Девочка хищника
Шрифт:
Не знаю… И не уверена, что хочу знать. Ведь если не любил – это будет очень больно. Но если любил и поступил вот так – будет намного больнее.
В мыслях полный раздрай. Я как будто в страшном сне, а всё необходимое делаю на автомате. Даже когда мы садимся в Москве, я плохо соображаю и не верю, что я снова дома.
Ужасный, кошмарный сон. Так хочется проснуться, но не получается.
Кое-как беру себя в руки и пытаюсь понять, что мне делать дальше.
Уверена, Георгий попытается со мной связаться. Приедет ко мне домой, в квартиру,
Что там можно понять не так? На видео прекрасно видно, как бывшая жена сосёт твой член…
Надо сделать так, чтобы он меня не нашёл. Никогда.
В голове рождается план.
Беру такси и еду в дом Тигрова. Который он так цинично стал называть “нашим”.
Вру охране, что Георгий Павлович задержался во Франции по делам. А мне надо забрать Зефирку и ехать по своим делам. Охранники меня уже знают, поэтому верят и пропускают.
Собираю вещи, забираю собаку и еду к себе домой. Нахожу вариант съёмной квартиры подешевле, собираю вещи и уже тем же вечером захожу в новое жильё. А свою квартирку буду сдавать, только займусь этим чуть позже.
Зефирка бегает и обнюхивает новую квартиру. Я тоже хожу по комнатам и удивляюсь тому, как можно жить в таком тесном помещении. Как будто не жила много лет до этого в похожей квартире.
Прав был Георгий. К роскоши быстро привыкаешь. Вот я и привыкла.
Отвыкать будет тяжело. Но я точно не из тех, кто готов простить богатому мужу измену ради того, чтобы жить в комфорте. Нет. Я предпочту остаться на улице, но не собираюсь терпеть такое.
Раскладываю скрипучий диван и ложусь на него, обняв Зефирку. Постельное бельё шероховатое и от него неприятно пахнет. Пытаюсь убедить себя, что не могу уснуть именно из-за этого.
Но знаю, что на самом деле это не так.
Только сегодня утром я была счастлива. Я была в роскошном отеле рядом с любимым мужчиной. А теперь я в дешёвой съёмной квартире, любимый меня предал, а я…
А что я?
Я понятия не имею, как жить дальше.
В голове снова и снова крутятся ещё свежие воспоминания. Развратные кадры с Эмилией из телефона. Её противная улыбка и злорадный смех, когда она открыла мне дверь. Георгий, спящий на разбросанной после страстного секса постели.
Мои разбитые мечты и чувства режут сердце осколками. Я плачу, как будто от этого может стать легче. Не становится.
Я так и ворочаюсь до самого утра, не в силах понять, почему Тигров так поступил со мной.
Не могу придумать ни единой причины, и от этого ещё больнее…
Проходит несколько дней. Прийти в себя получается с трудом. Целыми днями я только и могу думать, что о Георгии и его предательстве. Не получается отвлечься ни на что.
Я плохо сплю. Совсем нет аппетита. Выглядеть я стала, как привидение – кожа посерела, под глазами мешки, в глазах тоска.
Не знаю, что мне надо сделать, чтобы не остаться такой навеки.
Очередным утром
Повернув за угол, вижу перед собой рыжего померанского шпица. Тот при виде меня тявкает и машет хвостом.
– Почти как Персик, – бурчу себе под нос.
– Это он и есть, – раздаётся низкий голос сзади, и у меня по спине бегут мурашки размером с кулак.
Такое чувство, будто меня окатили ледяной водой и одновременно накинули на горло удавку. Не могу вдохнуть. Медленно, как в фильме ужасов, поворачиваюсь и вижу Георгия. Он держит на коротком поводке Барона, и тот басисто лает – то ли здоровается со мной, то ли угрожает.
Мне уж точно страшно.
Выражение лица у Тигрова, как всегда, каменно-невозмутимое. Жёсткий взгляд изучает меня, а потом Георгий недовольно цокает языком и говорит:
– Ты выглядишь усталой, девочка моя.
– Что тебе нужно? – хмуро спрашиваю я.
– В смысле, что мне нужно? Ты.
Тигров шагает вперёд, и Барон следом за ним.
– Или думаешь, я просто так тебя отпущу? Я ведь сто раз сказал. Ты теперь моя навсегда.
– Несмотря на…
– Несмотря ни на что, – рычит Георгий и хватает меня за подбородок. Взгляд тёмных глаз вонзается в мои глаза. – Ты моя и никуда не денешься. Это понятно?
Понятно. Оказывается, я стала жертвой настоящего монстра…
Глава 52
Георгий смотрит на меня ещё несколько секунд. А потом вдруг резко наклоняется и целует.
Целует грубо, жёстко. Его щетина длиннее, чем обычно, и колется уже совсем не приятно, а больно.
Правда, у меня в животе всё равно оживает парочка бабочек. Которых я намеренно давлю и отстраняюсь от Георгия.
– Как ты можешь меня целовать? – спрашиваю я, не скрывая отвращения.
– Очень просто. Я соскучился. Ты разве нет?
Предпочитаю не отвечать. Скучала, конечно. И одновременно ненавидела. Знал бы он, сколько боли я испытала за эти дни.
– Почему ты сбежала? – спрашивает Тигров.
– Ты прекрасно знаешь, почему, – сквозь зубы цежу я.
Георгий не отпускает мой взгляд и продолжает крепко держать за подбородок. Боюсь шелохнуться, потому что не знаю, что он сделает в следующую секунду. Тем более, рядом Барон. В присутствии этой псины не стоит делать резких движений.
– Знаю. И ты поверила?
– Это вопрос? – саркастически интересуюсь я.
– О да, моя хорошая, это вопрос. И очень важный.
– Да, я поверила. Потому что видела всё собственными глазами. Эти грязные снимки, голую Эмилию в нашем номере. Тебя, спящего на кровати. Как ты мог так поступить?! – не выдержав, срываюсь на крик.
Зефирка звонко лает, как будто поддерживая меня. Персик начинает тявкать следом за ней, а Барон глухо рычит, будто приказывая им замолчать.
Я отбрасываю руку Георгия и вываливаю на него всё, что накипело за эти дни: