Чтение онлайн

За неимением лучшего занятия Зейди пошла за ними в другой отдел, похожий на лабиринт, и увидела, как Марси и Ким обсуждают, прилично или нет четырехлетнему ребенку носить топики до пупка.

— На спортплощадку — да. В воскресную школу — нет, — заявляла Марси.

— Да, но какие эмоции вызывает живот маленького ребенка? Я не хочу, чтоб мужчины смотрели на живот Бритни Спирс, а потом на животик Мэдисон и думали, что это одно и то же, и возбуждались, — сказала Ким.

Потом они стали обсуждать, прилично или нет позволять Данкану носить розовое. Зейди хотела сказать им, что чрезвычайно

не прилично тратить двести долларов на наряд для ребенка, который еще настолько мал, что может обкакаться, но удержалась, в духе «Настоящего Будды».

Когда Элоиз и Костлявая спустились по лестнице, хлопая шлепанцами на платформе и туфлями-стилетто, все головы в магазине обернулись к ним, возмущенные их повышенными тонами. Кажется, там, на полке, оказалась сумочка от Стеллы Маккартни, поразившая фантазию обеих, и Элоиз, более сильная физически, вырвала ее у Костлявой, которая теперь по этому поводу была прямо-таки вне себя.

— Разумеется, ты ничего не знаешь об этикете шопинга.

Элоиз, чрезвычайно нелюбезная в своем торжестве, огрызнулась:

— Я первая достала кредитную карточку, а это единственный этикет, имеющий значение.

Хелен, переживавшая из-за любой ссоры в компании, вступила в разговор:

— Девочки, это всего лишь сумочка. Не нужно огорчаться.

Костлявая была не согласна. Она потопала в аптечный отдел — кодовое обозначение для отдела дорогостоящих косметических средств. Зейди последовала за ней, надеясь увидеть ее в слезах. Костлявая нашла Надутую возле солей для ванны и сказала:

— Мне плевать, что она сестра жениха. Она сука.

Надутая согласилась с ней, и они пошли прочь зализывать свои раны, нюхая свечи за сорок долларов.

Гилда взглянула на Зейди, держа в руках какой-то шампунь с добавкой меда.

— Он на четыре доллара дешевле в любом косметическом магазине.

— Определенно, в этом месте не торгуются.

— Люди, правда, носят всю эту одежду?

— Не считая присутствующих.

— Я вчера ходила в бутик Хелен, и одежда там была такая же ужасная.

— Ты ломишься в открытую дверь. Я смотрела «Секс в большом городе» все время, пока его показывали, и до сих пор не могу понять, почему Кэрри — идол стильности. В девяти сериях из десяти она была одета как умственно неполноценная.

Гилда засмеялась:

— Слава Богу! Я думала, это все потому, что я из Баулдера.

— Ты в первый раз выбралась навестить Хелен?

Гилда кивнула.

— По-моему, она пыталась держать меня подальше от вас всех. Может быть, она волнуется, что я слишком много знаю.

Она подмигнула так, будто шутит, но Зейди была заинтригована.

Если у Хелен есть темная сторона, то этот год для Зейди звездный, черт возьми!

К тому времени, когда они залезли в лимузин, отставив в сторону все свои воинственные разногласия, пора было ехать в «Пенинсулу» на чай. Не потому, что хоть одна из них была британкой, просто хай-ти [11] казался такой шикарной штучкой для девчонок, вот и был в списке. Спасибо Бетси.

Чего не знали девочки из округа Орандж, так

это того, что «Пенинсула», весь из себя модный и очень дорогой отель в Беверли-Хиллз, пользовался популярностью у девочек по вызову, которые встречались со своими клиентами-джентльменами в темном, укромном, отделанном деревянными панелями баре. Или даже в яркой, солнечной «гостиной». В той самой «гостиной», где они собирались пить чай. Зейди узнала об этом, читая Джеки Коллинз. Тот факт, что она преподавала английский, не означал, что она не читала хороших вещей.

Когда они все устроились на изящных диванах, чтобы маленькими глоточками пить чай, отставив в сторону розовые пальчики, восхищаясь шестифутовыми цветочными панно, Бетси решила, что настала пора для «Часа советов».

— Итак, я думаю, мы все, по кругу, должны рассказать Хелен о своих собственных секретах счастливого брака. Кто первый?

Естественно, произнося эту речь, Бетси отдавала себе отчет в том, что Зейди, Джейн, Элоиз, Костлявая и Надутая не замужем, но какая, к черту, разница? Они могут послушать и поучиться.

Дениз заговорила первой.

— Не забывай принимать таблетки.

Хелен игриво обняла ее.

— О, ты ведь ждешь не дождешься, когда станешь мамочкой. А я жду не дождусь, когда стану тетей. — Она погладила живот Дениз.

Дениз постаралась выдавить из себя ухмылку и изобразить воодушевление по поводу своего предстоящего материнства, но очевидно было, что она мучится от постоянной тошноты.

— Хорошо, потому что тебе придется много работать няней. Мне необходимо будет поехать в Мексику и пить «Корону» на пляже в течение недели, когда это существо выйдет из меня.

— Ты сейчас так говоришь, но, поверь мне, ты передумаешь, как только увидишь его лицо, — заверила ее Марси. — Всего одна только улыбка — и ты никогда никуда от него не уйдешь.

— Я не знаю, хорошая это новость или плохая в данный момент, — сказал Дениз.

Бетси с выражением поставила чашку.

— Это не советы по браку. Это советы касательно детей. Мы забегаем вперед.

Гилда подняла руку:

— Вот мое любимое правило: если он хоть раз заметит, что ты набрала вес, он должен купить тебе подарок, прежде чем ты снова займешься с ним сексом.

Остальные женщины поставили свои чашки, чтобы поаплодировать. Даже Бетси одобрила:

— Хорошо сказано. Кто-нибудь еще?

Заговорила Марси:

— Я большая фанатка свиданий по вечерам раз в месяц. Ну, знаете, когда вы краситесь, надеваете лифчик и выходите из дома.

Ким кивнула в знак согласия:

— Особенно если у вас есть дети. Он должен воспринимать вас как любовницу, а не только как мать.

Марси вздохнула:

— О Господи, это так важно! — Она посмотрела на Дениз. — Вот именно поэтому тебе не следует позволять ему присутствовать при родах. Как только он увидит, как ребенок выходит из твоего влагалища, с оральным сексом все кончено. Я думаю, наши мамы были правы, когда заставляли наших отцов ждать в приемной.