Чтение онлайн

– Ты кого привел? – рявкнул толстяк на Диму, но вздрогнули мы оба, я больше от неожиданности. – Мне певичка нужна, а не вот это. Если бы не коса, я бы подумал, что это пацан.

– Давайте без оскорблений, – не удержалась я, чем спасла Диму от объяснений, потому что внимание снова перешло ко мне. Мужик покраснел еще больше, видимо, от возмущения.

– Не надо лезть в разговор взрослых, девочка, – отчеканил, я аж брови вздернула.

– Слушайте, дяденька, – сложила на груди руки, – мне вообще-то двадцать два, а Дима ваш на мужчину не потянет и в сорок.

Дима

не обиделся. Сейчас он был готов что угодно признать, лишь бы гнев сменился на милость. А мне вот обидно стало – всю жизнь ребенком обзывают, потому что я невысокая, и шмотки ношу такие, что фигуры не видно. Здоровяк все-таки замолчал. Картинно приложил ладонь ко лбу, всем своим видом показывая, что ему плохо. Главное, чтобы не решил обморок симулировать, а то такая туша может устроить землетрясение.

Здоровяк это тоже понимал, полагаю, потому ограничился тем, что подошел к столу, на котором стояла бутылка виски, и, налив в пустой бокал, залпом шарахнул вонючий напиток. Ну простите, я не эстет. Я вообще не пью, а виски воняет потными носками. Некоторые виски – очень дорогими, возможно, от Армани, но потные носки есть потные носки. По-моему, здоровяку не понравилось, его красное лицо сморщилось. Добрее он явно не стал, потому что, отставив бокал, сказал:

– Дима, я с тебя шкуру спущу.

Вот зачем ему шкура молодого мажора? На полу перед камином разложит? Будет рассказывать – а это я сам, голыми руками…

Дима, кажется, тоже ярко увидел перспективу, потому что его наконец прорвало:

– Виктор Алексеич, ну вы сами подумайте, где я найду певицу за пару часов? У нас в городе с этим вообще тухло, мы же не столица рок-н-ролла, в конце концов.

– Только рок-н-ролла мне тут и не хватало, – рявкнул здоровяк.

– Девчонка музыкант. Играет на гитаре, у нее своя группа, поет. Не уродина.

Дима на всякий случай на меня покосился, я сделала обиженное лицо, мол, вот как мы заговорили, когда уже заманили птичку в клетку.

– Переоденем, накрасим, все в ажуре будет.

Здоровяк посмотрел на меня, видимо, мысленно переодевая и накрашивая. Ему не понравилось – сие отчетливо читалось на сморщенном лице.

– Знаете что, – высказалась я, – мне этот цирк надоел. Не хотите – не надо. Мне ваши проблемы вообще до фонаря. Так что ищите кого-то другого.

Я развернулась, чтобы уйти, когда услышала голос:

– Подожди.

Замерла. Вот умеют некоторые одним словом, произнесенным негромко, заставить человека застыть. Не только меня – Виктор Алексеич с Димой тоже уставились на мужчину в кресле.

– Подойди, – поманил меня. Вот вроде жест так себе, а я чего-то иду. С опаской, конечно, но иду. Замерла в метре. Мужчина медленно оглядел меня снизу вверх, оценки я не увидела, но дольше всего взгляд задержался на лице.

– Как зовут? – задал вопрос.

– Саша.

Уголок губ снова скривился в улыбке.

– Тезка, значит. Давай начнем сначала, Саша. Петь умеешь?

– Умею.

– А в каком жанре твоя группа?

– Регги.

Снова губы дернулись в улыбке.

– Регги – это хорошо. Но у нас, как ты могла заметить, мероприятие

иного плана.

– Да уж не заметишь тут, – хмыкнула я.

– Сможешь спеть что-то другого жанра?

– Ну… наверное. Мне только надо текст, и послушать сами композиции.

– Вот и хорошо. Дима, – мужчина повернулся к парню, – найди тексты и аккорды, все распечатай, композиции подготовь для прослушивания. У тебя пятнадцать минут.

Дима, кивнув, почти в воздухе растворился – так быстро его не стало. Мужчина тоже поднялся, сказав мне:

– Пойдем, – и потопал в сторону двери. Виктор Алексеич рассудительно молчал. Мы шли по коридору, смешная парочка со стороны – мужчина в дорогом костюме и я. Вот так и тянет какую-нибудь гадость сказать.

– Вас Александр зовут? – задала я вопрос.

– Да.

– Александр… – протянула, предлагая продолжить, он посмотрел непонимающе. – Ну отчество у вас есть?

Мужчина вздернул брови. Хотел что-то сказать, но, окинув меня еще раз взглядом, ответил:

– Александр Иванович.

– Хорошо.

Что тут хорошего – я не знала, но надо же было что-то сказать. Чувствую прямо его превосходство над собой и окружающим миром. Франт такой, ну, выхаживает тут, сидит в кресле, пальцем манит и улыбается.

Благо, мы подошли к другой двери, стукнув, Александр заглянул туда.

– О, какие люди, – услышала я женский голос. Тоже мне, нашла, чему радоваться. Мы зашли в комнату, здесь было что-то вроде гримерки, нам навстречу двигала брюнетка лет тридцати в вечернем платье. Похвастать ей было чем, и она начала сразу, пока шла навстречу мужчине. Я закатила глаза, женщина перевела на меня взгляд и притормозила в растерянности.

– Это кто? – посмотрела на Сашу.

– Певица новая.

Дама тоже не утруждала себя в воспитанности, уставилась на меня, как на внеземное явление, хоть сейчас возносись на небо, больше она удивиться все равно не сможет.

– Надо сделать из нее приличного человека, – заметил Александр. Еще один тут терпение мое испытывает.

– А получится? – с сомнением спросила дама.

– Я вообще-то тоже здесь нахожусь, – заметила им. Они переглянулись.

– Постарайся, Оль, – мужчина улыбнулся, ну нормально так, по-человечески, не то что дергал уголками презрительно. Дама, конечно, сразу растаяла и потекла. Во всех смыслах, судя по взгляду.

Александр развернулся, поймал мой хмурый взгляд и, подмигнув, вышел из комнаты. Мы остались с дамой один на один. Оглядели друг друга еще раз сверху вниз, словно прицеливаясь. Дама улыбнулась.

– Как зовут? – спросила меня.

– Саша.

– Я Ольга. Ну давай приступим, времени не так много.

Женщина прошла к длинной вешалке, на которой чего только ни висело. Окинув меня взглядом, стала копаться в одежде.

– А ты… – услышала я. – Ты подруга?..

– Александра Иваныча? – хмыкнула я. Ольга уставилась так, словно я призрак. Ну или за моей спиной призрак, не знаю. Я даже обернулась, но никого там не было. Хотя это, конечно, еще ничего не значит.