сутенеры и десятка полтора других тварей.

 Антропоморфные, то есть похожие телосложением на человека, тоже водились. Но в наших местах, редкость. Те, кто пришел из других городов, рассказывали, что у нас, можно сказать, курорт. Хотя, как они могли выйти из других городов? Скорее всего, врут.

Алексей толкнул Сергея в бок, кивнул на группу идущих из мастерских. Мужчины, женщины и подростки из девятого цеха двигались к бункеру. Среди них была и Вика с десятком окруживших её детишек. Наверняка опять экскурсия на производство была. Мальцов приходится с детства приучать к коллективному труду.

Дети с раннего возраста проявляют склонность к какому-то виду работы. Ведь не могут все держаться за оружие. Кто-то должен сделать это самое оружие, а также боеприпасы к нему и амуницию. Ковать и точить ножи, шить одежду, учить грамоте. В общем, зачатки нового общества на руинах прошлой цивилизации.

– Хмурый...
– Сергей, было, завел разговор, но Алексей предугадал просьбу.

– Хорошо. Наташе скажу, чтобы уложила Лизу.

Слепой кивнул Лёхе, наверное, самому близкому другу. В этот момент мимо них стайкой пробежали дети, следом за ними шла Вика.

– Серёга, иди. Я закрою гермоворота.

Сергей проследовал за Викой в темноту бункера, подсвеченную неяркими лампами. Мало времени минуло со смерти Бердана, так что с новостью о том, что она теперь с ним, стоит повременить. Но те, кому можно было доверять, знали.

***

Беда прилетела, откуда не ждали. Сергей только вернулся с поста у теплиц и зашел в свою мрачную, но уютную комнату, как в него полетел довольно увесистый ПМ. Растирая плечо, Серега развернулся и увидел стоявшую на своей кровати Лизу. Девочка сжала кулаки. Она задыхалась от злости, а по щекам текли слезы.

– Ты нас предал! Маму и меня!

В истерике дочь кинула в отца керамической кружкой, которую Сергей отбил и тут же пожалел об этом. Кружка разбилась о бетонный пол комнаты.

– Лиза!
– Сергей повысил

голос, чтобы ее приструнить , но Лиза проигнорировала это.

– Что Лиза! Это ты! Ты и Вика!
– истерика не позволяла девочке членораздельно говорить.- Ты, ты... ты... предатель!

А вот этого Сергей уже никак не ожидал. Откуда она узнала? Тех, кто в курсе про него и Вику, по пальцам одной руки можно пересчитать. Неужели Наташа, жена Лёхи, проболталась? Да ну, бред какой-то. Но с другой стороны, вчера она ночевала у них, а сегодня, при встрече с дочкой, Сергей имеет вот этот концерт.

– Кто тебе сказал?
– Сергей только и смог, что выдавить эти слова.

Отпираться смысла не было, а уж врать, тем более. Давно пора Лизе сказать. Плохо, что узнала она это, именно так.

– Игорь! Он вас видел вчера!
– Лиза больше не бросалась вещами в отца, уткнулась лицом в ладони и едва слышно плакала.

– Это который твой эм... друг?
– Сергей едва не плеснул бензина в только начавший стихать пожар скандала. Какое-то чудо уберегло его, от того, что он едва не произнес слово “вымышленный”.

– Ты маму не любил, и меня не любишь... Ты предатель!
– Лиза плакала, повторяя эти слова.

Слезы - то, что больше всего не любят мужики. Женщины манипулируют при помощи них на подсознательном уровне, с годами оттачивая это мастерство. Чуть что не так и появляется на глазах влага, как ещё один аргумент к словам дочерей и жен.

Но есть простой, хоть и не такой очевидный, способ борьбы с тонкой женской манипуляцей - контробвинение, произнесенное серьезным и спокойным тоном. Как ни странно, но научил его этому Хмурый, имеющий помимо единственного сына, еще и пять дочерей. Тут волей-неволей найдешь способ борьбы или застрелишься.

– Нет, это ты меня не любишь.
– Скулящий плач практически сразу смолк, и на него уставились заплаканные глаза дочери.

Отлично, значит, ее внимание Сергей уже захватил.

– Ты не хочешь моего счастья, потому что не любишь меня. Ты взрослая и уже прекрасно понимаешь, что значит умереть. Мамы больше нет, и мне тоже не хватает её. Но моя дочь взялась обвинять меня в том, что я не любил свою жену.

Вот он серьезный разговор, который так долго откладывал Сергей. Проблемы накопились из-за того, что он постоянно их откладывал. И вот теперь, они налипли, словно снежный ком. А Лиза уже не маленькая, хоть и ребёнок. Детям приходится взрослеть гораздо быстрее.

– Я не, не...
– девочка все еще вздрагивала, от только что прошедшей истерики.

– Мама умерла! Лиза пойми это. Она умерла, но мы живы. Мне нужна жена, а тебе мама. Пойми это.

Сергей говорил это, словно резал по живому.

– Мне не нужна другая мама! Ненавижу Вику! И тебя...

Сергей понял, что словами здесь ничего не добьется и плеснул водой из стакана, который стоял на столе, в лицо дочери. Не больно, зато прекрасно приводит в чувство и отрезвляет от пьянящей истерики.